Марина покраснела пятнами. Красивее её это не сделало.
– Ты… вцепилась, да?! Моя смерть и на тебя ляжет, поняла, гадина?!
– Я тебя заставляла зелье плодородия пить? – язвительно парировала Соня. – Не переживай, и родишь, и мужа тебе ещё найдем. К примеру, слепоглухонемого капитана дальнего плавания. Чтобы не задохнулся от избытка очарования!
– …!!!
– Иди отсюда подобру-поздорову, а то сейчас сама тебя выкину!
Церемониться Соня не собиралась. Да, Марина беременна, но это не повод спускать откровенно хамское поведение. А если ещё Марта сейчас выйдет?
– Почему-то я так и думал, – голос Евгения не предвещал ничего хорошего.
Марина развернулась – и попробовала упасть к нему на грудь. Евгений ловко выставил руку, придерживая женщину на почтительном отдалении от себя.
– Эжен!
– Вон. Отсюда.
Сказано было так, что Соня едва вслед за Мариной не вышла.
Марина задохнулась, вылетела вон и напоследок ещё дверью об косяк треснула.
– ЕНЯ!!!
Марта сомнений не испытывала, взлетая Евгению на руки.
– Ты! Мой любимый рыб!
– Папа! Мне де-сь ньа-ви-ся!
– Вот и отлично! Я не просто так пришел. Соня, познакомься, пожалуйста, – Евгений открыл дверь, которую захлопнула Марина. – Это тилла Анна и тилла Лина. Тилла Лина ещё мной занималась и с радостью повозится с моей дочкой.
Тилла Лина, серьёзная женщина лет шестидесяти, наклонила голову.
– Тилла Анна поможет тебе немного освоиться. Ей приказано отвечать на все вопросы, которые у тебя возникнут. Я буду у себя в кабинете, тилла заодно покажет тебе дом. Ты не возражаешь?
Соня покачала головой:
– Нет. Всё в порядке, иди работай.
Евгений быстро наклонился и поцеловал её в щеку.
– Ты – чудо! Марта, а ты уже видела кукольный театр?
– Нет!
– Пойдём, я тебе покажу!
Кукольный театр оказался обычным театром марионеток, только заводных. Или магических. Можно было повернуть ключ, выбрать пьесу, и куклы начинали двигаться, тихий голос озвучивал сказку.
Марта уселась перед театром – и выпала из жизни.
Тилла Лина покачала головой и потихоньку поинтересовалась у Сони, что предпочитает кушать малышка.
Соня подумала пару минут, сообщила, что варёную рыбу Марта не любит, а так ест всё, и тилла пообещала накормить ребёнка.
А Соня начала с самого главного.
– Анна, проводите меня, пожалуйста, в библиотеку. Мне хочется почитать что-то по мироустройству.
Евгений действительно занимался делами. Правда, не отчётами, о которых сказал Соне. Вместо этого он отправился к алтарю.
Как выглядит родовой алтарь?
Очень просто. Камень, полупрозрачный, в роду Отт он небесно-голубой, полупрозрачный, с разводами и переливами. Любоваться им можно вечно.
Евгений, недолго думая, коснулся алтаря рукой.
Острая кромка не подвела, и на алтарь потекла кровь. Не слишком много, но алтарь засиял и принялся переливаться вдвое ярче.
Евгений погладил его рукой.
– Я скучал…
И ощутил в ответ…
Кто-то считает, что алтари неразумны – это ведь просто застывшая магия. Но Евгений думал иначе. У него было ощущение присутствия рядом чего-то большого и уютного, вроде здоровущей дружелюбной собаки. И вот она трётся о твои ноги, и вам обоим хорошо рядом.
– Я хочу жениться, – тихонько сказал Евгений. – Я надеюсь, Соня тебе понравится. Я приведу её завтра… можно было бы заключить светский брак, но я её действительно люблю. И её малышку в род приму обязательно, они обе – чудесные.
Тихий стон оборвал его откровения.
Евгений обернулся – и сдвинул брови. Воистину, у Марины Линдли сегодня был неудачный день.
Так бы она подождала до завтра, но раз явилась… Евгений поманил её пальцем:
– Иди-ка сюда, дорогуша.
Марина сверкнула глазами, но подошла. Даже на отдалении от алтаря она себя чувствовала лучше, а уж вблизи… сил у неё хватило даже на обвинения.
– На мне ты жениться не хочешь. А чужого ребёнка готов ввести в род.
Евгений молча приложил её ладонь к алтарю. Марина вскрикнула, оцарапавшись, и Евгений разрешил ей убрать руку.
– Смотри.
Кровь Марины бессильно стекала по алтарю. И в том месте, где находился сток, алтарь даже потемнел. Словно ему было неприятно.
– И что?! Думаешь, она окажется лучше меня?!
– Уверен. И давай проясним все вопросы. Я обещал, и обещание сдержу. Я подпитываю тебя до родов, я помогаю во время родов, я готов содержать тебя и ребёнка, когда он родится. Но жениться на тебе я никогда не обещал. Да и не хочу.
– Её ты любишь, – горько произнесла Марина. – А меня? Чем я хуже?
Евгений пожал плечами.
Любит.
Как-то постепенно, он и не задумывался об этом, а полюбил. Оказывается, оно и так бывает. Без каких-то бешеных страстей, без «взглянул и умер», без бабочек в животе, да и Магия с ними, с насекомыми. Сначала Соня ему казалась скучной и неинтересной. Некрасивой и старой.
