– Шпион? – изумилась Ирка.
– Разведчик, – поправил демон.
Риттер фон Тетюш покачал головой:
– Скорее всего, диверсант. Впрочем, он нам сейчас сам всё и расскажет.
Часа через два поляна опустела, так как путешественники не захотели останавливаться на ночь рядом со старым трактом. А слетевшиеся неизвестно откуда падальщики не стали возражать – вдруг люди по своей дурацкой привычке решат закопать дохлятину в землю? Вкусную, хотя и жилистую дохлятину.
– Ни черта не вижу! – Джонни в очередной раз схлопотал по морде низко склонённой над дорогой веткой. – Эй, народ, мы останавливаться будем?
Ирка, едущая чуть впереди, обернулась, и Иван вздрогнул, увидев светящиеся в темноте глаза.
– Ванечка, но ты же сам просил поторопиться.
В ответ сказать нечего. Действительно, Оклендхайм-младший спешил в отцовский замок, наверняка сейчас отбивающийся от армии маркиза де Рамбуйе, и ещё вечером настоял на движении с минимальными остановками. Но как ехать, если хоть глаз выколи?
– Я тут подумал… коням отдохнуть и прочее… Вон и Сивка в телеге чуть не надорвалась.
Стефан, исполняющий обязанности возницы, втихомолку улыбнулся. Он-то знал, что господин виконт немного перестарался с уменьшением веса груза и облегчил не только телегу с сундуками и ящиками, но и кобылу в упряжке. Ровно наполовину. На заднюю половину. Теперь бедная животина изо всех сил цепляется за землю передними копытами, а задними просто перебирает в воздухе.
– Ну если только кони, – согласился норвайский рикс.
– И самим пожрать, – поддержал инициативу риттер фон Тетюш. – А насчёт осады не беспокойся, мы успеем вовремя.
– Рамбуйе опережает нас на неделю.
– Ну и что? Правильная осада, друг мой Джонни, – это разновидность народного гулянья. Нечто среднее между Масленицей и карнавалом. Кто же согласится, чтобы праздник так быстро закончился?
– Замок Ла Фергюс маркиз взял за несколько часов.
– Согласен. Но взял с помощью предательства.
Виконт кивнул:
– Было дело.
– Значит, захват готовился заранее. А тут чистая импровизация, так что сэр Гийом будет действовать по правилам, а это недели две, не меньше.
– В замке всего пять воинов, отец шестой.
– А гости на что?
– Думаешь, помогут?
– Святая обязанность вассала.
– Хочется надеяться.
Глава 11
Сэр Людвиг Оклендхайм благодарил всех Небесных Богов, задержавших прожорливых гостей в замке. Если бы не они, то пришлось бы совсем туго. А так как внезапно разбогатевшего сеньора приехали проведать целых восемь баронов уже со своими вассалами, то сила скопилась немалая. Каждая барония состоит минимум из пяти ленов, и доблестные риттеры тоже не отказали себе в удовольствии покушать и выпить за счёт графа. Итого пятьдесят два воина, умеющих держать меч. С каждым по меньшей мере трое вооружённых слуг. Четверо сумели скопить денег на доспехи оруженосцам. Своих пятеро. Неимоверная силища по нынешним временам!
Понятное дело, почти две сотни человек не способны завоевать соседнее королевство, но усидеть в осаде против маркиза де Рамбуйе вполне смогут. Сколько он привёл? Тысячу, тысячу двести? До праздника этого бы хватило, но сейчас любезный сэр Гийом обломится.
Оклендхайм-старший не в первый раз поймал себя на том, что употребляет норвайские ругательства, услышанные от рикса Вована. Северное наречие с удивительной точностью подходило для характеристики оборзевшего, охамевшего, потерявшего берега и забыдловавшего родственника герцога Ланца.
Неприятель о значительном усилении гарнизона не знал и, сунувшись с наскока, чувствительно получил по соплям. Это в поле постаревшие и заплывшие жирком бароны не смогут противостоять правильной атаке, а ткнуть копьём в появившуюся над стеной рожу вполне способны. Понятно, что лестницу оттолкнуть силёнок не хватит, но для этого есть бойцы помоложе.
Да, к сожалению, дело почти сразу же дошло до штурмовых лестниц – три лучника никак не могут помешать забросать ров фашинами, а к единственному на весь замок арбалету всего двадцать болтов. Дорогая игрушка и до последнего момента недоступная для графского кошелька. Если бы знать заранее!
Теперь маркиз готовится к новому штурму основательно – в его лагере вовсю стучат топоры, визжат пилы и орут деревенские бабы, чьи дома разобрали на строительство осадных башен. Дуры дурами, а каким-то сверхъестественным чутьём поняли, что сэр Гийом не собирается убивать крестьян, которых считает уже своими, и пользуются моментом, требуя компенсации.
Ага, заплатят им… потом задерут подолы и ещё раз заплатят. Или они именно этого и добиваются? Кто их поймёт, чёртовых баб.
Кстати, не забыть бы спросить у сэра Вована про чёрта. Что это вообще за существо и почему оно всё и про всех знает?
За спиной послышались шаги, и граф обернулся.
– Доброе утро, сэр Людвиг!
– Здравствуйте, сэр Генрих. Как спалось?
– Спасибо. – Барон Винслей немного осунулся и вроде бы помолодел. Вот кому введённая в замке экономия провизии пошла на пользу. – Вы не планируете вылазку, сэр Людвиг?
