Прах покоится в Хранилище № 41
Банк Путси»
– Файл сэра Кея. Тот, в Живой библиотеке, – выдохнула Агата. – Яфет отправился не Мерлина искать. Он отправился за бородой Мерлина. – Она подняла глаза на Тедроса. – Змей знает ответ на первый тест.
– Это невозможно, – фыркнул Тедрос. – Как он мог узнать то, что мой отец хранил в тайне?
– Яфет это узнал потому, что был каким-то образом связан с сэром Яфетом. Змеем и Зелёным рыцарем. В той истории должно быть что-то ещё, чего мы не знаем, – сказала Агата, начиная перепелёнывать Мерлина. – Всё. Мы должны немедленно отправляться в Путси. Именно там борода, именно там…
– Нет, борода у нас! – возразил Тедрос. – Как только мы узнаем заклинание, которое старит… ну, то есть, я хочу сказать…
– Да не эта борода нужна! А та, которую Зелёный рыцарь отрубил у Мерлина в лесу Эндера! Борода, в которой хранится желание волшебника. Она, должно быть, похоронена вместе с телом Кея в Путси! – горячо заговорила Агата, чувствуя, что малыш Мерлин крепче сжимает её большой палец, словно давая знать, что она на правильном пути. – Вот оно, окончание теста – борода. Та, оригинальная борода! И этой бородой сейчас собирается завладеть твой соперник! – Она с Мерлином на руках бросилась к двери. – Мы всё неправильно поняли, перепутали и теперь немедленно отправляемся в Путси!
– Зачем нам в Путси? Почему именно в Путси? Эй, но там же Змей, вы сами говорили! – напрягся Хорт.
– Почему, почему? Потому что! – отрезала Агата. Лежавшему у неё на руках ребёнку она доверяла больше, чем опасениям и страхам двух парней. Точно так же, как должна была бы доверять побуждениям и передвижениям Змея больше, чем своим собственным. – Поторопитесь. Если Путси начинается сразу за восточной границей Бладбрука, мы туда спокойненько пешком доберёмся!
– Наш хорёк прав, – покачал головой Тедрос, не собираясь трогаться следом за ней. – Мы не можем приближаться к Яфету с Мерлином на руках. Змей может выкрасть у нас волшебника… а мы, значит, сами поднесём ему наше самое сильное оружие на блюдечке с голубой каёмочкой…
Бум! Бум! Бум!
Звуки доносились снаружи, громкие, словно кто-то колотил прямо по небу гигантским молотом.
Малыш Мерлин заплакал, зажал ручонками свои уши.
Крепко прижав его к себе, Агата подбежала к окну, рядом с ней встали два парня.
На востоке лунный свет серебрил рвущиеся к небу зелёные побеги, тянувшиеся всё выше, выше, выше над землёй…
Мерцающее в лунном свете дерево распускало десятки ветвей, каждая из которых становилась новым деревом, и тоже пускало ветки-деревья. Этих деревьев были уже сотни… нет, тысячи, и они росли всё выше, стояли всё гуще – тесное, непроходимое сплетение стволов, ветвей, листьев. Зелёная стена, уходящая своей вершиной за облака.
На долю секунды Агате почудилось, что она видит втиснутые между ветками тела – человеческие тела, размером с листок или жёлудь каждое…
Крик долетел с ветром.
Знакомый Агате крик.
Набежали облака, скрыли Луну, погрузили восток во тьму.
Всё, что видела Агата, растворилось в ночи словно видение, словно сон.
Три пары глаз не отрываясь смотрели за окно, в чёрную бездну.
И Мерлин тоже смотрел, перестал плакать.
– М-да, ребята, – тяжело сглотнул Хорт. – Я не уверен, конечно… но мне показалось… Или не только мне?.. – Он повернулся к своим друзьям. – Волшебное дерево?
Агата затаила дыхание.
Один короткий взгляд на Тедроса, и она уже знала, о чём они оба подумали.
Да, Хорт.
Да, это было оно.
11✦ Софи ✦Хранилище № 41
Ведьма вернулась, очнулась от сна, вновь стала самой собой.
Софи с независимым видом шла по усыпанным перьями улицам Путси, потряхивая своими коротко стриженными ярко-красными волосами, в облегающем белом платьице, расшитом острыми, как шипы, алыми крупными бисеринами.
Теперь это надетое на ней старое платье Эвелин Садер беспрекословно слушалось её. Помогало Софи замаскироваться. Меняло свой вид по её желанию и вообще делало всё, чего она хотела. Само собой, Софи платью всё равно не верила, однако пока оно было на её стороне, использовала его, что называется, по полной.
Неудивительно, что похожие в большинстве своём на бледных свинок жители Путси провожали Софи взглядами, однако никто её не узнавал. Они же все видели недавнюю трансляцию из Камелота по маговидению и, разумеется, по-прежнему считали Софи этаким белокурым ангелом, нежно воркующим над своим любимым королём. Разве могло им прийти в голову то, что она на самом деле думала о своём женихе в эту минуту?
«Вот гадина! – кипела от гнева Софи. – Да как он смел ко мне в мозги залезть? Контролировать меня захотел, урод!»
Её никто не мог, не имел права контролировать.
Никто.
