Но это БЫЛО! И Фели понимала, что матери плохо, что бабушке плохо, что мама младшего братика ждёт, что о ней позаботиться надо… всё у них хорошо получилось, отца спасли, и родители вместе счастливы, но Фели помнила. Она думала не о себе, а о матери и брате, о бабушке и дедушке, которым тоже плохо будет… вот сначала бы их вытащить, а потом и сама Фелиция справится.
А Марина – только о себе.
Не что с бабушкой, что с похоронами, что я могу сделать, нет! Вместо этого рефреном звучит: ах, я бедная, несчастная, осталась одна, что мне теперь делать…
Про литту Яну вообще никаких вопросов. Хотя бабушка сама едва не померла от такого афронта, а об этой дурище подумала! Вот ведь… заразочка!
Фелиция определённо не одобрила Марину. Но если Алексис не об этом, то о чём?
– Я о спектре. Ты знаешь, я лекарь не из худших…
А если по правде – то и из лучших!
– Алексис, не прибедняйся. Что ты хочешь мне сказать?
– Фели, мне кажется, что она носит хоть и аристократку, но девочку. Спектр похож… совместим. Но при родах стопроцентно возникнут осложнения. Если доверяешь моему опыту – двести процентов за проблемы! Нюхом чую.
– Твоему нюху я верю. Теперь бы прикинуть, чем это всем нам грозит.
Алексис был согласен.
– Подумай сама. О том, о чём не говорят вслух.
Фели и подумала.
Да, это аристократические заморочки.
Девочка. Сильная. Но наследовать род она не сможет, потому что должна выйти замуж. Или получится хранительница крови, или, если найдется Евгений… вот тут и начинаются вопросы.
Был бы мальчик – вопросов нет, спасать будут в первую очередь мальчика, потом уже мать.
Девочка – не наследница. Спасать будут ту, на кого укажут… кто должен указать? Евгения нет. Король? Он может. В таком случае выбор очевиден, спасать опять-таки будут ребёнка.
А у литты Яны долг жизни. И как это обойти? Если Алексис заговорил о проблемах?
– Их можно как-то избежать?
– Полноценный алтарный брак, постоянная подпитка женщины, причём отцом ребенка, его же присутствие на родах, да и сами роды в алтарном зале…
Фелиция едва не взвыла.
Надо искать Евгения Н. Отт!
Надо, срочно, НАДО!!! Только так бабушка сможет выжить! Нет-нет, литта Яна ни слова не скажет, она для этого слишком любит Фели и винить её ни в чём не будет. Но Фелиция совершенно не собиралась раньше времени отпускать за грань близкого человека, ещё и из-за таких пустяков! Может она что-то сделать? Она и невозможное сделает! Да и неоплаченный долг потом может перейти на кого-то из рода… ну уж – нет! Надо его закрывать как можно скорее!
Только вот – как?
Алексис погладил её по руке.
– Я могу познакомить тебя с одним специалистом. Очень своеобразный человек, но, если вы найдете с ним общий язык, он что угодно сделает. Этакий полубезумный гений…
– Познакомь, пожалуйста, – решительно сказала Фели.
Ради бабушки она и гения в бараний рог свернёт, и из барана гения сделает… это – её семья! И лучше не становиться у Фелиции на пути. Переедет – не заметит.
Если бы литта Яна её сейчас увидела – слёзы бы потоком полились. Так в эту секунду Фелиция была похожа на своего деда… кровь – она всегда сказывается.
Россия
– Это – ОН?
Евгений изображал не просто енота – он изображал енота-аниме. Это когда совершенно кавайная няшка. А что эти няшки даже космический корабль на молекулы разобрать могут – так это мелочи.
Инна с сомнением оглядела очень гламурного енота.
Марта сегодня поразвлеклась, а потому у Евгения на хвосте был большой голубой бант на резинке. И несколько прядей покрашено голубой тушью для волос. Он же мальчик!
– Он самый.
– Симпатяга какая. А погладить точно можно?
– Мо-на, – от всей души разрешила Марта.
Евгений стерпел и в очередной раз подумал, что давно уже стяжал мученический венец, но кто ж его выдает енотам?
– Очаровашка! Просто пуся и лапочка!
Инна восторгалась от души, и было отчего. Сегодня они все вместе шли в парк отдыха. Соня, Марта, Инна с младшей дочерью, ну и конечно, как тут оставить Еню дома? Сын Инны предпочёл компанию отца, и мужчины отправились разбирать машину в гараж, как-никак, взрослый мужик, четырнадцать лет уже, а вот младшей дочке всего шесть. Для общения с Мартой возраст не совсем тот, но вот прогулять детей совместно в парке подруги могли. Пока стоят последние тёплые осенние деньки, бабье лето, пока ещё не надо надевать куртки и шапки, пока работают все аттракционы…
Заодно и енота продемонстрировать.
Ага, в парке.
В выходной. Когда кругом полно народа…
– Мама! ЕНОТ!!!
Новость облетела весь парк примерно за пять минут. Может, за семь.
– Мама! Можно?! Ааааааа!!!
Евгений стоически выдерживал поглаживания и осторожные почёсывания за ухом. Марта сияла собственным светом.
Её Еня!
– Скажите, а с вашим енотом можно сфотографироваться?
Соня задумалась.
