Опасный, жуткий, но такой притягательный!
Анна почувствовала, как сильно забилось сердце.
Такой мужчина встречается не каждый день… некромант, правда, не заметил хищного взгляда Анны, но его отлично заметила Фелиция.
Всё, Андреас. Ты попался в нежные, милые, ухоженные ручки. И с коготками, чтобы, не дай Магия, не вырвался. Но об этом она промолчит.
В костёр тем временем летели «направляющие». Прах Ларисы, прах родителей Евгения, несколько капель крови Марины… и в какой-то момент вспыхнуло – всё!
Загорелись холодным голубоватым светом символы по углам октаграммы.
Заполыхал чёрным пламенем костер, язык огня, длинный, словно щупальце, метнулся к лежащему бриллианту, принялся его облизывать, перекатывать с боку на бок, камень постепенно темнел.
Андреас стоял посреди всего этого безумия и продолжал читать.
Только вот голос у него становился всё глуше и глуше, потом в огонь полетели даже несколько капель крови некроманта, Фелиция знала, что это означает. Магии уже не хватает, требуется жизненная сила…
И словно в ответ на это – завибрировала земля.
На действия Андреаса откликнулся алтарь рода Отт.
Взъярился, почуяв чужака на своей территории, рванулся – уничтожить, раздавить – и тут же смирился. Это не чужак… он чует кровь и силу рода Отт. А чужак просто проводник… так можно, так ничего.
В доме застонала, заметалась на кровати Марина.
Приставленный лекарь тут же влил ей ложку успокоительного. Подействовать на алтарь никак нельзя, ну так хоть остроту ощущений снизить. Для беременной такое не слишком полезно, но выбора нет.
Андреас расправил плечи.
Алтарь держался до последнего, не помогал, хорошо ещё – не мешал. Уже когда некромант подстегнул его, только после этого он получил… не то чтобы доступ, скорее дозволение зачерпнуть из линии силы.
Вот, так-то лучше… поддержи меня, приятель, я ищу твоего хозяина!
Мне нужен Евгений Отт, и я его найду, лучше – с твоей помощью… вот так, помоги мне почувствовать его, позови его сквозь миры и пространство… Андреас точно знал, Евгений Отт, где бы он ни был, сейчас чувствует этот зов.
Обязан!
И он точно жив, алтарь мог бы ошибиться, некромант не ошибается. Жив, здоров, и он… отзывается?
Нет, это что-то другое… ничего. Некромант придёт – порядок наведёт! Все будут лежать тихо и молча. Рядочками и не ползать.
Медленно, очень медленно стихало сияние. Когда угасли последние искорки, Андреас выдохнул – и наконец замолчал. Наклонился, поднял с земли камешек.
Бриллиант был абсолютно чёрным.
– Готово.
И пошатнулся…
Фелиция и Анна кинулись к нему, Анна успела первой, подхватила, вытерла пот со лба.
– Андре, у меня с собой шоколад в термосе, пойдём, я тебя напою…
Некромант был устроен на тёплом пледе, второй ему заботливо накинули на плечи: после большого расхода сил Андреас просто зверски мёрз, а спустя минуту у него в руках образовалась чашка горячего шоколада. Ровно такого, чтобы пить было комфортно, не обжигаясь и не ожидая, пока он остынет.
А запах!
Андреас сделал пару глотков…
– Литта Анна, я готов на все. Я вас украду, уведу, что хотите… только выходите за меня замуж?
Литта Анна фыркнула и вручила ему пирожок.
– Посмотрим на ваше поведение, тилл Рамос.
– Я же некромант. – Андреас в два укуса разобрался с нежной выпечкой и получил следующую порцию. – Уммммм… восторг! Манер не обещаю, но на руках носить – готов!
– А мне не с манерами жить, а с мужем, – отрезала Анна.
Фелиция тихонько хихикнула и боком-боком удалилась в темноту. Побудет она пока в доме Отт. А тут пусть молодые сами разбираются… некромант в семье – отлично!
А портал и ещё лучше…
Если повезёт, то через несколько дней они отправятся к Евгению. А далее…
Пусть он сам разбирается со своими проблемами! Фелиции и того хватит, что на её семье ничего не повиснет!
Россия
– Сколько?
Сеня только вздохнул.
И они вот с ЭТИМ – родственники? Да в жизни не поверишь, увидишь – испугаешься!
Игоряша выглядел так, что на улице встретишь – бегом побежишь! И подальше, подальше… весь какой-то тощий, облезлый, мятый… запах от него, опять же… так и хочется спросить, не сдохла ли у него в кармане большая крыса.
Сеня набил на экране телефона сумму.
Игоряша подумал, исправил одну цифру. Переднюю.
– Столько они не стоят.
– Ага, как же! Ты мне мокруху предлагаешь, баба и ребёнок… да за такое втрое брать надо!
– Вот именно! Что там делать-то? Встреть их в подъезде да и придави по-быстрому. Сонька, дебилка, себе скотину завела, выгуливает её каждый вечер. Вот вечером и…
– Ну… ладно! Но часть денег вперед.
– Нет, – Сеня тоже уступать не собирался. – Не денег.
Перед носом Игоречка раскачивался маленький белый пакетик. Совсем крохотный. Но порошка там было раза на три или четыре… рука сама потянулась.
– Давай!
– Соглашаешься?
– ДАЙ СЮДА!!!
Пакетик опустился в подставленную ладонь.
