Но меня словно невидимой молнией ужалило. И я не успела себя остановить, бросилась за недавней собеседницей, вцепилась в нее полным надежды взглядом и тихо-тихо спросила:
— А Алескар? Был студент с таким именем?
— Никогда не слышала, — пожала плечами девушка.
Чего и следовало ожидать. Надо было оставить ее в покое и идти по своим делам, но я никак не могла остановиться:
— А Фэйридан Рондервуд? Он точно здесь учился, только не в самой Академии, а в примыкающем к ней целительском отделении.
Внутри все замерло в ожидании. Кажется, даже сердце биться перестало.
— Эту историю все знают, такой скандал был… — Магиня остановилась и как-то странно посмотрела на меня. — Но Фэй-то точно за тобой не ухаживает. Зачем интересуешься?
— Старый знакомый, — пробормотала я и смущенно отвела взгляд. — Он мне жизнь спас.
— А мне в первый месяц учебы несколько раз переломы лечил. Боевые маги, знаешь ли, к девчонкам в своей группе не очень дружелюбны. — Ее глаза подернулись дымкой воспоминаний, а губы дрогнули в немного грустной улыбке. — Хороший был парень. Тоже из аристократии, но совсем не зазнавался. До сих пор не могу поверить, что он такое сделал.
Чтобы услышать историю целиком, пришлось пройтись с магиней до аудитории, потому что она на самом деле опаздывала.
Так вот, мой старый знакомый среди заносчивых студентов из благородных семей выделялся, как подсолнух в розарии. Ни с кем не враждовал, в неприятности не влипал, учился отлично, был на хорошем счету у преподавателей, сам вызывался помогать с особо сложными случаями и вечно кого-нибудь спасал, защищал или успокаивал. В общем, принц из сказки собственной персоной.
Но однажды из хранилища пропал какой-то опасный ингредиент. Его поискали и успокоились, это же Академия, тут даже студенты с преподавателями исчезают, кто станет расстраиваться из-за какой-то склянки?
Вот только несколько дней спустя Фэй дал одному из «сложных случаев» собственноручно приготовленное и зачарованное лекарство… а в нем оказалось то, чему там быть точно не полагалось.
— Его обвинили в отравлении ребенка. — Конец у истории был нерадостный. — Куратор ему полностью доверял, даже ключ от хранилища дал. А тут такое… Говорят, от него влиятельные родственники отказались. И из Академии его немедленно отчислили. Понятия не имею, где он теперь. Может, даже на каторге.
Я поежилась.
— Ладно, спасибо тебе.
— Обращайся, — с усмешкой разрешила магиня. — Если что, меня Тхей зовут. И мой тебе совет — разберись со своими поклонниками. Это просто: раз сомневаешься, значит, все не те. Гони их прочь, а будут упираться, меня зови, помогу.
Прозвучало так искренне и серьезно, что мне снова захотелось улыбаться.
— Спасибо!
— А про поступление подумай. Маги будут в таком шоке, что пока оправятся, уже привыкнут к тебе и особо не станут доставать.
Представляю! Мелкая неуклюжая нечисть в очках будет учиться драться и колдовать. Да они от смеха загнутся! А потом та же участь постигнет нечисть, когда на нижнем уровне узнают, кем я заделалась. Нет уж, ни к чему шокировать общественность!
Покидала Академию я в смешанных чувствах. Этот визит должен был хоть что-то расставить по местам, но вопросов прибавилось, поклонников не убавилось, а теперь еще и на папу душила злость. Ведь он все знал, не мог не знать! А мне не сказал.
И не важно, что Фэй перестал появляться у нас за несколько месяцев до ужасного происшествия, сердце все равно дрожало и сжималось от сострадания к нему. Ни на миг я не поверила, что парень, спасший мне жизнь и заботившийся, мог умышленно навредить кому-то другому. Кажется, магиня что-то про ребенка говорила… Да ну бред же!
Впрочем, некоторые выводы я сделала. Потом проверю. Пока же нужно донести лекарство до Мелвина. Может, получится откровенно с ним поговорить.
Определившись с настроем и затолкав то, что беспокоило куда сильнее, в глубины души, я углубилась в сплетение узких улочек. До нужного дома идти было прилично, но гулять по городу я всегда любила, поэтому не стала нанимать экипаж и даже на палящее солнце не жаловалась. Но веснушек завтра прибавится. Ничего, я знаю, где раздобыть хорошее средство от них!
Губы самовольно сложились в предвкушающую улыбку.
И тут меня словно несколькими раскаленными обручами так сдавило, обожгло, что слезы из глаз брызнули, спеленало по рукам и ногам и с силой дернуло вверх. Подозрение, что это все проделки Алескара, появилось и тут же ушло, уступив место ничем не замутненному страху.
Это же Шерихем, тут никому не взбредет в голову спасать угодившую в силки нечисть! Даже если она симпатичная и почти безобидная, а кокон полупрозрачного огня причиняет ей нешуточную боль.
Впрочем, прохожих на улице не наблюдалось. Или это слезы мешали мне их увидеть.
Осознав, что помощи ждать неоткуда, я отчаянно трепыхнулась. Стало только больнее… и горячее… В горле тоже как будто застрял огненный ком, мешая закричать или хоть всхлипнуть.
Тем временем кокон начал сжиматься. Мамочки… Меня же сейчас зажарит! Или раздавит! Даже не знаю, что хуже.