– Еня? Фотографироваться будешь?
Ещё и фото? Ну, нет! На такие пытки Евгений не подписывался! Мужчина закрыл лапами морду и талантливо изобразил отчаяние. Рассмеялись все, и родители, и дети. Конечно, его и так снимали на телефоны, но это одно! А позировать, да еще в обнимку с детьми – совсем другое.
Впрочем, от урагана детской любви его это не избавило.
– Марта, Лида, вы будете кататься на карусели?
Инна времени не теряла и вернулась с полным набором билетов. Соня перевела ей деньги, и Марта потянула Евгения к паровозику.
– Еня тоже хо-ит!
– С енотами нельзя! – возмутилась сотрудница парка.
Марта засопела. Карие глазёнки налились слезами.
Евгений только вздохнул. Потом огляделся вокруг, сорвал с куста какой-то цветок, такой розовый, и изящно поклонился билетерше. А потом и цветок протянул с самым учтивым видом.
Та взяла его. Понюхала, вздохнула. Родители и дети с восторгом наблюдали за представлением.
– А его не стошнит?
Головами замотали одновременно Марта и Еня.
– Я всё уберу, – пообещала Соня.
Даром Евгению не надо было кататься на всех этих паровозиках и пароходиках, лошадках и качельках, но Марта была счастлива. И вторая девочка, Лида, тоже. И от этого как-то тепло становилось.
А ведь с ним никогда и никто так не катался.
Не пищал восторженно, не просил «исё!», не держался за енота, когда было страшно, никто не покупал ему жутких размеров и липкости сахарную вату, не оттирал замурзанную мордашку… да и кто бы стал это делать?
Родители, занятые только своими развлечениями? Дед, которому всё было безразлично? Слуги, которым что ребёнок, что енот, лишь бы зарплату платили?
И Евгений ловил себя на желании подарить Марте вот этот хороший и счастливый день. Вот именно этот. Чтобы у неё оставались воспоминания, чтобы она думала о нём и улыбалась. Ему-то придётся уйти… и почему-то сейчас мысль о возвращении домой совсем не радовала.
– Мама, каяблик?
Соня с сомнением посмотрела на маленький речной кораблик, переглянулась с Инной.
– Можно, наверное…
Заодно и поспокойнее станет. А то за енотом половина парка ходит.
– А ваша скотина в воду не прыгнет?
Евгений посмотрел на воду – и нешуточно оскорбился. Он?! Вот в ЭТО?! Судя по запаху, сюда три канализационных коллектора стекают! Да если б такое на Рамире было, сидели бы все! И подрядчики, и строители, и мэр города! Или висели – его величество бывает строг[33].
Этой воде только енота до полной экологической катастрофы не хватает! А енот туда не прыгнет и под расстрелом! Тьфу, пакость! Там такое плавает, что даже глисты подохнут!
– Я за него заплачу, – предложила Соня.
Капитан с сомнением оглядел енота, потом пожал плечами:
– Выпрыгнет – сами виноваты будете.
И уже с бо́льшим интересом наблюдал, как устраивается на стульчике Марта, как Соня застёгивает на ней спасательный жилет, как рядом располагается енот Еня.
И кстати – крепко держит Марту за руку. Мало ли что?
Соня села рядом со своим ребёнком.
– Мама, диванчик!
– Хорошо, Лидуша.
Инна уселась на диванчик на корме, притянула к себе дочку.
– Витя! Я хочу кататься с енотом!
– Ну, если хочешь!
Пара студентов тоже спустилась на корабль. Евгений оценивающе оглядел девушку. Ну… наверное, парень того стоит? В своем мире он бы мог оценить стоимость одежды и аксессуаров, а тут не разберёшься. Но не будет же девушка просто так стараться? Чтобы ради похода в парк наложить на симпатичное личико полкило косметики, завить волосы и намертво залить их какой-то химией (да-да, она пахнет, а у енота тонкое обоняние), надеть маечку и юбочку, которые закрывают меньше иного купальника, да ещё и каблуки, которыми врага насмерть затопать можно? Правда, сверху курточка наброшена, но она ничего не скрывает. Вот ведь какие девушки бывают крепкие! Соня в джинсах, майке, ветровка сверху накинута, и ей не жарко, а этой вот не холодно. Любовь греет?
Парень… обычный. Среднего роста, среднего телосложения, правда… а, вот оно что! Достал бумажник, из него деньги, и видно, что там их толстая пачка. Богатый? Или с богатыми родителями? Понятно, почему девушка вокруг него так вьётся. Знакомая картина.
Или просто разово заработал? Впрочем, это не столь важно, а вот алкоголем от него неприятно пахнет. Вовсе даже фу.
Но оплату капитан принял, пара уселась рядом с Инной и Лидой на диванчик и тут же принялась обниматься. Соня поморщилась, и тут Евгений с ней был полностью согласен. Ни к чему такое на людях. Хочется тебе? Ну так потерпи до кровати или уединенного кабинета, а публичность – зачем? Ладно на Рамире, хотя папарацци есть и в этом мире, и в том, но здесь-то! Где любому человеку достаточно просто вытащить из кармана телефон – и через полчаса ты станешь звездой всех сайтов? Это Евгений уже освоил и даже думал, как бы привязать к лей-линиям что-то вроде сети интернет! Это ж золотое дно!