Но и авангарду сейчас достанется. На дистанцию навесного огня вышли остальные отряды, авангард шёл куда плотнее, туда как раз можно кидать навесом. И всадники открыли огонь. Застрекотали взрывы. Издалека плохо видно, но вряд ли им там хорошо и весело. Авангард не успевает справиться с хаосом, всадники перезарядились, следует второй залп. Взрывы. Видно, часто несколько гранат упали мимо цели. Учитывая, что в первый залп промахов не дал, это подключились маги. Сейчас бы приказать бить вразнобой, граната — штука мелкая, летит всё же быстро, заметить её сложно, магам придётся ставить защиту на всё войско и держать постоянно, а не как сейчас — уплотнять сразу после выстрела. Но нет. Ещё залп и кавалерия отступит. Важно, чтобы у противника не было никакой возможности нормально ответить. Только нести потери и оставаться в постоянном напряжении в ожидании очередного удара.
Пока бой на этом направлении закончился, перевожу внимание на другое. Холмистая местность, много перепадов высот. Чтобы контролировать пространство, разведчикам противника приходится перебегать с одного холма на другой. Диверсантам достаточно выбрать самые высокие и устроить засады.
Предполагается, что у противника могут быть и маги, способные чувствовать мертвецов, а значит, закапывать диверсантов прямо на месте засады рискованно. Чтобы проверить это, мертвецы, обычные кадавры, лежали, прикопанные землёй, на холмах и в низинах. Разведчики не реагировали на них. Либо магов нет конкретно среди разведчиков, либо они играют с нами, делая вид, что не заметили. Второе сомнительно — зачем?
На очередном высоком холме разведчиков уже встречают. Щелчки арбалетов, короткая схватка, и разведчики мертвы. Подошедший лич быстро поднимает их в виде зомби и отправляет дальше. Сами разведчики нам неинтересны, надо завести авангард в ловушку. У нас есть миномёты, но они, мягко говоря, ещё сырые, несовершенные. Слишком низкая прицельная дальность, да и вообще дальность небольшая, приходится делать короткий ствол, чтобы его можно было переносить, и чтобы он выдерживал больше нескольких выстрелов. Поэтому позиции миномётов, по меркам артиллерии, почти в упор. Зато их много.
Никто ничего не заметил, авангард зашёл в ловушку. Огневой мешок, так это вроде бы называется. Миномёты стреляют тихими хлопками, теряющимися в этой холмистой местности. До последнего мгновения люди не ожидают удара. А затем на колонну обрушиваются десятки снарядов. Миномётный огонь высокой плотности по скоплению противника. Маленький филиал огненно-стального ада. Миномёту выпускают по десятку снарядов, на этом всё, дальше перегрев и опасность разрыва. Поэтому расчёты берут ноги в руки и уматывают в укрытие. Впрочем, догонять их некому, на дороге только раненые и мёртвые.
На третьем направлении для удара выбран мост. Мы поломали голову, обеспечивая дистанционный подрыв. Сделали электрический взрыватель, с генератором и самим взрывателем получилось без особых проблем. Загвоздка крылась в проводах. «Пробить» напряжением несколько сотен метров нашего паршивого кабеля оказалось непросто, обычный ручной генератор едва мог разогреть угольный контакт. Пришлось изобретать усилитель, но всё равно подрывать будут сразу с трёх устройств. Подрывать мост спешили, предварительно пропустив вперёд авангард. Река здесь достаточно глубокая и быстрая, чтобы даже маги попотели, наводя переправу.
Наблюдаю, как переправляются всадники. Никто мост даже не проверяет, не пуганные здесь ещё люди. Крупный отряд переправляется, занимая позицию. Ага, а что на авангард могут напасть сразу после перехода — в курсе, но это ничего не меняет. Скелеты крутят рукоять генераторов, проходит секунд десять, прежде чем срабатывает подрыв.
Грохает взрыв. Мы не жалели взрывчатки, мост каменный, а нам требовалось гарантированно его обрушить, не оставив никакой возможности переправиться. Люди пугаются, некоторые пытаются убежать, лошади тоже в страхе стремятся убраться подальше. К авангарду подходят наши всадники. В этот раз корректирую приказы. Сначала залпы из ручных гранатомётов, подавляющие любое сопротивление, а затем атака с использованием мушкетов. Патронов у нас, всё же куда больше, чем взрывчатки.
Боем это не назвать, расстрел. Сначала гранатами, а затем из мушкетов. С другого берега пытаются что-то сделать, магией в основном и гранаты летят уже в них, чтобы не мешали. Не без потерь, но бой заканчивается в нашу пользу. Авангард уничтожен, армия Розы закрепилась на том берегу, закрылась магическими щитами и возводит лагерь.
Я вижу некоторую неправильность. Для наблюдения за ситуацией среди войск есть контролируемые лично мной скелеты, единичные, но много и не надо. Заставляю одного из них подойти ближе, чтобы рассмотреть тех, на другом берегу, пока на этом собирают немногочисленных выживших.
— Они спокойны, — произношу вслух.
— Что? — отвлекается Тайра от созерцания пространства за окном.
— Я смотрю на… На противника, видевшего своими глазами, как убивают его товарищей. Армия, что не может помочь авангарду, попавшему в ловушку. Они спокойны. Будто произошло нечто рутинное. Будто потери ничего не значат.
Тайра нахмурилась, не став задавать очевидный вопрос: «почему?», на который у меня всё равно нет ответа. А ведь помимо спокойствия есть предвкушение. Не у всех, лишь у некоторых, но оно заметно. Предвкушение от того, чем они собираются нас удивить.