Ужас кружил голову и туманил мысли. Из-за жары и недостатка воздуха в глазах поплыло. Цепляться за ускользающее сознание становилось все труднее… Где-то рядом уже разверзся раскаленный омут, готовый поглотить меня, но встретиться нам было не суждено. Не сегодня, во всяком случае.
Сквозь гул в ушах послышались шаги.
Легкие и быстрые, вряд ли они могли принадлежать тренированному мужчине в тяжелых сапогах.
Какая, однако, досада! Поклонников девать некуда, а спасает меня во второй раз ведьма. Да-да, случай с мышиным букетом тоже считается!
Шаги замерли где-то внизу, подумали мгновение и выругались сквозь зубы.
Хм. Если Кьяна и знает такие слова, то говорить их вслух она бы точно не стала. И уж точно не ломким юношеским голосом. Если только опять не наколдовала чего…
Кстати, о колдовстве. Жар стал спадать. Поначалу едва ощутимо, но вскоре он уже не раскаленную печь напоминал, а уютное одеяло. Затвердевшее, будто обмазанное глиной. Еще немного, и кокон распался, красиво облетел прозрачно-оранжевыми лепестками к ногам стоящего внизу парня. И я вместе с ними рухнула вниз. С той лишь разницей, что, в отличие от остатков зловредного колдовства, меня поймали.
— Вот так… Все хорошо. Я успел, — пробормотал знакомый голос, и меня попытались прижать к тощей груди, скрытой под алым камзолом и темно-синей рубахой.
— Осторожно, пузырек с лекарством не раздави, — клацнула зубами я.
Было все еще жарко, хоть и не так нестерпимо, зубы стучали, губы противно дрожали, и слезы текли по лицу. И я ничего не могла с собой поделать.
Субтильному Айкену держать девицу с него ростом оказалось не по силам, и он поставил меня на ноги, аккуратно придерживая, чтобы не упала.
— Это все ты устроил?
Я шмыгнула носом и подозрительно посмотрела на еще одного представителя шерихемской нечисти.
— Головой ударилась, пока там висела?! — возмутился до глубины души рыжий конкурент. — Между прочим, я тебя спас.
Ага. Точно. Вроде бы.
— Откуда ты тут вообще взялся?
Я не скрывала подозрительности. Как-никак, опыт нашего прошлого общения доверительным отношениям вот вообще не способствовал.
Айкен хмыкнул и лениво прищурился.
— Я думал, ты умная нечисть.
Умная, но в данный момент до смерти перепуганная. Впрочем, это не помешало мне свести концы с концами.
Взгляд, брошенный на метку, все подтвердил: линий в узоре значительно прибавилось, и теперь можно было догадаться, что в скором времени мое запястье украсит красивый браслет. Правда, он нравился бы мне значительно больше, если бы был золотым и сиял драгоценными камнями, но… Тут уж порядки нижнего уровня виноваты.
— Идем, провожу. — Айкен без слов догадался о моих умозаключениях. — Тебе не стоит ходить одной, пока Ал не разберется с тем, кто поставил ловушку.
Я отцепилась от спасителя и задала направление. Обнаружив, что путь наш лежит не в библиотеку, Айкен удивленно приподнял брови, но возражать не стал. Даже двигаться старался помедленнее, подстраиваясь к моему неуверенному шагу.
— Надеюсь, он знает, кому предъявлять претензии, — проворчала я больше для уверенности и просто чтобы не молчать, потому что после произошедшего двигаться в тишине было страшновато. — Лично я никого тут не видела и вообще ничего не поняла.
Краем взгляда отметила висящий в расшнурованном вороте его рубахи амулет-ключ. Теперь понятно, откуда такая роскошь! Алескар дружит с высшей нечистью, оказывает им разные услуги… Наверняка один из темных князьков и дал. А Ал, в свою очередь, отдал очередному своему подопечному.
— Мелвину, конечно, — процедил сквозь зубы рыжий конкурент. И тут же напустил на себя жутко таинственный вид, явно копируя Алескара. — Не суйся в их дела, ладно? Это правда опасно.
И так важно нахохлился, что я чуть не прыснула. Вот кого надо бабушке в обучение сдавать! Пожалуй, со временем из него бы получилась приличная нечисть.
— Боюсь, Мелвин сейчас несколько недееспособен, — не скрывая торжествующих ноток в голосе, поделилась знаниями я. — У него наколдованная рана в груди и целитель с ведьмой в надзирателях.
Айкен забавно выпучил глаза.
— Ты шутишь?
— Сам увидишь, когда дойдем.
Медленно, но неотвратимо до моего спутника дошло, куда мы направляемся. То есть я направляюсь, а он просто рядом идет, потому что очень хочет быть полезным своему покровителю.
— Я тебя только до двери провожу, — выдавил Айкен, изо всех сил стараясь не показать страха. — А сам на улице подожду.
Концы с концами сошлись окончательно. Ну а кому еще темный целитель отдал бы бесценный кулон-ключ? Только тому, кому задолжал жизнь.
— Так ты и есть тот мальчик, которого отравил Фэй?
— А ты правда умная, — пробурчал парень, втянув голову в плечи.
Дальше шли молча. Страх частично рассеялся. Мелвин снял дом в приличном квартале, звание главного мага обязывало. Прохожих здесь было много, экипажи ездили часто, прохаживался магический патруль. В таких условиях покушаться на меня точно не будут. И хотя тот переулок, где все случилось, тоже находился практически в центре, а город наш никогда не считался безопасным местом, я смогла взять себя в руки.