«Трусливая рептилия! – продолжала злиться она. – Райен хотя бы на равных со мной сражался. По-честному. А Яфет жульничал, жульничал, жульничал!»
Уши у Софи всё ещё болели в тех местах, откуда она вырвала притаившихся там скимов.
Ничего, теперь расплата была близка.
Именно за этим она и приехала в Путси – найти его.
Этого…
И смотреть ему в глаза, пока она будет вырывать из груди его мерзкое чёрное сердце.
До этого момента Софи сражалась за своих друзей. За прекрасное «долго и счастливо» для Тедроса и Агаты.
И всё, пожалуй, больше ни за что.
Теперь всё изменилось.
Теперь Софи сражалась за себя.
Отомстить Яфету стало для неё делом чести.
Да, но вот только как его найти, этого мерзавца?
Вчера Яфет и Кей отправились на эту птицеферму под названием Путси – это всё, что было известно Софи. Надеясь нагнать и выследить их, она не раздумывая украла с конюшни Камелота одну из лошадей, поскакала в Гилликин, а там, на рынке, сумела поймать волшебную птичью попутку, летевшую как раз в Путси.
Строго говоря, Путси было не столько полноценным королевством, сколько просто крупным торговым портом, вклинившимся между королевством Киргиос и Стеклянной горой. Хозяйничали в порту сварливые гуси-гвардейцы в блестящих зелёных шляпах. Они регистрировали прибытие и отплытие судов, проверяли их груз и патрулировали шумные, переполненные улицы, очень часто останавливая прохожих для проверки документов.
– Куда ни плюнь, повсюду эти чужаки! – подслушала Софи разговор двух таких гусей. – Совсем распустились!
– Га-га, и не говори, приятель! – отвечал ему напарник. – Понаехали незнамо откуда! Никому верить нельзя!
Софи сообразила, что «понаехавшие незнамо откуда» – это, должно быть, матросы и пассажиры из дальних уголков Бескрайних лесов, каких и на карте-то не сыскать. Из Хараюки, например, Циципаса или с горы Баттен.
Встречали гуси и тех, кто сходил на берег с прибывших судов – этих они проверяли поголовно.
– Имя. Королевство. Цель приезда, – заученно проревел гусь-таможенник.
– Бао из долины Васанта, – отвечал ему мускулистый парень с ручным грифоном на плече. – Приехал по личному поручению Сахарной королевы.
– Поручения Сахарной королевы здесь силы не имеют, – спокойно отвечал таможенник, надевая на шею Бао металлический ошейник. – В наших Лесах власть принадлежит королю Райену. Вам предписано оставаться в Путси до слушания вашего дела. Любая попытка пересечь границу соседнего королевства активирует ваш ошейник и вызовет мгновенную смерть.
– Хорошенькое дело, – недовольно покачал головой Бао. – И когда же будет назначено слушание моего дела?
– Когда будет, тогда и будет, – буркнул в ответ гусь. – Следующий!
Грязный пыльный порт был плотно забит такими же, как этот несчастный Бао, иммигрантами в ошейниках, ищущими возможности вырваться отсюда в Леса, и местными, с кислыми лицами, жителями, недовольными таким наплывом «понаехавших» в их город. Слух о предстоящем Турнире королей дошёл и до здешних удалённых мест, доказательством тому были многочисленные лавки, бойко торговавшие дешёвыми коронами Льва для поклонников Райена и коронами Змея для тех, кто поддерживал Тедроса. Справедливости ради стоит заметить, что «змеиные» короны не покупал практически никто.
«Точно так же обстоят дела и в Гилликине, – подумала Софи. – Посмертная воля Артура всеми принята всерьёз, но победителем все единодушно заранее считают Райена. Только понятия они не имеют, что Райен – это не Райен вовсе. Что их нынешний король – Змей, предавший всё, за что боролся Артур».
Софи прочёсывала улицы в поисках Яфета, но нигде не находила ни следов лошадей – его и Кея, ни королевского дворца, где мог быть принят Змей.
Над её головой гнусаво проквакала труба, и со всего королевства к пристани потянулись стаи гусей – встречать прибывающее судно.
Впрочем, нет, не судно это оказалось, когда Софи внимательнее рассмотрела его.
Дворец это был, дворец, подплывающий к берегу, – зелёный, как мята, с золотыми башенками-минаретами, местами обгоревшими так, словно это плавучее чудо подверглось нападению. На палубах несли вахту патрули из гусей-гвардейцев.
Распахнулись двери дворца, опустился трап, и по нему на берег сошла императрица Вейсилла, закутанная в мантию из гусиных перьев и с криво сидящей хрустальной короной на голове. Пройдя мимо гуся-капитана, который тут же пристроился вместе со своими подчинёнными следом за ней, императрица не спеша двинулась дальше, поглядывая на каждого, у кого на шее блестел ошейник.
– Дрянь. Мусор, – подслушала Софи бормотание императрицы. – Совет королевства голосует за то, чтобы впускать их, но это только потому, что не хотят сами связываться с ними. «Это проблема Вейсиллы! Пусть они наводнят её земли как саранча!» – Императрица так увлеклась своими мыслями, что даже не заметила, как вступила своей туфелькой в гусиный помёт. – Но, быть может, король Райен окажется достаточно дальновидным, чтобы игнорировать решение Совета и своей властью закроет наши границы раз и навсегда…