Пульс у Софи замедлился, с каждым шагом всё тяжелее становилось переставлять ноги, в глазах потемнело, но позволить себе отключиться она не могла. Нет, только не здесь, где её очень долго никто не найдёт. Хватаясь руками за стволы деревьев, тяжело дыша, Софи всё же добралась до края леса, пошатываясь вышла на свет…
И застыла на месте.
Перед нею до самого горизонта раскинулось залитое солнцем пшеничное поле. Пробежал ветерок, качнул высокие, почти в рост человека, золотые колосья, и стали видны спрятанные в них ряды мечей с позолоченными головами Льва на рукояти. А посреди этих мечей, наклоняясь, чтобы рассмотреть каждый из них, ходил…
Юноша ходил.
Со светло-каштановыми волосами, обнажённый по пояс, с небрежно закинутой на блестящее от пота, мускулистое плечо форменной рубашкой Фоксвудской школы. Он почувствовал присутствие Софи и обернулся, чтобы взглянуть на неё своими огромными серыми глазами.
У Софи остановилось сердце и закружилась голова.
– Чеддик? – ахнула она.
Юноша бросился к ней, но Софи уже падала, падала…
– Выпейте, – требовательно произнёс голос.
Софи разлепила веки и увидела над собой размытый мужской силуэт – незнакомец подносил к её губам стакан с какой-то мутной, подозрительной жидкостью. Теперь Софи поняла, что лежит на кровати, под головой у неё подушка, а её блузка усыпана зёрнами пшеницы. Виски ужасно ломило, заставляя Софи жмуриться и моргать влажными, слезящимися глазами. Постепенно её зрение сфокусировалось, и она смогла рассмотреть перед собой парня с густыми бровями, точёным прямым носом и опущенными, как у Чеддика, уголками губ. Только очень высоким был этот парень в отличие от Чеддика, а значит, не был им. Кем-то другим был её спаситель, кем-то совершенно другим, и при этой мысли на губах Софи появилась её знаменитая, неотразимая улыбка. Появилась, чтобы тут же погаснуть, поскольку Софи тут же вспомнила, что для всех она сейчас не Софи, а Равенна, декан Фоксвудской школы для мальчиков. Училка в уродливой одежде и с отталкивающей бородавкой на носу.
– Что в нём? – спросила она, кивком указывая на стакан.
– Бананы, йогурт и кокос, – ответил юноша. – Поможет вам подняться на ноги.
Сказать по правде, бананы Софи не любила, а кокос так и вовсе терпеть не могла, но она мужественно выцедила весь стакан, обводя тем временем глазами комнату, в которой очутилась. Голубая фреска, на которой изображён побеждающий дракона рыцарь. Открытый шкаф, набитый одеждой и обувью для молодого парня. Высокая кровать с синими, туго накрахмаленными простынями, на которой сейчас лежала Софи.
– Где я? – спросила она.
– В комнате моего брата. Я перенёс вас сюда, – ответил юноша. – Проще было бы оставить вас внизу, но на первом этаже сейчас никто не живёт.
– Так вы знали нашего брата? – спросил новый голос.
Софи повернула голову. В дверях стоял совсем молодой парень с копной спутанных, серых, как остывшая зола, волос и печальными синими глазами.
– Седрик сказал, что вы его за Чеддика приняли, – пояснил он, кивая в сторону своего старшего брата.
– Это Калеб, – улыбнулся Седрик, подходя к младшему брату и проводя его дальше в комнату. – Чеддик наш средний брат, – улыбнулся он, но тут же, погрустнев, добавил: – Был нашим средним братом.
– Так это дом Чеддика? – удивлённо переспросила Софи.
В её памяти сразу всплыл висевший в Школе портрет сероглазого парня и надпись под ним: «Чеддик из Фоксвуда».
– Да, и вы сейчас лежите на его кровати, – негромко подтвердил Седрик. – Наша мама хотела, чтобы комната Чеддика всегда оставалась такой же, как при его жизни.
– А мы до сих пор даже не знаем, кто его убил, – добавил Калеб.
«Змей. Змей его убил, – хотелось сказать Софи. – Убил его хладнокровно, расчётливо. А Леди Озера смотрела на то, как убивают вашего брата, и пальцем не пошевелила, чтобы спасти его».
– Последнее, что нам известно о Чеддике, это то, что он мечтал после окончания Школы стать первым рыцарем при Тедросе, – сказал Седрик и прибавил сквозь стиснутые зубы: – Он недостоин быть королём, этот Тедрос. Настоящий король защищает своих рыцарей. Чеддик, конечно, попросил бы меня простить Тедроса, но у меня не настолько чистое сердце, каким оно было у моего брата. Собственно говоря, именно поэтому Чеддика приняли в Школу Добра, а не меня.
«Вот ещё одна семья, которую погубил Змей, – подумала Софи. – Ещё одна слишком рано оборванная сказка».
– Чеддик был очень предан Тедросу, – сказала она вслух, глядя на фреску. Изображённый на ней рыцарь внешне был очень похож на Чеддика – светловолосый могучий атлет, бесстрашно сражающийся с драконом. – Очень милый, бесстрашный, честный. Все девчонки были без ума от него. И парням он тоже нравился. Надёжным был Чеддик очень. За ним каждый чувствовал себя как за каменной стеной. На него всегда можно было положиться.
Она повернула голову и увидела, как внимательно смотрят на неё оба брата.
– Э… а откуда вы знали Чеддика? – спросил Седрик.
