– Ты сама напросилась быть старшей в группе по поимке Ковбоя. Так что теперь не отвертишься.
– Я и не пытаюсь отвертеться.
– А когда ты облажаешься, то не сможешь обвинить меня и сказать, что я все это подстроил из-за того, что случилось двадцать лет назад.
Так вот, значит, в чем дело. Вот почему Ноласко сам предложил ее в качестве старшего офицера, вот почему он дал ей не группу, а кожу да кости. Он хотел, чтобы она провалилась. Хотел, чтобы каждое новое убийство, совершенное Ковбоем, легло пятном на ее послужной список.
– Мы закончили? – спросила Трейси.
– Я сообщу в управление, где тебя найти.
Проходя через отсек, Трейси увидела на своем столе коричневую коробку и удивилась, но тут же, увидев под номером на крышке имя – Бет Стинсон, – все вспомнила. Она взяла коробку, спустилась по лестнице в гараж и сунула ее в кабину своего грузовика. После этого она пошла в Комнату Банди.
Кинс разговаривал по своему настольному аппарату, но положил трубку, едва она вошла.
– Я перезвоню, – сказал он. – Да, я поговорю с ним, как только вернусь домой. Не знаю. Надеюсь, что не слишком поздно.
– Все в порядке? – спросила Трейси, как только Кинс отключился. Судя по тону, он говорил сейчас с Шанной.
– Что?
– Дома. Все нормально?
– У Эрика завал с алгеброй.
– Я думала, у него хорошо с математикой.
– Обычно да. Вот мы и не знаем, в чем тут дело. Может быть, подружку завел. А что у Ноласко?
Она сунула сумку в нижний ящик своего стола.
– Да ничего. Пожевал мою задницу, предупредил, что лед подо мной тонкий. Может, ему репетитора нанять?
– Об этом мы и говорили, но репетитор денег стоит. Адвокатам звонить будешь?
– Не знаю пока.
– Если начнется расследование, тебя должен кто-то представлять.
– У нас уже есть компьютеры? – Она повозила по столу мышкой, и на мониторе всплыл привычный хранитель экрана – летающие окна.
– Трейси?
Может быть, то была ложная гордость, но Трейси не хотелось говорить Кинсу, что Ноласко назначил ее старшей по группе только потому, что желал ей провала и надеялся пустить ее карьеру под откос. Ей нужно было, чтобы Воробей и все остальные верили, что она это заслужила.
– Ноласко пообещал поддержать меня, если что.
Кинс сунул руки в карманы и некоторое время смотрел на нее в упор.
– Это он так сказал?
– Да, он так сказал. – Она дернула плечом. – Сама удивилась.
– А еще что-нибудь он сказал?
– Спрашивал, когда мы уже этого говнюка поймаем.
Глава 26
Моросящий дождь брызгал в ветровое стекло грузовика, когда Трейси выезжала с парковки вскоре после семи вечера. Она решила вернуться домой в человеческое время: ей не терпелось просмотреть материалы по делу Бет Стинсон. Когда она ехала по Западному мосту, морось уже превратилась в нормальный дождь, и ветер морщил воды Эллиот Бей. От его порывов вздрагивал грузовик. Когда она съезжала с моста на Адмирал Уэй, дождь уже хлестал так, что «дворники» еле с ним справлялись.
Она помахала патрульному офицеру в машине, припаркованной напротив ее дома, и свернула в гараж. Когда въездная дверь за ней закрылась, Трейси вытащила из машины коробку с делом Бет Стинсон. Поддерживая коробку согнутой в колене ногой, она изловчилась достать ключ, отперла дверь и шагнула внутрь. Она сразу поняла, что в доме кто-то есть. Услышала приближающиеся шаги, уронила коробку, выхватила «глок» и прицелилась в направлении звука.
– Сюр…! – Дэн проглотил конец слова и уронил бокалы с вином, которые держал в руке. Они разбились, вино брызнуло во все стороны.
Трейси опустила пушку. Сердце ее стучало, как молот, колени стали ватными.
Краска сбежала с лица Дэна, кажется, ему даже трудно было дышать.
– Сюрприз, – наконец выговорил он, точнее, прокаркал.
Трейси привалилась к стене.
– Что ты здесь делаешь?
– Арбитраж кончился, я вернулся пораньше, приготовил тебе обед. Хотел тебя удивить. Кажется, мне это удалось.
У нее было такое чувство, как будто ее ударили под дых.
– Почему ты не позвонил?
– Чтобы не портить сюрприз.
– Где твоя машина?
– Оставил через дорогу. Не хотел загораживать въезд, и потом, тогда опять же сюрприз не получился бы.
Трейси прикрыла глаза, в голове все плыло от избытка адреналина.
Дэн тронул ее за плечо.
– Эй, ты в порядке? Это я должен был…
Она привалилась к нему, спрятала лицо у него на груди, борясь со слезами гнева, усталости и обиды.
Дэн обнял ее.
– Эй, что ты? Все же в порядке. Со мной ничего не случилось.
Она отпрянула, сделала глубокий вдох, успокаиваясь.
– Прости меня, Дэн.
– Не надо просить прощения; я же знаю, что у тебя сейчас на работе творится, сюрпризы тебе ни к чему. Надо было позвонить.
