Приличные варианты закончились.
Ал просветлел лицом, и уголки его губ чуть заметно дрогнули.
— Милая, все не так плохо, — заверил он, уже не изображая мировую скорбь.
— Еще хуже? — догадалась я.
Мелвин кивнул, хотя его вообще никто не спрашивал. Ведьма опять поерзала. Диван из солидарности скрипнул. Пришлось прибегнуть к шантажу, а то все таинственные такие…
— Немедленно выкладывай, что затеял этот лысый хрыч, не то я от нетерпения кого-нибудь покусаю!
Видимо, от страха, что этим «кем-то» будет не он, Алескар сию минуту выдал нужную информацию:
— Ты прекращаешь выделываться и выходишь замуж за меня. Твоя бабушка прекращает думать и соглашается выйти за него. Я дополнительно занимаюсь с княжичем. И… Нирьяна берет его компаньоном в свое новое дело.
У мамы новое дело? Что-то давненько мы не общались. Я с сомнением повертела в пальцах кулон.
— А не многовато ли за одну побрякушку?
— Нормально, учитывая, что на кону стояла твоя жизнь.
Алескар откинулся в кресле и сложил руки на груди, всем своим видом показывая, что не намерен спорить.
Однако закипающую полубестию уже было не остановить.
— Какая нечисть не умеет торговаться?!
Нет, серьезно! Это ж наша вторая натура. Может, даже первая. В том смысле, что выгоду мы любим больше, чем пакости. Сквозь алое марево злости, расплывающееся перед глазами, я обвела взглядом собравшихся. Неправильная ведьма, неправильная человечка, мечтающая стать ведьмой, раскаивающийся маг, владеющий телепатией грызун… Мог хоть темный целитель вести себя предсказуемо?!
— Повторюсь, речь шла о твоей жизни, — меланхолично напомнил Алескар.
— Нечисть, которую устроили все условия, — подсказала ведьма.
— Ну и как ты могла это допустить?
Я сжала прохладное запястье подруги.
— Испугалась, растерялась, и вообще, если бы в тот момент они десять лет жизни попросили, я бы и на это подписалась, — честно ответила она.
Понятно с ней все. И с остальными тоже. Ни на миг себя без присмотра оставить нельзя, обязательно в брачные сети затащат! Не то бывший, не то будущий жених словно подслушал мои мысли:
— Неделя тебе на восстановление, потом будем возвращать метку и отмечать помолвку по всем правилам.
— Ну да! — фыркнула я, непрозрачно намекая, что собираюсь отвертеться от этой сомнительной чести.
— Да-да! — Алескар широко ухмыльнулся и испарился, даже не удосужившись встать с кресла.
Тоже так хочу! В смысле, столько нечистинской силы. И хвост. И завтрак. И кому-нибудь напакостить. Еще сережки, платьице, туфельки, весну, на ручки и…
— Марочка? — тронула меня за плечо Кьяна, как раз когда я собиралась замыслить что-то глобальное.
— Нет.
Это мое чувство самосохранения сказало!
— Почему? — удивилась ведьма.
— Просто у тебя такой вид, словно ты что-то задумала, — поделилась наблюдениями я. — А с меня потрясений пока достаточно.
— Ну Марочка-а-а-а! Ну пожалуйста!
— Задумал я, — вклинился маг, который не последовал примеру старого знакомого и библиотеку не покинул. — И даже уже организовал.
— Мне уже страшно, — честно призналась еле живая нечисть и попыталась заползти под неизвестно откуда взявшееся в библиотеке одеяло.
Отчасти это удалось… а на другой части сидела ведьма.
— Расслабься, в этот раз тебе даже не придется выходить за меня замуж. — И, заметив, как я скептично хмыкнула и пошарила вокруг в поисках, чем бы в него швырнуть, поспешил все объяснить: — Надо всего лишь пустить студентов на часок в библиотеку. Я должен был вести у них какие-то лекции, но отказался. Взамен уговорил одного хорошего знакомого из столицы приехать в Шерихем. Он автор новых учебников по боевой магии, хочет провести здесь встречу с ребятами. Будет отвечать на вопросы и подписывать книги. Прийти смогут все желающие. Это добавит библиотеке популярности. Ну как тебе?
Я представила, содрогнулась и… сама не поняла, как это произошло. Сработала моя пакостная и неконтролируемая магия. Едва успела моргнуть — а ведьма уже летит в объятия к магу.
Ой.
— Марлена! — возмущенно воскликнул Мелвин, но, к чести своей, Кьяну поймал.
— К жутику приворожу! — не смолчала и она.
А потом эти двое так друг от друга шарахнулись, что… я почуяла что-то неладное, вот.
— Ни за что, — с чувством выдохнула вердикт я.
— Но почему? — удивленно моргнул маг.
— Марочка, ну пожалуйста! Ну ради меня! — заканючила ведьма.
Упрашивала она меня, но с Мелвином они прожигали мрачными взглядами друг друга.
В конце концов у меня закончилось терпение:
— Что тут у нас вообще происходит?
— Встреча предполагает присутствие большого количества свободных и перспективных парней. — Лучше всех что-то объяснить удалось Багряне, которая ради этого даже от очередной книги отвлеклась. — А как ты помнишь, у тебя тут ведьма на выданье.
А… Точно.
Перехватив полный мольбы взгляд подруги, я передернула плечами, отгоняя сомнения вместе с полным набором дурных предчувствий, и кивнула. Ладно, пусть присмотрится к студентикам. А то еще правда приворожит.
