дись собственной интуицией и реакцией!
Удивленная таким поворотом, я широко раскрыла глаза. Вероятно, воспоминания о схожем случае из детства смягчили черствую душу Каллисто. Честно говоря, кронпринц был последним, от кого я надеялась услышать слова поддержки.
– Спасибо, Ваше Высочество… – смущенно пролепетала я после затянувшейся паузы. – Думаю, вы были очень храбрым мальчиком. – Я попыталась проявить ответную любезность, больше мне нечего было добавить.
В начале рассказа я прониклась сочувствием к маленькому Каллисто, но затем, узнав, что он обезглавил мертвого медведя ради незаслуженных лавров, изменила свое мнение. Подонок с детства был безнадежен!
– И все?
Похоже, мой робкий комплимент не произвел должного эффекта.
– Ну да, а что? – Я растерялась.
– Тебе и впрямь больше нечего сказать?! – Морщинка на переносице кронпринца стала глубже. Да у тебя, дорогуша, камень вместо сердца! – Каллисто посмотрел на меня красными глазами.
– А?.. – Я опешила.
– Ну ты и злыдня!
– Что вы сказали? – Я задохнулась от возмущения.
Уж чья бы корова мычала!
– Да эту историю не могут слушать без слез даже закаленные в бою солдаты! Неужели тебе совсем не жаль несчастного ребенка?
Ха-ха! Вот уж в точку: ничуть не жаль! Он еще недоволен моей реакцией?! Любопытно, на какой минуте рассказа он надеялся услышать рыдания? Меньше всего в этой чертовой игре повезло мне самой. Кронпринц хотя бы мог действовать прямо, а не юлить, оценивая симпатию своих врагов…
Посмотрев в красные глаза Каллисто, я заметила:
– Как правило, грустные истории заканчиваются смертью, но, к счастью, это не ваш случай.
Именно такая мрачная перспектива нависла надо мной, будто дамоклов меч, но мерзавцу это, разумеется, было невдомек.
– Да-а-а… – протянул он. – Недаром шепчутся, что в злодейке нет ничего человеческого!
– Кто бы говорил!
Наверное, я стерпела бы оскорбление от любого другого мужского персонажа, но только не от кронпринца! Закипая от гнева, я встретилась взглядом с мерзавцем, чьи глаза будто подначивали: «Ну, давай, не сдерживайся!» Вот сукин сын! Пытаясь успокоиться, я сделала глубокий вдох, сжала губы и мысленно послала его ко всем чертям, как вдруг…
– Ха-ха-ха! – Лицо кронпринца вмиг переменилось. – А с тобой, дорогуша, не соскучишься!
«Симпатия 34 %» – она возросла на целых пять процентов, и ее уровень превысил тот, что бывает в обычном режиме игры по умолчанию! Неплохой рывок! Глядя на освещенную языками пламени фигуру кронпринца, я подумала, что с такими показателями можно слегка расслабиться. Однако все вокруг по-прежнему казалось нереальным.
– Дрожь прошла. – Каллисто улыбнулся и бережно разомкнул объятия. – Теперь уж точно пора спать. – Он встал и, обогнув костер, расположился напротив. Обволакивающее меня тепло вмиг рассеялось.
Кронпринц был прав: в какой-то момент я действительно перестала трястись.
– Отец! – В шатер влетел Дерек.
– Вернулась? – Герцог беспокойно барабанил пальцами по столу.
Дерек помотал головой.
– Все еще нет?! – Мужчина сделался мрачнее тучи.
– Рейнольд взял охотничьих собак и отправился в лес на поиски. Скоро будут новости.
– Кто видел Пенелопу последним?
– Один гвардеец объяснил ей, где находится зона мини-охоты.
– И? Она пошла туда?
Дерек молча кивнул. Не сдержав раздражения, герцог – бум – ударил кулаком по столу.
– Уже темно! Что, черт возьми, происходит?!
Пенелопа сказала, что желает осмотреть угодья, но ее истинные намерения оставалось загадкой. Зона мини-охоты находилась неподалеку от шатра, в котором расположились устроители состязаний и гвардейцы. В случае необходимости они наверняка пришли бы Пенелопе на помощь. Но если она заблудилась и попала в чащу, где рыскали хищники…
– А где кронпринц? – Герцог потер ноющие виски.
– Люди из дворца уже его ищут. – Дерек нахмурился.
Все участники состязаний, кроме Пенелопы и кронпринца, вернулись в лагерь. Пытаясь отыскать Каллисто, егеря трубили в рог, но все без толку.
– Я попросил, чтобы, когда кронпринц отыщется, нас об этом оповестили. Увы, остается только ждать, – заключил Дерек.
– Неужели этот хулиган, чуть не убивший Пенелопу, взялся за старое?!
– Отец! Даже у стен есть уши!
Герцог, разумеется, и сам понимал, что находится не дома и надо быть осмотрительным.
– Но знаете, отец… – Дерек понизил голос: – Отправившись на поиски в первый раз, Рейнольд обнаружил в лесу нечто любопытное: в зоне охоты на крупных хищников, обозначенной золотистыми метками, валялся обезглавленный труп бурого медведя!
– Обезглавленный труп?! – недоуменно переспросил герцог.
– Именно! Голова, впрочем, тоже нашлась, однако на существенном расстоянии от туши!
– Хм…
– Но это еще не все! На шкуре виднелись круглые темные пятна.
– Что?! – Герцог разинул рот.
Отметины, несомненно, были оставлены бусинами, которые вылетели из арбалета Пенелопы!
