— Я, конечно, помогу вам, — твердо заявил Оллин. — Все вокруг поверят, что за лето вы так втрескались друг в друга, что решили сыграть помолвку.
4.4
— Проехали границу поместья! — вдруг встрепенулась Кимберли.
Девичий взгляд вспыхнул откровенной радостью. Девушка ловко стянула кольцо с безымянного пальца и засунула его в карман платья. И столько облегчения отразилось в больших глазах, что в отношении Мейсонов я ощутил ещё большую ярость, хотя считал, что это уже невозможно.
Сволочи. Бездушные гады.
Похоже, я правильно сделал, что решил повременить с озвучиванием наказания для леди Джулии. Эта су… сумасшедшая леди получит по заслугам за все издевательства над рыжулей.
Роджер мгновенно придвинулся к Кимберли и протянул руку. Девушка хитро улыбнулась:
— На выпускном курсе я замучаю тебя экспериментами, имей это в виду.
— Да мучай на здоровье, красавица моя! — отмахнулся друг. — Только сейчас сделай что-нибудь, чтобы этот треклятый звон прекратился в моей голове!
Кимберли аккуратно отодвинула рукав рубашки и приложила тонкие изящные пальцы к мужскому запястью. После она закрыла глаза и замерла. Проходила минута, другая, но даже темно-рыжие ресницы не подрагивали. Роджер затаил дыхание, я тоже поймал себя на том, что почти не дышу, наблюдая за рыжулей и другом.
С каждой новой секундой Роджер выглядел все лучше. Через несколько минут, кроме всклокоченных темных волос, уже ничего не напоминало то, что ещё полчаса назад кое-кто бледным умертвием на карачках вполз в экипаж.
Теперь Оллин выглядел так, словно месяц пил только полезные и оздоровительные настойки.
— Фу! Ну и гадость они тебе подсунули! — поморщилась Ким, резко распахивая веки. — Тому, кто сварил этот эликсир якобы для драконов, нужно запретить заниматься зельеварством. И я подозреваю, что это была сама Ари. Она зельевар, который до сих пор путает пропорции чуть ли не в каждом втором зелье.
— Ким, ты — моя спасительница! — Друг сграбастал Ким в объятия и крепко прижал к себе. — Ради тебя я готов кричать на каждом углу, что не только герцог Вирский, но и наш король втрескался в тебя по уши! Я придумаю очень правдивую историю! Хочешь?
Девушка смешливо фыркнула и закатила глаза:
— Не зря все твои случаи записаны в моем журнале с пометкой «дурная голова».
Наблюдая за этими двоими, я вдруг понял, что улыбаться мне совсем не хочется.
Нет, я не ревновал, но… Кимберли Уэст теперь моя невеста. Для всех. Пусть и фиктивная. И тискать ее нельзя. Никому. Даже Роджеру.
Это невероятно бесит.
— Роджер, с этого дня держи дистанцию. И не тискай Кимберли.
Услышав мои слова, эта сволочь, уже отпустившая было девушку, вновь приобняла ее за плечи.
— Мы с Ким друзья. Лучшие. А в настоящий момент самые близкие. Сейчас она мне даже дороже, чем ты.
— Руки. От нее. Лучше. Убрать.
Некоторое время друг рассматривал меня странным взглядом. Подозрительным. Многозначительным. Хитрым.
Я вскинул бровь: «Что-то не так?»
— Пока ничего непонятно. Но развивается все… хм… очень занятно. Ладно, понаблюдаем и разберемся, — пробормотал Роджер и, наконец, отпустил Ким.
После же стал понемногу отодвигаться от девушки. В итоге почти слился с боковой стеной экипажа, все сильнее втискиваясь в нее всем своим длинным крупным телом.
— Так не бесит? — уточнил он у меня с серьезным лицом.
Кимберли с улыбкой следила за нами, видимо, считая, что мы оба дурачимся. Я же тихо процедил:
— Клоун.
— Ким, будь добра, не дыши в мою сторону. И лучше не смотри. У нас тут объявился ревнивый дракон-собственник.
Кимберли хмыкнула. Я тоже не сдержался и усмехнулся. Роджер Оллин в своем репертуаре. Однако слова и кривляние друга заставили меня серьезно задуматься.
Похоже, я пытаюсь убедить себя в том, что совсем не ревную свою фиктивную невесту. Но…
Я скосил взгляд на девушку. Ким повернулась к окну, отодвинула занавеску и задумчиво уставилась на что-то. Ее нежный профиль, высокий лоб, прямой аккуратный носик, рыжие колечки волос у маленького ушка будто заворожили меня. Я разглядывал ее, пользуясь тем, что она не обращает на меня внимание, и не мог налюбоваться.
Демон меня возьми…
Неужели я все же приревновал рыжулю к Роджеру?
Возможно, это чувство возникло из-за драконьей крови? Ведь драконы всегда были ужасными и ревнивыми собственниками. А я теперь считаю, что рыжуля целый год будет находиться в статусе моей невесты, а значит в течение этого срока никто не смеет к ней прикасаться.
— Ричи, Ким создала и возглавляет теневой лазарет университета, — услышал чуть слышный шепот Роджера и нехотя перевел взгляд на него.