– Нет. Ты все правильно сделал, хотел сделать мне приятное, а я… я просто сорвалась, устала. – Она быстро вытерла щеки. – Все в порядке, правда. Я очень рада, что ты здесь. – Она заставила себя улыбнуться и огляделась. – А где мальчики?
– Я же сразу со слушания. Позвонил соседу, попросил его заглянуть к ним, чтобы они не разнесли дом. Ты уверена, что все в порядке? – спросил он.
– Последние дни были не очень. А так все в норме. – Она прошла в кухню, взяла бумажное полотенце и высморкалась. Двадцать лет она прятала свои эмоции. И, надо сказать, это было легче, чем признать, что она осталась совсем одна, без семьи, и что, несмотря на все ее усилия добиться справедливости ради Сары, то дело для нее так и не кончилось.
– Есть хочешь? – спросил ее Дэн.
– Вообще-то, – сказала она, подходя к Дэну и обнимая его обеими руками, – я настроена на сострадательный секс.
Не в силах заснуть, Трейси тихо выскользнула из кровати, чтобы не будить Дэна. В холле она разыскала коробку с материалами по делу Бет Стинсон – она так и лежала там с тех пор, как Трейси ее уронила, – и устроилась с ней за столом в столовой. Открыла не сразу. Провела пальцами по крышке, где скопился толстый слой пыли, и вспомнила, как полгода назад вытащила из стенного шкафа у себя в спальне другую похожую коробку, с материалами, которые она собрала по делу Сары.
Много лет назад она пришла к выводу, что расследование исчезновения ее сестры зашло в тупик, и убрала их подальше, твердо намереваясь продолжать жить своей жизнью. Она вспомнила, какое чувство безнадежности она тогда испытывала, как велико было ощущение потери. Кроссуайт и не ожидала, что когда-нибудь раскроет эту коробку снова. А потом двое охотников наткнулись на человеческие останки в горах над Седар Гроув, и у Трейси снова появилась надежда. Когда судмедэксперт подтвердил, что это останки Сары, сестра снова достала коробку и возобновила расследование.
Она понимала, что стоит ей открыть коробку с надписью «Бет Стинсон», и пути назад, возможно, уже не будет, однако она сомневалась, чтобы родители жертвы, уверенные, что убийца их дочери давно и благополучно отбывает свой срок, согласились пережить этот кошмар еще раз.
И все же сняла крышку, вытащила первый попавшийся документ и стала читать.
Просидев над бумагами не меньше часа, она услышала, что сзади к ней подходит Дэн. Он нагнулся, обхватил ее руками, уперся подбородком ей в ключицу.
– Не слышал, как ты встала. – Голос у него был сиплый спросонья и усталый.
– Не хотела тебя будить.
Он зевнул, сел на стул рядом, кивнул на разложенные по столу бумаги и спросил:
– Что это у тебя такое?
– Одно старое дело. Наткнулась на него, когда искала что-нибудь похожее на случай Хансен.
– В каком смысле похожее?
– Ты вовсе не хочешь сейчас все это слушать. Возвращайся в постель. Завтра тебе не вставать.
– Я уже проснулся.
– Тогда давай я заварю чай.
Вернувшись за стол, Трейси обхватила свою кружку с чаем обеими ладонями и стала рассказывать, что ей удалось узнать о Бет Стинсон и Уэйне Герхардте.
– Герхардт приходил в дом Стинсон в Северном Сиэтле по вызову, чинил что-то в ванной. Никаких других связей между ними нет, по крайней мере, судя по материалам дела.
– А идея в том, что он вернулся в дом Стинсон ночью и убил ее, – сказал Дэн.
– Они нашли свидетеля – Джо Энн Андерсон, соседку из дома напротив, которая утверждает, что видела, как мужчина, по описанию похожий на Герхардта, покидал дом Стинсон рано утром.
– Но…
– Было еще темно, и, по ее словам, она не была уверена, надела ли она очки.
– Думаешь, она все выдумала?
В голосе Дэна послышалось сомнение.
– Нет, не думаю. Но, понимаешь, полиции она сказала, что встала попить воды и, стоя на кухне у раковины, вдруг увидела мужчину, он был у дома напротив. В то время ей было шестьдесят два года, она страдала близорукостью, а у раковины наверняка стояла без очков.
– Тогда как же она его опознала?
– Здесь сказано, что она сначала выбрала его фото из нескольких предложенных ей полицией, а потом опознала еще раз, вживую. – Трейси протянула Дэну отпечатанную копию заявления свидетеля. – В списке оплат, проведенных с кредитной карты Стинсон, была зафиксирована выплата компании «Рото-Рутер», они и сопоставили отпечатки пальцев Герхардта с теми, которые нашли у Стинсон в кухне и в ванной.
– У Герхардта не было алиби?
– Он жил один. Говорит, что спал ночью.
– А где тут связь с парнем, убивающим танцовщиц?
Трейси протянула Дэну пару фото с места преступления. Он взглянул на них и отложил в сторону.
– Неудивительно, что ты не спишь.
Трейси поерзала на стуле.
– Дело не только в том, что Стинсон нашли связанной. Посмотри на комнату.
Дэн опять посмотрел на фото.
– Аккуратно прибрана. Никаких признаков борьбы.
– Посмотри на кровать.
– Застелена.
– Все кровати в комнатах мотелей тоже были застелены, а одежда жертв аккуратно свернута и положена с краю. Стинсон умерла рано утром. Так с чего у нее была застелена кровать?