– Крррррр?
А вот с этого места подробнее. Зачем тебе звонил этот недо-мужчина?
– Опять требовал, чтобы я всё подписала, или сильно пожалею. Енечка, ну как так можно? Просто – как?! Почему ты – енот, а он человек и отец, и такая дрянь? Ведь не был он же таким раньше! Или был, а я этого просто не видела? Влюбилась по уши и вела себя как дура?
Евгений слушал и поддакивал.
Правильно думаешь, правильно…
Да, была дурой. Ну так поумнела же! И не переживай, ты красавица, найдёшь ты себе ещё хорошего человека… только почему ему эта мысль так не нравится?
Вот совсем-совсем?
Его ведь рядом не будет, а каким окажется этот самый «хороший человек»? Вдруг он Марту не примет? Или опять Соню обижать будет? А Евгения рядом и не окажется, чтобы всё это прекратить!
Вот ведь проблема!
Поздно ночью Евгений сидел на балконе и думал о своём.
Что-то там, на Рамире?
Уже месяца четыре прошло, не меньше, он сюда попал в мае, а сейчас уже к сентябрю. Даже с учётом поправок на разницу во времени… примерно оно идёт одинаково. Просто энергонасыщенность разная, здесь она меньше.
Это он не сам понял, ведьма сказала. Она как-то определила во время ритуала.
Марина беременна. От него ли?
Что с его домом и его родом? Его алтарём?
Могут ли его признать мёртвым?
Пожалуй, нет. На это способен только алтарь, а алтарь Евгений… не то чтобы чувствовал. Это другое. Скорее, он знал, что его родовой алтарь есть и с ним всё в порядке.
Алтарь тоже знал, что Евгений жив. Дотянуться до него не мог в этом мире и в этой шкуре, а знать – знал. Так что пока его мертвым не признают. Но вот всё остальное?
Справятся ли управляющие? Не решат ли слегка скорректировать денежные потоки в свой карман?
Да, он уже начал перевоплощаться в человека, но это даже не первый шаг – скорее первый импульс к движению.
С другой стороны, в делах у него был полный порядок! И плох тот бизнес, который требует постоянного присутствия хозяина. У него, скорее, родовое дело, так что какое-то время оно продержится без его участия. А там и он вернётся.
Другого варианта Евгений и не рассматривал.
А вот… поди ж ты!
Представил сегодня Марту в холодной осенней воде и аж затрясло всего. А ведь он мог бы и не успеть! И как вот их, таких хрупких, оставлять?
А может, Соня согласится с ним уехать?
Ну… в род он ее принять может, на правах младшей ветви, к примеру. Или просто обеспечить ей защиту и статус.
И денег дать может, и квартиру купить, уж всяко лучше, чем эта конура, и на работу устроить. Здесь она с ногтями возится, там учиться пойдет, будет помогать женщинам стать красивыми… почему нет?
Главное, чтобы она согласилась.
Евгений вернулся в комнату и встал у спального мешка, в котором спала Соня.
И почему он её сразу не разглядел? Она ведь правда красивая. Неброская, всё верно, ну так и картины великих мастеров не кидаются в глаза, не бьют яркими красками. Вот сегодняшняя девица – она как раз яркая, такие и оказывались чаще всего рядом с Евгением. Стоит только Беатриче вспомнить. А Кларинду?
То-то же! Яркие, шумные, самоуверенные, умеющие себя подать! А Соня не такая. Она тихая, домашняя, уютная. И черты лица у неё правильные, и грудь шикарная, так бы руки и протянул…
Евгений и не понял, когда его тень на стене опять выросла.
Секунда – и рядом с Соней на четвереньках стоит не енот, а вовсе даже человек.
И так правильно показалось наклонить голову и коснуться губами её губ. Легко-легко… и она во сне ответила на поцелуй.
И на второй тоже.
А потом открыла глаза.
И Евгения словно током шарахнуло.
Глаза у Сони были с расширенными зрачками, сонные, непонимающие, ей снилось что-то такое, хорошее… и она его явно увидела.
Евгений резко шарахнулся прочь, выпадая из её поля зрения, и приземлялся уже енотом, на все четыре лапы.
Соня резко села в своем спальнике, обводя комнату настороженным взглядом. Увидела енота рядом и выдохнула, расслабилась.
– Еня!
– Крррр, фрррр, – ласково заворчал Евгений, беря её за руку и проникновенно заглядывая в глаза. Расслабься, я рядом, правда-правда, всё хорошо…
Соня выдохнула и откинулась на пол.
– Уффф… мне такое приснилось, Ень. Представляешь, настоящий принц! И он меня целовал! Ласково так… так странно! Он красивый, а я… чего только во сне не накошмарит!
Евгений раздражённо фыркнул.
Накошмарит?
Вот, пожалуйста! Вечно эти женщины все благие намерения под корень выполют!
Евгений точно бы ушёл спать куда-нибудь на кресло, но Соня опять неудачно повернулась и застонала от боли.
Охххх…
Какие уж тут обиды?
Евгений влез в спальник и прижался к её спине в том самом, больном месте. Он уже знал, что произошло. После операции, видимо, Соня или неудачно упала, или повернулась – и случилось защемление. И её регулярно скручивало приступами боли.
На Рамире такое лечат. А тут…
Соня спала только на твёрдом и регулярно висела на перекладине, которую ей какая-то добрая душа привинтила к стене. Растягивала спину.