— Кстати, если не разрешишь пройти сюда ведьмам, буду тебе должна, — как бы между прочим заметила Багряна и вроде как вернулась к чтению, но сама ждала ответа.
— Совсем допекли? — Я одарила девушку понимающим взглядом и заодно отметила, что выглядит она получше.
— Наоборот, в покое оставили, — дернула плечиком она. — Но из школы отчислили. Видите ли, я для них недостаточно хороша.
Так не поймешь, расстроена она или нет. Но Кьяна зачем-то решила утешить:
— Зато мы будем единственными ведьмами с дипломами нечисти!
— Кошмар, — скривился боевой маг и наконец-то изволил покинуть кресло. — Значит, мы договорились? Тогда до скорого.
И тоже исчез.
Зачем здесь вообще дверь, если ею никто не пользуется?!
На следующий день проклятие, которое я схватила по дурости, уже ощущалось гораздо слабее. Я позавтракала с папой, так и не закатила запланированный скандал и вообще забросила эту мысль куда подальше, надела одно из лучших своих платьев, сунула в карман очки и в таком немного непривычном для себя виде явилась в библиотеку. И, едва переступив порог, почувствовала очередной мерзкий запах.
Узнаю эту орхидею! Между прочим, редкий вид. Красавица: черно-фиолетовые бутоны с алыми крапинками, гибкий стебель, на темной зелени листов еле заметно серебрится узор. Вот только внешнее великолепие с лихвой компенсируется мерзким гнилостным запахом.
Дядюшки такие цветочки в своем магазине продают. Естественно, про «дивный аромат» не предупреждают. Это сюрприз.
Впрочем, не думаю, что Айкен не знал.
— Это диверсия?
Я подозрительно сощурила слезящиеся глаза.
— Подарок. — Виновник безобразия был тут как тут и от моего вопроса заметно смутился. — Багряне вроде понравилось.
Осознав, что предначертанного не избежать, я зажала нос рукавом и прошла к своему столу.
— Это она просто забыла, что пока еще ведьма, а не нечисть, — проворчала я и просверлила сладкую парочку взглядом.
Если уж не имеют совести и крутят любовь, когда у нас с Кьяной на этом поприще все сложно, могли бы стадию активных ухаживаний проводить без опасности для сторонних наблюдателей. И нюхателей тоже. Хватит того, что приходится их взгляды-вздохи лицезреть.
— Между прочим, могла бы быть и повежливее, — не смолчала Багряна. — Я для дела старалась.
Ее поклонник озадаченно моргнул.
— Какого?
Я испытывала примерно те же эмоции.
— У тебя в подсобке моль завелась, — спокойно так пояснила черноволосая ведьма. — Поставлю туда на денек этот цветок, она от запаха точно передохнет.
Лицо Айкена сравнялось по цвету с крапинками на цветках. Кьяна придушенно всхлипнула со своего дивана и зарылась глубже в одеяло, изо всех сил притворяясь, что просыпает работу. Ну а я… у меня еще не перевелись вопросы:
— А на лбу у тебя что?
Выглядела Багряна хоть и лучше, но все равно до неприличия походила на низшую нечисть. Однако неестественный оттенок кожи не скрывал нового красного пятна на лбу. Ожог или что-то вроде того.
Парочка смущенно потупилась.
— А это, пока тебя не было, Айкен завалил с треском стадию «приворотом по лбу и в пещеру», и теперь они опять ходят друг возле друга кругами, — сдала их с потрохами Кьяна, так и не вынырнув из-под одеяла.
— Завидуй молча! — тут же зашипела на нее сестра. — Иначе завтра поутру проснешься со слипшимися от карамели волосами. Я знаю одну такую, что не отмыть. Остригать придется.
Угроза впечатлила даже меня. Кьяна, та вообще принялась укреплять свой уютный оплот магией.
— Прелесть моя, — умилился Айкен. — Наглая, вредная, еще и ведьма к тому же.
— Ладно, так и быть, пойду с тобой на свидание, — смилостивилась «прелесть». — Но за приворот ответишь.
Пробормотав обещание зайти вечером, Айкен стал пятиться к двери.
— Некачественный приворот попался, — бубнил он себе под нос, удаляясь.
— Я даже знаю, у кого брал. — Посочувствовать ему вот вообще не получилось. А использовать в своих целях — это да: — Передай Алу, что мне нужны духи. Много!
Багряна почему-то обиделась, сверкающее от переизбытка магии одеяло затряслось, а Айкена только тут и видели.
Просьба была исполнена, и не прошло и часа, как у меня на столе выстроились целых четыре флакона с разными ароматами. Сами флаконы дорогие, фигурные, инкрустированные драгоценными камнями, а запахи такие… умопомрачительные. Но ни записки, ни какой магической весточки, ни даже послания на словах к ним не прилагалось.
Ну не сволочь ли он после этого? Думает, заманил ни в чем не повинную девушку в брачную ловушку и… все?
А как же романтика, признания, ухаживания?
Досадно. Чувствую себя изысканным десертом под серебряной крышкой. Красота — есть, нужные связи — есть, и полезное свойство в виде правильного влияния на самочувствие редкого вида нечисти — тоже есть. А так хочется настоящих чувств! Чтоб как у людей: влюбиться до головокружения, наделать глупостей и потом ходить и счастливо улыбаться. Но, видно, ни на одном уровне мне это не грозит.