великой судьбы у меня не получится, что если выяснится, что ты солгал мне, то я имею право потребовать твоё желание волшебника. То самое желание, которое каждый волшебник прячет так, чтобы никто другой не мог отыскать его. Оно гарантирует исполнение любого желания, если произнести его вслух. Волшебники, как правило, приберегают это желание на тот случай, когда решают, что им настало время навсегда покинуть этот мир. Но только это больше не твоё желание, Мерлин. Поскольку ты поклялся, что если моя судьба не сложится так, как ты предсказал, я смогу забрать его, это твоё желание. И тогда я смогу пожелать чего угодно взамен того, чего ты лишил меня. Итак, Мерлин…
Он приблизился к волшебнику, сжимая в руке свой топорик.
– Я желаю смерти.
Мерлин не выказал ни страха, ни раскаяния.
– Я сказал, что тебя ждёт великая судьба, если только ты сам позволишь себе владеть ею, Яфет. Но ты затаил обиду на Артура, сосредоточился на этой горечи. Зависть – это зелёный змей, который пожирает сердце целиком, без остатка. Посмотри, что ты с собой сделал. Ты вырастил этого змея в себе, пропитался его зелёным ядом, позволил ему поглотить свою душу, а затем и всего себя. Теперь этот змей стал больше тебя самого, потому что зависть не знает границ. Её невозможно смирить, даже с помощью смерти. Так что тебе предстоит жить вечно – непобедимым, бессмертным, заживо съедаемым без конца зелёным змеем, завладевшим твоим сердцем. И так будет продолжаться до тех пор, пока ты сам не прогонишь его. Пока не научишься прощать. Нет, прощать не только меня или Артура, но и себя самого тоже. Тогда, и только тогда ты сможешь начать всё заново. Только тогда твоя жизнь приобретёт смысл, станет такой, как я обещал. Какой она могла бы стать, если бы ты выбрал её.
– Снова ложь! Снова оправдания! – дрожащими губами воскликнул Зелёный рыцарь. Он, словно башня, навис над волшебником и приказал: – А теперь на колени, пёс. Пришла моя очередь нанести удар.
– Как скажешь, – ответил Мерлин.
Он снял шляпу, опустился на колени, положил голову на ствол поваленного дерева, откинув в сторону длинную бороду и обнажив белую тощую шею.
Мурашки пробежали по спине у Агаты, когда она увидела волшебника таким беззащитным, слабым, таким же смертным, как она сама…
– Погоди! – выкрикнул Артур, бросаясь вперёд с выхваченным мечом в руке. – Не делай этого, Кей!
Мерлин коротким, как выстрел, заклинанием пришпилил Артура к дереву. Напрасно король пытался вырваться из невидимых пут, напрасно крутил кулаком с зажатым в нём Экскалибуром.
– Наноси свой удар, Яфет, – сказал волшебник, укладываясь щекой на поваленный ствол. – Делай то, зачем пришёл.
Агата видела, как судорожно глотает воздух Зелёный рыцарь, глядя вниз, на шею Мерлина, как дрожит топорик в его ладонях.
– Почему, Мерлин? – прошептал рыцарь. – Почему ты не любил меня?
– Я любил тебя так же сильно, как Артура, – поднял на него глаза волшебник. – Так же, как люблю всех своих подопечных. Но любовь, которую ты получаешь, равна любви, которую ты отдаёшь.
Слёзы потекли по лицу Зелёного рыцаря.
– Скажи, что я… что из меня получился бы лучший король, чем… – тихо сказал он. – Скажи мне, что ты ошибся… что это я должен был стать Львом. Вместо того чтобы стать Змеем.
И Мерлин ответил ему с тёплой, любящей улыбкой:
– Я надеюсь, ты найдёшь в себе мир, Яфет.
– Будь ты проклят, Мерлин, – всхлипнул рыцарь.
И занёс свой топор.
– Нет! – вскрикнул Артур, пытаясь вырваться на свободу.
Зелёный рыцарь обрушил свой клинок вниз, и он с глухим стуком вонзился в дерево, пробив Мерлина насквозь.
С диким криком Артур швырнул свой полетевший через лес меч…
Экскалибур тяжело, глубоко вонзился в грудь рыцаря.
Зеленокожий гигант скосил глаза вниз, на хлынувшую из раны кровь, которая, впрочем, почти сразу же остановилась, а нанесённая мечом Артура рана начала прямо на глазах затягиваться сама по себе. Бессмертный рыцарь вновь остался невредим.
Но не на него смотрел сейчас Артур, а на лежащего волшебника.
– Агата… – потрясённо прошептал Тедрос, указывая на Мерлина.
Сама она на волшебника посмотреть не решалась, ей невыносимо было бы видеть его обезглавленным…
А он обезглавленным и не был, потому что топорик рыцаря не отсёк ему голову.
И не промахнулся Зелёный рыцарь – он вовсе и не целился в шею волшебника, как оказалось. И нужна ему была не голова Мерлина, а его борода, которую рыцарь и отрубил.
Замерев и затаив дыхание, Артур наблюдал за тем, как Зелёный рыцарь поднимает из грязи свой трофей – длинную седую клочковатую бороду волшебника, как затягивается нанесённая Экскалибуром рана на груди рыцаря.
Мерлин медленно поднялся, удивляясь тому, что остался жив. Посмотрел на Зелёного рыцаря, державшего в руке отрубленную бороду, увидел стальной блеск в его глазах. Только теперь Мерлину стал понятен план рыцаря.
