— Да, Ричард. Это были князь Норэт и артефактор из Кэрнийской академии.
— Морэд? — глухо процедил Роджер.
— Он самый, — подтвердила девушка.
Эмма медленно встала, отряхнула невидимые пылинки с рукава формы и обвела нас внимательным, немного грустным, взглядом.
— Не буду вам мешать. Мне ещё лекции повторить нужно. А вам необходимо подумать над тем, что делать. Вашему положению не позавидуешь.
— Спасибо, Эмма, — поблагодарила я.
Эмма кивнула и ушла. А я не стала удерживать её.
После минуты напряженного молчания Ричард выдохнул сквозь зубы:
— Кимберли, теперь слушаем тебя. Почему вчера ты пошла с князем Норэтом, хотя сначала отказала ему?
После моего довольно быстрого, но подробного рассказа, во время которого Ричард и Роджер постоянно довольно хмуро переглядывались, Честон на время задумался. Ведь я рассказала в том числе и о саламандре, и о Мейсонах, и о том, как бабушка не хотела, чтобы я училась в Бирне…
— Значит, твой дед обладает кровной магией принуждения, — пробормотал Роджер. — Принуждение действует на тех, в ком течет кровь Норэтов. Поэтому защита Ричарда не сработала против него. Не расценила действия кровного родственника как угрозу.
— Не расценила, — задумчиво подтвердила я.
— Похоже, пазлы складываются в цельную картину, — буркнул друг. — Но, демон меня возьми, все равно остается куча вопросов. Кроме одного. Кимберли хотят сосватать другому.
— Ты прав. Мозаика более-менее сложилась, — сухо проронил Ричард. — Кимберли обладает редчайшей в наше время магией саламандры. Князь решил не терять времени, проверить этот факт и теперь она нужна ему. Но для каких целей — пока неясно. Очевидно следующее — после вчерашнего бала князь Гвинэра в короткие сроки узнает о Кимберли и ее саламандре, а Норэт уверен, что это известие его заинтересует. Только для чего он дразнит своего врага? С какой целью?
— Возможно, ответ мы найдем в мамином дневнике, — предположила я.
— Ты знаешь, где он? — Нет. К сожалению. Но есть два варианта. Поместье Эресби и поместье Мейсонов. И ещё есть служанка, которая о нем знает.
— Это обнадеживает, — кивнул Честон и серьезно проговорил: — Кимберли, можно тебя на минуту.
Парень встал и указал на стеллажи библиотеки. Я в замешательстве поднялась.
— Я могу оставить вас, если у вас разговор тет-а-тет, — усмехнулся Роджер.
— Ты лучше подожди здесь и проследи, чтобы нам не помешали, — сдержанно заявил Ричард и увлек меня за стеллажи с книгами.
Недоумение испарилось одновременно с тем, как мое лицо обняли теплые мозолистые ладони, а мягкие мужские губы жадно приникли к моим губам.
Я вскинула руки, обнимая Ричарда, прижимаясь к нему. Тут же одна его ладонь уверенно скользнула на мою спину, обжигая её даже через ткань платья, пальцы второй зарылись в мои волосы, фиксируя затылок.
— Я безумно соскучился, — пробормотал Честон в мои губы, утыкаясь лбом в мой лоб. — Не представляешь, сколько требуется сил, чтобы рядом с тобой выглядеть каменным истуканом без эмоций.
После этих слов Ричард так сильно стиснул меня, что я возмущённо пискнула. Он же быстро накрыл мои губы своими, заглушая крик. Я задрожала в сильных и требовательных руках, возникло ощущение, что кровь превращается в живое пламя, которое медленно, но уверенно заполняет каждую клетку моего тела.
Глава 27.1Еще одна клятва
/Кимберли Уэст/
На полигоне, на котором через несколько месяцев пройдет Турнир Золотого Треугольника, сегодня было многолюдно. Собрались все члены команд — участников во главе со своими капитанами, лорд — ректор Джеймс Мильтен и министр магического образования лорд Корнелий Лодвикс.
Трибуны же, установленные со всех четырех сторон огромного поля, сегодня пустовали. При принесении магической клятвы участниками Турнира зеваки были не нужны. Они не должны были видеть сердце Бирна.
Я стояла вместе со своей командой, членом которой стала лишь сегодня утром, поддавшись уговорам Ричарда, и ощущала, что воздух искрился возбуждением. Мысленно я проговаривала слова магической клятвы, которую вскоре должна произнести без запинки.
Я находилась под иллюзией, поэтому члены и моей команды, и других тоже пока видели перед собой худощавую брюнетку Аманду Уолш. Изредка кто-нибудь обращался ко мне, и я отвечала тихо и кратко, чтобы не выдать себя раньше времени.
Ричард категорично заявил, что иллюзию снимет лишь перед самым моментом принесения мной клятвы, чтобы никто не смог мне помешать.
О моем участии в команде Бирна знал лишь лорд-ректор, который и позволил ее совершить, этим утром лично проэкзаменовав меня и Аманду.
Одногруппница, к моему удивлению, происшедшее восприняла спокойно. Даже будто бы осталась довольной. Враждебные взгляды на меня не кидала, а после экзамена поздравила. Без энтузиазма, но все же не плевалась ядом. А могла бы. Ведь я хорошо знала Аманду.