– Сделаешь – получишь следующий. И деньги.
– СДЕЛАЮ!
В нескольких кварталах от этого места Евгений Отт смотрел на звезды.
Ему не спалось.
Он чувствовал… что он сегодня ощутил?
Алтарь.
Его родовой алтарь… нет, не так, как это было в родном мире. Там ощущения совсем другие, там он ощущается постоянно, словно рядом с тобой стоит стена. Или камин… стоит рядом, греет, опереться на него можно… да, и обжечь может, но пользы от него больше.
А вот сейчас – словно отзвук тепла. Что-то такое, дальнее…
Его ищут?
Кто?
Кто-то из родных? Так-то давно пора… на балкон вышла Соня.
– Еня… сидишь, малыш?
– Виррррр, – согласился Евгений.
Сидит, глядит…
– Знаешь, Енечка, так неспокойно на душе последнее время… как ты думаешь, что сделал Борис Михайлович, получив результаты анализов? Если он их показал Сене, то наверняка ждёт нас противный скандал.
Евгений в этом даже и не сомневался. И явится, и скандал будет, но это уже не так страшно. Если что – он свою семью защитить сумеет…
Как так получилось?
Что отозвалось в нём?
Но… Евгений вдруг почувствовал, что неконтролируемо превращается в человека. Прямо на глазах у Сони. Хорошо ещё, с балкона не выпал.
– С-соня…
Соня смотрела на него большими круглыми глазами, куда там енотам. А потом молча упала в обморок.
Евгений подхватил обмякшую женщину, огляделся… куда?
На кухню, конечно. Там Соню хоть на коврик положить можно… вот так.
Положил, а дальше что? Водой облить?
Вот она спасибо скажет и за мокрую одежду, и волосы, и лужу на полу… по щекам похлопать? Как-то Евгений раньше не старался никого в чувство приводить или пользовался радикальными методами. Две оплеухи – потрясающий эффект.
Соня шевельнулась.
Кажется, сейчас придется объясняться… Евгений приготовился к трепке, но – не судьба. Его опять согнуло пополам, и открывшая глаза Соня увидела над собой симпатичную енотовую мордяху.
– Еня?
– Крррр! – отозвался Евгений, который сейчас зверски завидовал попугаям. А что? Они могут на любом языке говорить, а еноты только верещат. Обидно…
Сейчас бы хоть объяснился, да куда там!
– Уфффф… Еня, я где?
Соня обвела взглядом кухню, потёрла лоб.
– Кррррр.
– Странно. А мне казалось, что я вышла на балкон. И представляешь, приснилось, что ты превратился в принца.
Хм? Это всяко было лучше, чем: «Помогите, маньяки атакуют!»
– Такого, как на картинках, в жизни эти красавцы обычно первые сволочи, но ты у меня самый лучший енот мира, правда?
– Крррр, – грустно согласился Евгений.
– Только почему я тут? Неужели мне всё приснилось от переутомления? Вообще могло, ты не представляешь, как меня после родов накрывало, пару раз вообще на ходу засыпала, не понимала, как и куда пришла… наверное, наркоз осложнения давал. Я-то думала, всё уже в прошлом. Так, ладно, надо спать идти, а то ещё куда-нибудь занесет, что делать будем?
– Крррр!
– Пошли, Еня. Я буду спать, а ты успокоительно сопеть.
На ручки Соня енота брать не стала, да и куда его? Такого мамонта! Пятнадцать килограмм, она взвешивала! Поднимешь на руки – и опять спина начнет разламываться. Потому – идём вместе и спим…
Спим и ещё раз спим.
О чем Соня умолчала…
А может, ей опять этот принц приснится? Может, он и сволочь, как все принцы, ну хоть во сне посмотреть на красивое. Очень он ей понравился…
Рамира
– Бабушка, – Фелиция навестила литту Яну на следующий же день. – У нас всё готово. Сейчас я отдала портальный кристалл на проверку, чтобы не было проблем, мне обещали всё сделать дней через пять-шесть, без очереди.
– Отлично.
– И мы отправляемся за Евгением.
Литта Яна выдохнула.
Так-то цепочка складывалась.
Возвращение Евгения – его помощь Марине – выполнение обещания самой литты Яны. Главное, чтобы всё прошло как надо.
Это она внучке и озвучила.
Фелиция пожала плечами:
– Что можно, я постараюсь предусмотреть. Остальное пусть будет как будет.
– Задала я тебе хлопот, Фели…
– Бабушка, я тебя люблю, так что не говори глупостей и не думай о них. Евгению так не повезло, его не любят, но ради тебя я его откуда угодно вытащу.
Литта Яна вздохнула.
– Может, он исправится? Семья у него уже, считай, есть, и Марина, и ребенок…
– Ты в это веришь?
– Нет. Скорее, наоборот. Но жизнь я Марине сохраню и надеюсь, её ребёнку тоже. Должно ведь это зачесться?
Фелиция промолчала.
С магией никогда нельзя узнать до конца. Но… справедливости ради, если литта Яна умрет, этот долг перейдет на её потомков. Так что лучше все разрешить сейчас.
– Спасибо, Фелиция. Я редко это говорю, но я тебя тоже очень люблю.
Фелиция почувствовала как защипало в носу. Вот ради этих минут и стоило рыть землю, ради этого можно было договариваться и с некромантом, и с Анной, и с кем угодно! Ради людей, которых любишь ты и которые любят тебя.