– Послушай меня, Яфет, давай поговорим, – сказал волшебник. Пожалуй, впервые за всё время стало заметно, что он испуган.
– Значит, оно всё ещё здесь. Ты сам сказал мне, что оно спрятано в твоей бороде, когда обещал мне его, – кивнул Зелёный рыцарь. – Так и находилось здесь все эти годы… а ведь ты мог и перепрятать его куда-нибудь ещё…
– Не делай этого, Яфет, – взмолился Мерлин.
– Благодарю тебя за то, что отдал мне своё желание волшебника, Мерлин, – сказал рыцарь, и голос его с каждой секундой, с каждым словом становился всё твёрже. – Я знаю, ты всегда хотел, чтобы я был счастлив. Но я хочу, чтобы это желание исполнилось здесь и сейчас. Хочу этого сильнее, чем ты.
– Есть другие способы… – продолжал настаивать Мерлин.
Зелёный рыцарь прижал к своему сердцу бороду волшебника.
– Желаю избавиться от этой горечи, от этой зависти, от этой ненависти. Хочу снова стать тем человеком, которым должен быть. – Он посмотрел прямо в глаза Мерлину. – Я хочу быть… свободным.
– Нет! – закричал волшебник.
В тот же миг зелёная кожа рыцаря начала светлеть. Его мышцы опали, вздутые вены сморщились, обвисли тугие щёки, и вскоре Зелёный рыцарь превратился в мягкотелого, бледного мужчину средних лет, совершенно неуместного в волшебном зачарованном лесу. Сэр Кей глубоко дышал, уставившись взглядом в небо.
– Так вот на что это похоже… – прошептал он.
Затем сэр Кей закрыл глаза, стёрлись, исчезли последние зеленоватые оттенки с его кожи.
Задрожал воткнутый ему в грудь меч.
Заново открылась рана, и из неё хлынула кровь.
Кей вновь открыл глаза, ясные, как солнце.
– Прощай, Мерлин, – сказал он.
И замертво упал на землю.
Мерлин подбежал к нему, обхватил руками, но…
Но было слишком поздно.
Желание исполнилось.
Сделка состоялась.
Рыцарь действительно выбрал смерть, но только не для волшебника – для себя самого.
Мерлин тихонько всхлипнул, баюкая на руках тело Кея.
Приковавшее Артура к дереву заклинание рассеялось, и король от неожиданности свалился лицом в грязь.
Затем поднялся на четвереньки.
Волшебник в его сторону даже не взглянул.
– Мерлин… – взмолился король.
Волшебник небрежно взмахнул рукой, заставив его замолчать, а спустя какое-то время заговорил сам, холодным и резким тоном:
– Кей мог бы получить шанс начать свою жизнь заново. Я должен был убедить его. Я должен был помочь ему. Он мог бы в конце концов стать тем человеком, которым должен быть. Но твой меч открыл ему путь к бегству. Это ты позволил ему уйти, лишив меня возможности сражаться за него: – Мерлин ненадолго замолчал, по-прежнему повернувшись к королю спиной. – Люди станут говорить, что ты убил Зелёного рыцаря. Что ты герой этой сказки… но мы с тобой оба знаем правду, Артур. Ты нарушил данное мне слово. Слово короля, – голос волшебника сделался высоким и хриплым от гнева. – Слишком много доверия разрушено между нами. Слишком многое пошло не так.
Мерлин медленно уложил на землю тело Кея и поднялся на ноги.
– У меня больше нет желания волшебника и нет возможности самому назначить конец моих дней. Но я могу положить конец этому. Я покидаю тебя, Артур, – сказал Мерлин, стоя перед королём. – Времена, когда мы были вместе, закончились.
В лесу Эндера сразу стало тихо-тихо.
Мерлин и Артур в последний раз смотрели друг на друга…
Призрачная сцена поблекла, испарилась, сменилась мглой.
Исчез и ящик вокруг Агаты и Тедроса, и они вновь оказались в тёмной пустой комнате, перед холодной, погасшей звездой, лежащей на полу у них под ногами.
– Борода Мерлина, – задыхаясь от волнения, произнёс Тедрос. – Вот где Мерлин прятал своё желание. То, чего хотел Зелёный рыцарь. Борода Мерлина – вот ответ на первый мой тест.
– Мы должны добыть бороду Мерлина? – всё ещё оставаясь под впечатлением от увиденного, спросила Агата.
– Да, чтобы показать отцу, что я знаю правду, – сказал Тедрос. – Три теста. Три вопроса, на которые нужно найти ответ. Он хотел, чтобы я понял, что убийство Зелёного рыцаря не было победой. Это было величайшей ошибкой отца. Ошибкой, которая должна стать для меня уроком.
В зале за дверью зазвучали голоса и шаги.
– Бобёр их видел. Говорит, что девчонка была этой мятежницей, Агатой, – гулко раздавался чей-то грубый голос. Охранника, наверное. – Той самой, что убила кузена бобра во время нападения верблюда. Она путешествует на пару с тем принцем-предателем. Короче, вы представляете, сколько денег мы получим, если убьём их?
Тедрос потянул Агату глубже в тень.
– Как нам раздобыть бороду Мерлина? – спросил он. В темноте слабо светилось по-прежнему бледное лицо принца. – Мерлин заключён в пещерах Контемпо…
– И там, по всей видимости, находятся наши ведьмы, – припомнила Агата. – Они должны спасти его раньше, чем Яфет разгадает задание и успеет сам добраться до Мерлина…
Голоса охранников звучали совсем уже близко.