– Скажи, никто не сообщал о нападении медведя на человека?
– Нет, отец.
Герцог немного успокоился.
– Что же сделали с тушей?
– Первыми на место происшествия прибыли слуги маркиза Эллена. Они-то и завладели добычей, вопреки желанию Рейнольда.
– Вот как? – Густые брови герцога сдвинулись. – Стало быть, зверя подстрелил маркиз Эллен?
– Сомневаюсь. Следуя прихоти Его Высочества кронпринца, в угодья выпустили по-настоящему свирепых животных.
– Да старик Эллен и лук-то держит с трудом, куда уж ему…
– К тому же он бы непременно забрал отрубленную голову.
Однако маркиз мог похвастаться лишь двумя косулями.
– Ох… Кто бы знал, чем все обернется… – Похоже, герцога мучила сильная головная боль. – Ну почему эта девчонка пошла в зону большой охоты?! Чем я только думал, вручая ей арбалет?..
– Отец, скажите, какой именно магией он заколдован?
– Да не все ли равно, если эта дурочка сама лезет к черту в зубы?! – Кашлянув, герцог отвернулся.
– Неужели это настоящее боевое оружие, а легенда о магии лишь прикрытие? – Глаза Дерека сузились.
– Не говори ерунды! При попадании бусины лишь погружают жертву в непродолжительный обморок, – бесстрастно пояснил герцог. – Поэтому Пенелопа и прошла досмотр.
– Неужто всего лишь погружают в обморок? – не успокаивался Дерек.
– К тому же стирают воспоминания о произошедшем, – недовольно пробурчал герцог, не в силах отвязаться от дотошного сына.
Дерек помрачнел. В шатре стало совсем тихо.
– Но зачем вручать такое опасное оружие взбалмошной девчонке?!
Герцог покосился на сына и спокойно ответил:
– У нас с Пенелопой был уговор: в случае неизбежного конфликта она обещала не стрелять при свидетелях…
– Будто вы не знаете ее характера! А что, – сдерживая гнев, Дерек понизил голос, – если она снова взбесится и начнет палить по людям? Если каждый второй потеряет память, удастся ли это замять?!
– Довольно! – Герцог цокнул языком. – Ты говоришь о том, чего еще не случилось. Арбалет не более чем страховка на экстренный случай. Пенелопа обдумала свое поведение и будет вести себя благоразумно.
– Мало вам компенсации, выплаченной графу Келлину? Мечтаете раздать все свои рудники?
– Дерек Экхарт! – строго осек герцог.
Скандал, учиненный Пенелопой в прошлом году, больно ударил по финансам семьи: чтобы спасти приемную дочь от тюремного заключения, герцог был вынужден передать потерпевшей стороне одно из алмазных месторождений.
– Уймись! Обстоятельства вынудили меня вручить Пенелопе арбалет. Она и так ходит как в воду опущенная…
– Отец! – Дерек, вопреки обыкновению, повысил голос и сцепил зубы. – Неужели это достаточная причина?!
– Похоже, ты сильно огорчен инцидентом с Доной и случаем на тренировочной площадке. Говорят, тот раб чуть не удушил рыцаря, который оскорбил Пенелопу. Ты знал подробности?
Дерек прикусил язык. Конечно, произошедшее не являлось для него тайной – со временем он все выяснил. В тот день, когда Пенелопа училась стрельбе на тренировочной площадке, Дерек направился вслед за ней, чтобы сообщить об увольнении грубияна, который посмел обидеть герцогскую дочь. Но, застав Пенелопу в объятиях раба, пришел в бешенство и позабыл, зачем явился.
– Пережив оскорбление, несчастная девочка решила запереться в своей спальне и даже отказалась участвовать в охоте! Что, по-твоему, я должен был делать? Спустить на нее собак?! Теперь ты понимаешь, почему я вручил Пенелопе арбалет и подбодрил бедняжку? Невозможно ведь держать ее всю жизнь под замком!
– Отец, – после непродолжительной паузы холодно начал Дерек. – Как только этот вопиющий факт открылся, я сразу же уволил Марка и его шайку. – Если бы только я знал раньше… Но сами посудите, Пенелопа не может и шагу ступить, чтобы не влипнуть в историю!
– Дерек! Перестань изливать на девочку потоки яда. Пробелы в ее воспитании – моя вина. Потакая собственной прихоти, я привел Пенелопу в наш дом, но не сумел позаботиться о ней должным образом. Впрочем, я думаю, она немного образумилась и сейчас как никогда нуждается в твоем участии. Не забывай, что Пенелопа – твоя единственная сестра.
– Моя единственная сестра – Ивонна! – Дерек крепко сжал кулаки и заскрежетал зубами.
– Дорогой, нам пора отпустить Ивонну. – Герцог тяжело вздохнул и отвернулся.
– Отец?!
Дерек недоумевал: он ожидал услышать подобное от кого угодно, но только не от герцога!
– Исчезновение Ивонны следует воспринимать как несчастный случай. От подобного никто не застрахован. Мы долгое время не прекращали поисков, но ее никто не видел. Пора признать, что бедняжка покинула мир живых. – Глаза герцога исполнились мукой.
– Отец! – Дерек был сам не свой.
– Прошло уже шесть лет с тех пор, как Пенелопа поселилась в нашем доме. Да, я принял это решение единолично и затем не слишком интересовался семейными проблемами. Я понимаю, ты испытываешь чувство вины перед Ивонной, но это обстоятельство не дает права издеваться над Пенелопой.