А потом, шаг за шагом, день за днем Евгений видел, как она заботится и о нём, и о дочке, наблюдал, как Соня борется с обстоятельствами, как старается держаться, даже если очень тяжело, – и начал восхищаться. А внешность?
Это такие мелочи, право же! Когда тебе на дороге встречается настоящая женщина, готовая не просто стоять за твоим плечом, но и прикрывать тебе спину, поддерживать в любой ситуации и разделять и радости, и беды, уже не смотришь на цвет волос и глаз, а бежишь благодарить магию.
Соня была именно такой.
Не оценил её первый муж? Сам и дурак. А Евгений свое счастье не упустит.
Марина же?
– Ты меня не любишь, Марина, ты просто хочешь сытую и бестревожную жизнь. Почему я должен тебя любить? Потому что ты выпила зелье плодородия чтобы поймать меня ребёнком?
Марина зло зашипела:
– Я тебя любила!
– Не меня. Ты не знаешь, какой я, ты увидела, что у меня есть деньги, есть положение в обществе, что я могу тебе дать всё запрошенное, – и ты мигом бросила Маркуса. Даже не бросила, крутила с нами обоими. Тебе самой не гадко?
– Дело только в твоей обиде? Но, Эжен, пойми, я ведь ношу твоего ребёнка! Твоего, не чужого! Если ты позволишь…
– Не позволю. Наши отношения будут регламентированы. Я приказал подготовить контракт на материнство и воспитание малыша, и буду тебе платить соответственно. Подумай, в каком городе ты хочешь жить, присмотри небольшой дом, я тебе его куплю. До пяти лет я буду просто навещать ребёнка, потом, как прописано в стандартном договоре, он будет проводить у меня два дня в неделю. В положенный срок я введу его в род.
– И всё?
– Абсолютно.
– Твой родной ребёнок. А чужой тебе дороже… почему так?
Евгений на миг растерялся. А вот Мария Петровна, которая отлично чуяла токи силы и решила прогуляться к их источнику, – нет.
– Пора бы уже знать, дамочка. Родня – это не по крови, это те, кто за тебя и горой, и стеной. И ты за них свою кровь до последней капли отдать готов. Вот Евгению повезло, он такое нашёл, а ты на чужое не зарься. Ты лучше своё ищи, я-то знаю, что у каждого на земле есть шанс на счастье.
Марина развернулась.
Она бы закатила истерику, принялась кричать… да много чего можно было сделать. Остановила аура вокруг пожилой женщины, такая же, как у бабушки, даже ярче, сильнее.
Ведьма?
– Вы…
– Ты иди, милая, иди отсюда. Не скандаль попусту, нечего тебе тут ловить.
Евгений посмотрел вслед Марине. Равнодушие, вот и всё. Нет ни чувств, ни эмоций… раньше – убил бы. Но слишком он Марине и её интригам благодарен за Соню, за Марту, так что… пусть живет. Только подальше от него.
– Это ведьмина внучка?
– Да.
– Когда ты меня на место отвезёшь? К дому её бабки?
– Фелиция мне сказала, куда ехать. Хоть сейчас.
– Сможешь поехать?
– Соне скажу, и поедем, – согласился Евгений. Если есть возможность развязаться хоть с одним долгом, надо действовать. И прямо сейчас.
Соня не возражала. Она уже закопалась в библиотеку по уши. Читать ей нравилось, только времени никогда не было, а тут книги по мироустройству, да другой мир… да и времени вагон! Читай – не хочу!
Она хотела и читала. А Евгения поцеловали в щеку и пожелали удачи, чтобы ехал уже и не отвлекал от книг.
Портал перенёс Евгения и Марию Петровну аккурат к домику ведьмы. Сам он заходить не хотел… вот не тянуло как-то. Чувствовалось здесь ведьмино влияние. Её это место, и потоки здесь слабые, тоненькие… Мария Петровна таких сомнений не испытывала.
Подошла к домику, решительно положила руку на дверной косяк, ахнула, едва удержалась на ногах.
– Я…
Евгений бросился помогать, но ведьма выставила вторую руку вперед. Не трогать!
Мужчина и спорить не стал. Пусть ведьмы сами разбираются.
Мария Петровна достала из-под воротника платья что-то круглое, приложила к стене, зашептала… Евгений даже и прислушиваться не стал. Отвернулся и отошёл подальше. Уселся на траву, посмотрел в небо.
Там вальяжно плыли пушистые белые облака. Мужчина откинулся на спину, в траву, и стал следить за ними, пока не услышал голос над головой:
– Можешь поворачиваться. Всё я сделала.
– Что именно? – Поворачиваться Евгений не спешил.
– Наследство приняла. Ну и на себя его перенастроила, насколько смогла.
– Так… и что дальше?
– Дальше, – Мария Петровна поняла, что двигаться мужчине попросту не хочется, обошла его и встала перед лицом Евгения, – дальше я останусь тут. Ты же хочешь, чтобы Соня и Марта прижились в этом мире? Вот и я тоже попробую. И им легче будет, когда кто-то свой рядом, и слух пустим, что мы родня… считай, из одного мира, от Адама и Евы…
Библию Евгений читал. Коран, кстати, тоже, знакомился с религией мира, в который его занесло, так что шутку оценил. А вот предложение… своеобразное, но что он теряет?
– Мария Петровна, давайте договоримся так. На первых порах я помогу деньгами и людьми, ну и освоиться тоже. Если захотите вернуться – координаты у меня есть, портал открою, когда скажете.