Глава 46
События вокруг взорванного моста не закончились. Не прошло и получаса, как маги Розы начали активно создавать переправу. Слишком активно. По первоначальному плану наши войска не собирались им мешать, наоборот, дать снова перебраться на этот берег части воинства и снова напасть. Однако активность врагов и их подозрительное спокойствие при виде потерь сподвигло меня скорректировать приказ. Гвардейцы бросились всеми силами мешать противнику, обстреливая магов из гранатомётов и мушкетов.
Маги бросили наводить переправу и переключились на боевые заклинания, пытаясь отогнать гвардейцев. Далее сборку понтонного моста начали солдаты Розы, защищаясь щитами и прикрываемые магами. И действовали они с таким остервенением, с таким презрением к собственной жизни, будто им в задницы упирались стволы пулемётов заградотряда. Солдаты бегали в ближайший лес, а это пара сотен шагов точно, и тащили оттуда брёвна, чтобы из них сооружать понтоны. Пара магов земли под прикрытием остальных использовали обломки моста для создания узловых участков переправы. А у меня просто не хватало скелетов, чтобы создать достаточной огневой вал и подавать попытки противника переправится. И подкрепление особо не вызвать, кавалерийских отрядов не настолько много, а подходить пехотой — подставлять под угрозу встречного боя. Без артиллерии я битву противнику не дам. Были мысли поднять мертвеца из командиров и допросить, но сам я это сделать не мог, только личи, что вели бой, а им и так нагрузки хватало. Поиском языка я собирался озаботиться ночью, сейчас же, во время боя, это хоть и актуально, но несвоевременно.
В какой-то момент противники замерли, а затем удвоили усилия. Что-то произошло. Что-то изменилось, что-то, чего я пока не замечал.
Окидываю взглядом поле боя и вижу, как начинают шевелиться воины авангарда. Те самые, что ещё недавно ощущались, как мертвецы, ощущались моей силой, как готовые к поднятию. И вот уже никого из них я не чувствую, люди встают, неуверенно, преодолевая слабость и дезориентацию, живые! Воскрешение. Предположение, отброшенное, как маловероятное, оказалось верным. Но как?
Я сосредоточенно соображал. Время между смертью и воскрешением — около получаса. Поднятие мертвецов не заблокировано, в другом бою мы подняли разведчиков. Жаль, уже упокоили обратно, посчитав зомби исчерпавшими свою полезность. Магов и жрецов, что стояли бы над мертвецами, нет. Магия, которая не зависит от магов, а привязана к самим воинам. Благословение? Хотя стоп! Боги-ремесленники! Артефакт!
Прикидываю свои силы. В теории мы можем ещё раз расстрелять авангард. Кони не воскрешаются, их тоже можем попробовать поднять и бросить на противника. Но! Стоит моим куцым силам отвлечься от противника, что наводит переправу, и уже через десятка два минут первые солдаты будут на этом берегу. Не просто так они рвались сюда, хотели скрыть действие артефактов. Понятно, что рано или поздно это бы вскрылось, но лучше же поздно.
Отдаю приказ. Мои всадники бросаются к авангарду, стараясь отстрелять как можно больше гранат, и сразу отступают. Возможно, артефакты одноразовые. Возможно, им требуется перезарядка. Нанесём столько ущерба, сколько сможем, и отступим.
Надо же! Артефакты с эффектом воскрешения! Да ещё и на всю армию! Кучеряво живут! И ведь держали в секрете! О такой штуке, будь она известной, Каролина точно давно бы уже знала.
— У них есть воскрешающие артефакты, — сообщаю Тайре.
— Что? — женщина удивлена.
— Воскрешающие артефакты.
Объясняю принцип действия, насколько я смог это увидеть и понять, а сам связываюсь с Хаартом. Надо всех предупредить об интересной особенности нашего противника. А заодно и озаботиться получением трофеев. Осчастливив всех новостями, а новости, как ни странно, хорошие, ведь мы теперь знаем, на что рассчитывает противник, я перешёл к действиям.
Нашёл запрятанный отряд ниндзюков, оставленный как раз на случай всяких непредвиденных неприятностей. Хорошо, территория Союза достаточно накрыта обелисками, позволяя действовать свободно. Отряд бодренько потопал за противником.
У меня же полно вопросов к работе артефакта! Во-первых, нужно подтвердить предположение и найти этот самый артефакт. Во-вторых, какой уровень повреждения может залечить артефакт? Если тело расчленить? Взорвать? Сжечь? Отрезать голову и утащить на километр? В-третьих, артефакт персональный? Привязан к конкретному человеку, или действует на любого надевшего? Скопировать, учитывая божественную природу, точно не выйдет. Как минимум на текущем нашем уровне развития магической науки. Трюки, доступные богам, не так-то просто повторить. Но вообще я впечатлён! Не все младшие боги жизни и лечения могут воскрешать, а здесь всего лишь артефакт. В этих штуках и что-нибудь тёмно-магическое может быть, если создаётся, например, с жертвоприношением. В-четвёртых, если после смерти можно поднять тело, то нельзя ли воздействовать на душу, которая как раз некоторое время рядом с трупом и ошивается, дожидаясь либо отправки на иные планы бытия, либо деградируя до какой-нибудь потусторонней твари. У некромантов есть ловцы душ, но я могу, если поднапрягусь, сделать убийцу душ. Призрака, вообще не касающегося физического мира. Если сработает — десяток таких тварей сделают артефакты бесполезным хламом. Поэтому мне, как опытному кролику, срочно требуются кролики подопытные.