– Чеддика?.. – заморгала Софи. – По Школе… – Она откашлялась, ровнее выпрямила спину. – По Фоксвудской школе, я имею в виду. Я, знаете ли, там новый декан. А с самим Чеддиком мы пересекались один раз. На рыбном рынке в Абу-Абу. А теперь, с вашего позволения, позвольте откланяться. Мне пора возвращаться к моим ученикам.
Она почти бегом покинула комнату, спустилась по лестнице вниз…
И замерла.
На нижнем этаже царил разгром, гостиная была усыпана крошками битой голубой черепицы. Подняв голову, Софи увидела пробитую в голубой черепичной крыше дыру и падающий сквозь неё золотой солнечный луч, в котором плавали пылинки. Пробивший крышу предмет был тут же – меч с головой Льва на рукояти торчал в полу из кучки битой черепицы.
Софи пробралась к входной двери, открыла её, вышла на крыльцо и обвела взглядом утыканные Экскалибурами пустынные и тихие улочки Фоксвуда. Ни одной разрушенной крыши она не заметила.
– Не повезло, – со вздохом произнёс голос у неё за спиной.
Софи обернулась и увидела стоящего на пороге Седрика.
– Только в нас мечом угораздило, больше ни в один дом, – сказал он.
В отдалении завыл горн.
Софи перевела взгляд и увидела спешащую к ним женщину в розовом тюрбане на голове.
– Калеб! Мама идёт! – крикнул Седрик в глубину дома, а затем снова повернулся к Софи: – Чеддик умирает, затем меч сквозь крышу падает… Калеб в школу ходить боится. Маме приходится присматривать, как он там. Так вы, как я понял, декан из Фоксвудской школы? Ну, тогда мама должна вас знать. Будет рада узнать, что мы помогли вам встать на ноги.
– Нет, я уж лучше пойду, знаете ли. Мне моих учеников собрать нужно, – заторопилась Софи, собираясь уйти так, чтобы разминуться с матерью братьев…
– Госпожа директриса Гримлейн! Госпожа директриса! Я нашёл его! – подбежал к женщине в розовом тюрбане маленький мальчишка, указывая рукой в сторону воткнувшихся в улицу мечей. – Прямо рядом с ним дохлая мышь валяется! Это должно что-то означать, правда, госпожа Гримлейн?
– Горн прозвучал, Брайсин, возвращайся в школу, – строго ответила директриса Гримлейн, продолжая идти навстречу Софи, которая словно приросла к месту.
– Гримлейн? Фамилия Чеддика была Гримлейн? – спросила у Седрика Софи. – Как у Гизеллы Гримлейн?
– Постойте. Вы знали, что Чеддик был сыном тётушки Гризеллы? – сделал большие глаза Седрик.
– Гизелла Гримлейн, – повторила Софи с замиранием сердца. – Домоправительница короля Артура и короля Тедроса в Камелоте. Эта Гизелла Гримлейн была матерью Чеддика?
– А, так не знали, значит, – выдохнул Седрик. – Мы с Калебом тоже понятия об этом не имели. Мама рассказала нам об этом только после смерти Чеддика. Думала, что мы не так сильно станем переживать, если узнаем, что он не был нам родным братом. Но на самом деле от этого только ещё хуже нам стало. Я не знаю, почему тётя Гризелла не воспитывала Чеддика сама, но честно вам скажу, что мы с Калебом этому только рады были. Чеддик был нам настоящим братом. Самым настоящим. Мы очень его любили, очень, – у него предательски дрогнул голос. – Э… кстати, откуда вы знаете нашу тётушку? Мы давно о ней ничего не слышали, несколько месяцев уже…
Софи не ответила, она наблюдала за приближавшейся к ней женщиной со смуглой загорелой кожей и впалыми щеками.
Артур…
Рафал…
Садер…
Гримлейн…
У Софи перехватило дыхание.
Теперь она знала, где настоящий Экскалибур.
Теперь она знала, как сможет победить Тедрос.
– Седрик, кто это? – окликнула сына директриса Гримлейн, прикрывая ладонью глаза от солнца. – Я же запрещала тебе разговаривать с незнакомцами!
– Как? – повернулся к своей гостье Седрик. – Вы же сказали…
А гостьи-то и не было уже.
Софи стремглав летела прочь от дома.
Прочь из Фоксвуда.
Проскочила через пустошь и через лес, в котором оставила своих учеников, побежала в сторону Гилликина, надеясь успеть на последний рейс фейри до Авалона…
И резко остановилась.
– Эмилио? – выдохнула она.
Смуглый мальчик сидел на камне посреди леса. Совершенно один.
– Мы искали вас, декан Равенна, – сказал он. – Я и несколько моих друзей.
– Возвращайся в школу, – тяжело переводя дыхание, сказала ему Софи. – Я скоро туда тоже…
Эмилио вставил в рот два пальца и громко свистнул.
И тут же среди деревьев замелькали тени людей, засверкали в пробивающихся сквозь листву лучах солнца прикреплённые у них на груди позолоченные львиные головы.
– Вообще-то, это друзья короля Райена. Они захотели встретиться с вами после того, как я написал им про вас, – уточнил маленький доносчик, глядя на то, как Софи окружают гвардейцы из Камелота. – Раз уж вы кузина короля, как утверждаете…
27✦ Тедрос ✦Спроси у Леди
Мерлин-подросток Тедросу не нравился. Совсем не нравился. После того как они отшагали пару километров по снежной равнине, волшебнику пришла пора принять очередную каплю эликсира для старения. Двенадцатилетний Мерлин превратился в тринадцатилетнего, но ничуть при этом не изменился, остался таким же властным и высокомерным, как в свои восемьдесят лет, но теперь вдобавок к этому сделался ещё капризным (и бесполезным при этом) всезнайкой.