– Захотелось поразмяться?
– Размяться? – Толстяк коротко рассмеялся. – Лет двадцать назад я был бы не прочь вызвать на поединок кого-нибудь из этого сброда, но, увы, годы берут своё.
– Тогда что же?
Барон немного замялся, но, собравшись, духом, выпалил:
– Мне нужно встретить жену и дочь.
Признание далось сэру Генриху с большим трудом. Не объяснять же графу свой хитрый план? Или объяснить? Нет, говорить о том, что специально попросил супругу привезти дочь попозже, чтобы та не затерялась среди конкуренток, явно не стоило. Судя по всему, Оклендхайма-старшего вполне устраивает выбор сына, и…
– Когда они прибудут?
– Должны были ещё вчера, но наверняка где-нибудь пережидают, опасаясь воинов маркиза. Вы же знаете, граф, что леди Люсилла славится осторожностью и предусмотрительностью.
– Откуда мне знать?
– Ах, да…
Сэр Людвиг едва заметно скривился. Неужели этот толстый болван о чём-то догадывается? Шестнадцать лет молчал, а сейчас делает намёки?
– Конечно же, мы придём на выручку дамам, любезный барон. Долг благородного человека перед обществом и Небесными Богами…
– Так я соберу добровольцев для ночной вылазки, граф?
– Сделайте одолжение, сэр Генрих.
Защитники Оклендхайма рассчитывали на передышку, но сразу после полудня в лагере маркиза де Рамбуйе началось шевеление, явно указывающее на подготовку к новой попытке приступа. Противно заревели трубы, людская масса, при взгляде со стен напоминающая кишащую червяками дохлую кошку, пришла в движение, тронулись с места осадные башни.
Выдержат их тяжесть фашины во рву или маркиз не собирается подводить громоздкие сооружения близко и хочет лишь проредить гарнизон замка стрельбой из луков? Или всё-таки сделает ставку на штурм ворот, благо механизм подъёмного моста давным-давно сломался и есть все шансы разогнать таран для приличного удара? Его тоже толкают – сарай на колёсах, прикрытый сверху мокрыми шкурами и обмазанный глиной. Лишняя предосторожность, так как смолы, чтобы поливать атакующих, в замке нет. Как нет и дров для достаточного количества кипятка.
В рёве труб появились новые звуки, и граф стиснул зубы. Сигнальные рожки степных эльфов! Неужели маркиз опустился до такой степени, что спутался с этими отродьями нечистого?
В подтверждение мыслей сэра Людвига из ближайшей рощи выметнулась конная лава. Орущая толпа, ничуть не напоминающая рыцарскую кавалерию, от этого не стала менее опасной и смертоносной – косоглазые ушастики издавна славились непревзойдённой меткостью, а их короткие луки с костяными накладками позволяли стрелять с седла на полном скаку. Их тут не меньше трёх сотен.
– Укрыться, мать… – Граф замолчал на полуслове, когда сопровождающий его стражник поймал щитом подарок от кочевников, и присел, прижавшись спиной к парапету.
К сожалению, не все последовали примеру сэра Людвига, и стрелы нашли свои цели среди любопытных, решивших поглазеть на невиданное зрелище. Многие вообще в первый раз в жизни столкнулись с эльфами в бою – кочевникам давно не удавалось пробиться через перевалы на границе. В первый раз, и для кого-то он стал последним.
Ушастые ублюдки устроили круговерть, и пока они поочерёдно опустошали колчаны, башни успели преодолеть половину расстояния до стен. Эх, сюда бы парочку метателей… десяток камней размером с конскую голову способен остановить скрипящую колёсами махину. Но их тоже нет, как нет многого из того, что должно иметься в любом замке на случай внезапной осады.
Понятное дело, что и этот приступ получится отбить, но только какой ценой?
– Ваш арбалет, сэр! – Запыхавшийся от бега по лестницам мальчишка-оруженосец присел рядом и отбросил щит с торчащими из него стрелами. – Риттер фон Крупп просил передать, что замковая кузница похожа на собачью конуру, но сделать болты он попробует.
Граф с пониманием кивнул. Сэр Франц был самым необычным из вассалов и слыл человеком с большими странностями. Это ещё мягкое определение для дворянина, увлекающегося изобретением и изготовлением разных механических штучек, начиная от надёжных замков и заканчивая часами без маятника, имеющими удивительно малый размер. Разумеется, доход с продажи собственных изделий риттер имеет более чем приличный, но разве достойно потомку славного и древнего рода копаться в железках подобно паршивому гному? Коротышки, кстати, локти себе изгрызли от зависти к талантам фон Круппа и несколько раз устраивали покушения. Во всяком случае, трупы несостоявшихся убийц явно намекали на причастность Подгорного королевства.
– Спасибо. – Граф поблагодарил оруженосца и взвёл арбалет. – С кого начнём?
– С любого, сэр! Они все мне не нравятся, особенно вон тот, с хвостами на копье.
Оклендхайм-старший осторожно выглянул. Указанный оруженосцем эльф выделялся среди соплеменников так же, как старый и опытный волкодав выделяется среди комнатных собачек. Те всегда злобные и кусачие, ненавистью ко всему миру пытающиеся доказать собственную значимость, а этот молчалив и спокоен. Сила и уверенность искушённого бойца.