Друг сидел, вытянув наискосок длинные ноги, сложив на груди руки и, прищурившись, смотрел на меня.
— Я не придурок, Роджи, — процедил чуть слышно. — И уже понял это.
— Так я тебе не об этом, друг. Ты пока не осознал другое, мой благородный потомок драконов. Главный момент.
— О чем ты?
— Тебя ждет трудный год. Потому что рядом с Ким всегда много… студентов. Не студенток. Девушки к ней в лазарет попадают редко.
Глава 5.1Бирнский королевский университет магии
/Кимберли Уэст/
Когда экипаж моего фиктивного жениха его светлости Ричарда Честона въехал на территорию университета, мое сердце забилось немного быстрее. И намного радостнее.
Я всем сердцем любила Бирн — Бирнский королевский университет магии имени его высочества Генри Эльского, гордилась тем, что училась именно в нем, и считала его своим вторым домом.
Когда я кому-то рассказывала о Бирне, я все время использовала слово «самый». Самый известный. Самый старый. Самый престижный университет магии нашего королевства. И преувеличением это не являлось.
Бирн входил в «Золотой треугольник» сильнейших университетов магии мира. Его диплом являлся пропуском в высший свет и магическую элиту королевства, а сама учеба давала возможность уже с первого курса получить доступ в лучшие научно-магические лаборатории мира. Правда, для этого нужно было получить статус Помощника декана факультета университета по какому-нибудь виду исследования.
Именно эта возможность стала решающим фактором для выбора Бирна, ведь у меня была мечта, для осуществления которой нужно было попасть в знаменитую лабораторию целительского факультета Бирна.
Претворить возможность в жизнь помогало ещё то, что во время учебы не приходилось беспокоиться о месте проживания, одежде, вопросах питания. Ничто не отвлекало ни от основного учебного процесса, ни от факультативных занятий.
Все студенты с первого курса проживали в общежитиях, расположенных на территории университетского города, а со второго — в так называемых «домах», которые являлись одновременно местом проживания и административным подразделением университета.
Домов было столько, сколько факультетов, и каждый назывался в честь одной из знаковых для университета личностей, связанных со своим факультетом.
Например, я проживала в Доме Блант — в Доме имени профессора Эмилии Блант. Великая леди десять лет назад являлась деканом целительского факультета Бирна и отличилась созданием заклинания, мгновенно останавливающего кровь.
В Доме имелись жилые апартаменты для студентов, преподавателей, столовая, библиотека, спортивный зал и все необходимое, чтобы как можно реже выходить за пределы его территории, на которой проживало почти триста магов.
Подобная система проживания была учреждена создателем и первым ректором Бирна его высочеством Генри Эльским. Именно он принял решение обеспечить студентов жилплощадью на протяжении всего обучения в университете, за что до сих пор ему благодарны все студенты.
Именно такая система проживания и позволила организовать теневой лазарет, поскольку доступ чужаков на территорию Дома целителей был ограничен — не имея разрешения одного из проживающих, на территорию Дома невозможно попасть.
В каждом Доме были свои кухня и столовая, ежедневно готовили завтраки, обеды, ужины, всегда были перекусы. Комплекты формы тоже выдавали. Для девушек — форменные платья в количестве четырех штук: два из тонкой легкой ткани, одно — из более плотной и одно — шерстяное. Туфли, ботинки, сапоги, плащ, пальто, шляпки под форму и перчатки тоже были включены в понятие «форма».
Когда экипаж остановился у Дома Блант, первым вышел Ричард Честон и галантно подал руку, помогая мне выйти из салона. Я вложила пальцы в широкую мужскую ладонь, а, когда выбиралась из экипажа, в поле зрения попали лица девушек из нашего Дома. Я бы не обратила на них внимание, если бы не их выражение.
Одинаковое.
Потрясенное.
— А вот и первое испытание, мои друзья, — раздался из экипажа приглушенный голос Роджера Оллина. — Эти студентки должны поверить в ваши чувства, а потом всем вокруг о них рассказать с придыханием и восхищением.
Я взглянула на Ричарда и встретила его синий пристальный взгляд. Честон улыбнулся и с легким прищуром еле заметно кивнул мне, мол, не волнуйся.
Все должны поверить? Учитывая строгие правила университета, его светлость Ричард Честон мог всего лишь на несколько мгновений дольше, чем положено этикетом, удержать мою руку в своей, и поцеловать мои пальцы более жарко, чем разрешалось тем же самым этикетом.
Именно это Честон и проделал. И с таким видом и чувством, словно получал огромное удовольствие от происходящего. На какие-то короткое мгновение его большая ладонь вдруг показалась мне слишком горячей, а губы — чересчур смелыми и наглыми. Но я вовремя опомнилась и не вырвала свои пальцы. Зато ощутила, как предательский румянец заливает шею и щеки.
Честон, что же, смутил меня⁈ По-настоящему⁈ Хотя я не смогла припомнить, чтобы кто-то из знакомых мне парней так неприлично долго целовал мои пальцы.
— Жаль, что дорога так быстро закончилась, и нам приходится расставаться, — с откровенным разочарованием в голосе проговорил Че