Всё равно было больно. Тепло тоже помогало, а еноты тёплые и уютные.
– Енечка, спасибо. Ты лучше всякого принца, честное слово!
Евгений довольно заворчал.
То-то же.
А Соне и мысли в голову не пришло, что разговаривать с енотом ненормально! Да если сравнивать её свекровь и енота, то второй на порядок разумнее и порядочнее! Дайте пять енотов, Соня уже согласна! Свекровь её никогда не слушала и не слышала, а Еня даже отвечает. Так что она выбирает енотов!
Соня шевельнулась так, чтобы спине было удобнее, согрелась, расслабилась и быстро заснула. И Евгений тоже.
Глава 7
Рамира
– Тилл Андреас Рамос? Здравствуйте. Мое имя – Фелиция Виран. Литта Виран.
– Здравствуйте, литта. Чем обязан?
В этот раз некромант держался чуточку иначе. За литту просил его старый знакомый, литт Реми, а акушера некромант уважал.
Поймите правильно, Андреас ничего не боялся, но роды?! Вот умертвить он может кого угодно, а принять на руки новую жизнь – не-не-не, это без него, ему страшно! Да, у некромантов тоже страхи есть! И фобии!
А Реми каждый день, считай, на передовой. И сестренку Рамоса он, почитай, спас, и ребёночка её вытащил! Кто другой бы и не справился, а Алексис смог, и мать жива, и малыш, и ещё сестрёнка детей иметь сможет, и осложнений почти не было. Так что… некромант акушера уважал. И когда тот попросил помочь его знакомой, не стал отказываться.
Если сможет.
Да и Фелиция производила приятное впечатление.
Она не собиралась скрывать своё имя или крутить словесные вензеля вокруг происходящего, она обрисовывала ситуацию. Правда, пользовалась сокращёнными именами. Не литт Отт, а литт О. Не Марина, а литта М. Но на такое некромант был согласен.
Хотя сама история ему не понравилась.
– Литта Фелиция, или вы мне не всё рассказали, или вы не всё знаете.
Фелиция развела руками:
– Я знаю ровно то, что мне рассказала бабушка. И найти мне надо литта Евгения О.
– Евгения Н. Отт. Верно?
Фелиция как стояла, так и рот открыла. Буквой «О».
– А…
– Знаю. И вот что я вам скажу – в вашей истории сильно не хватает правды.
– Какой именно правды вы от меня ждете?
– Ваша бабушка всё это узнала от ведьмы? Верно?
– Да.
– Спорить готов, что-то эта ведьма не договорила.
Фелиция вздохнула.
– Допустим. Но… она мертва.
– Да неужели? – Тут уже кое-что неладное заподозрил и некромант. Уж очень интересный заказ он получил недавно. – И как её убили?
– Арбалетным болтом. Выстрелили, она смогла удрать, переместилась к бабушке и умерла у неё на руках.
Андреас забарабанил пальцами по столу.
– Вот что, литта. Я вижу только один способ разобраться. Надеюсь, вы не боитесь нарушить закон?
– Я боюсь, что моя бабушка из-за всего этого уйдёт раньше времени, – в тон ему ответила Фелиция. – Или получит что-то неприятное вроде отката, проклятия… если для предотвращения последствий надо нарушить закон – просто скажите, как мне это сделать.
Некромант поглядел с уважением.
– Вы знаете, где похоронена ваша ведьма?
– Странно было бы не знать.
– Отвезите меня туда. Сегодня же ночью.
– И вы…
– Я же некромант. А потому предлагаю услышать эту историю от первого лица. Вскрыть могилу, поднять вашу ведьму и допросить. Тщательно. В крайнем случае подниму её призраком, если зомби не получится. Или духа призову.
Фелиция даже не колебалась.
– Когда поедем?
– Как только я соберу всё необходимое для ритуалов, – в тон ей откликнулся некромант. – Ехать далеко?
Конечно, он мог бы и что-то рассказать Фелиции. Но… профессия некроманта не располагает к излишней откровенности. Другое дело – сделать работу, получить новые подтверждения своим догадкам, а заказчик и сам потом разберется.
– Воспользуемся порталом. У меня фамильный.
– Она похоронена на вашей земле?
– Бабушка настояла. Лариса В. Никс лежит не на нашем родовом кладбище, а рядом, на сельском. Все же она не член семьи, но похоронили её достойно.
– Отлично! – Некромант складывал в объёмистый саквояж какие-то ножи, корешки, мелки, свечи – явно в строгом порядке и в отведённые для них гнезда. – Пять минут – и я готов! Едем.
– А сколько я буду вам должна?
Вопрос был задан не для красоты. С некромантами лучше обговаривать плату заранее.
Андреас задумался.
Золото для некроманта значило мало, его легко было заработать. Да и заламывать цену не хотелось. Колебания его разрешила сама Фелиция.
– Мне сказали, что вам может это понравиться, тилл Рамос.
– Андреас.
– Андреас.
В руке у женщины появился изящный скальпель из чёрной бронзы.
Андреас осторожно взял его самыми кончиками пальцев, оглядел, погладил…
– Какая прелесть.
– У меня не весь набор. Но есть три скальпеля разных размеров и два зажима. Я их вам отдам, если вы мне поможете.