Времени до принесения клятвы оставалось мало, поэтому я не стала мучить Честона и требовать объяснений, когда после ухода Аманды он вдруг появился в кабинете ректора.
— Вы оказались правы, Честон. — Ректор хмуро уставился на вошедшего парня. — Мисс Уэст, действительно, сильнейшая целительница Бирнаи. Поэтому на законном основании может занять место в вашей команде.
— У меня к вам просьба, милорд. Я хочу наложить на Кимберли иллюзию, чтобы избежать лишних объяснений до принесения магической клятвы и не нарушать торжественность момента. Не дай боги кто-нибудь из участников забудет слова клятвы или собьется во время её принесения.
— Не возражаю, — задумчиво кивнул лорд-ректор. — Делайте, как считаете нужным. Но клятву мисс Уэст произнесет без всяких иллюзий. Сердце Бирна уничтожает все иллюзии, сами знаете.
— Так и будет. Но прошу вас изменить порядок церемонии и устроить так, чтобы наша команда принесла клятву последней.
— Хорошо, Честон, — тяжело вздохнул лорд-ректор. — Полагаю, вы не стали бы просить что-то просто из каприза.
Я нервничала. Понимала ответственность, которую брала на себя, переживала, вдруг что-то пойдет не по плану и помешает мне пройти процедуру магической привязки к сердцу Бирна.
Оглянулась и заметила замену ещё одного участника в нашей команде. В мыслях царил сумбур, я пыталась выучить слова клятвы, поэтому решила позже уточнить, чье место занял Роджер Оллин.
Ещё я изо всех сил старалась не пялиться в сторону кэрнийцев, хотя так и хотелось впиться гневным взглядом в спокойное лицо Морэда.
Неблагодарный. Передумал он. Решил, что я подхожу ему. А меня спросить о том, желаю я стать его женой или нет, забыл? Интересно, что именно заставило его кэрнийское высочество изменить свое первоначальное решение?
Бросила на Морэда взгляд искоса. Парень стоял спокойно и задумчиво смотрел перед собой. Знал ли он, что с него вскоре тоже спадет иллюзия?..
Наконец, открылся портал, и из него вышла её величество Айлин.
Закрытое до подбородка темно-бордовое бархатное платье, рубины в ушах и на пальцах, собранные в элегантный строгий пучок светлые волосы, в руках небольшая толстая книга в темно-зеленой кожаной обложке. Рассмотрела, что на ней написано: «Кодекс правил Бирнского королевского университета магии».
Королева, как и всегда, была прекрасна и величественна. Все присутствующие согнули спины в поклонах или реверансах.
— Да здравствует королева! — раздался стройный гул голосов.
Айлин кивнула, принимая приветствие, и мягко проговорила:
— Благодарю, леди и джентльмены, лорд-ректор, министр. Рада вас всех видеть. И поздравляю с прекрасным событием!
Королева обвела всех присутствующих внимательным взглядом и обратилась к ректору:
— Ваша светлость, можете выставлять магический купол.
Я не увидела последний, но почувствовала, как звуки извне исчезли.
— Объявляю церемонию принесения магической клятвы участниками Турнира Золотого Треугольника открытой! — торжественно провозгласила ее величество и мазнула по мне острым взглядом.
27.2
На короткое мгновение наши взгляды встретились. Хотя, нет. Скорее, столкнулись, словно рапиры в поединке. Казалось, королева раздумывает, совершить какой-нибудь ловкий выверт и проткнуть меня или опустить рапиру и отступить. Это чувство владело мной несколько ударов сердца.
Раз.
Два.
Три…
Королева первой отвела взгляд.
Ричард заверил, что его старшая сестра на нашей стороне. Но могла ли прекрасная Айлин действовать вопреки планам любимого короля? Всем подданным Бирнаи известно, что наши правители друг в друге души не чают.
И все же… королева сейчас находилась на полигоне Бирна и собиралась помочь мне осуществить магическую привязку к его сердцу.
Королева и министр магического образования замерли на месте, а лорд-ректор шагнул вперед. Его шаг был тверд, ведь за много лет руководства Бирном он совершал его не раз.
Дальше на моих глазах стало происходить то волшебство, которое все студенты Бирна, начиная первокурсниками и завершая выпускниками, мечтали увидеть хоть одним глазком.
Лорд-ректор совершил плавные пассы руками, зашевелил кончиками пальцев, забормотал на древнем бирнайском, призывая сердце Бирна. Шепотом. Мягко. Уважительно.
Через несколько рваных и взволнованных ударов моего сердца из-под земли начали появляться тонкие, полупрозрачные энергетические сгустки, похожие на змеек.
Или нет… скорее, на корни молодых деревьев, ловко и уверенно пробирающиеся через поры земли. Они переплетались между собой, соединяясь в пульсирующий шар, диаметром не больше трех ладоней рядом.
Но если всмотреться в него, то своей формой он больше напоминал не шар, а самое настоящее… сердце.
Когда последняя змейка проникла в него, сердце Бирна на миг застыло, вздрогнуло и стало переливаться всеми цветами радуги. А после запульсировало так рвано, мощно, словно… действительно, когда-то принадлежало древнему дракону, о чем любили шептаться студенты королевского университета.