Наль и Дамаянти
Когда-то на земле жил царь по имени Наль. Он был одарен молодостью и красотой, силой и храбростью. Он был великим воином, и царство его было богато. Но превыше всего восхваляли люди его несравненное умение управлять конями. Когда он всходил на колесницу, кони летели, как тучи, гонимые бурей, и почти не касались земли.
А в соседнем царстве жила царевна по имени Дамаянти. О ней, красавице с дивными глазами и тонким станом, о ней, которая блеском напоминала молнию, а красотой затмила всех красавиц на земле и на небе, пели и говорили повсюду.
Однажды Наль, этот лучший из царей, поймал лебедя с золотыми перьями. А лебедь вдруг проговорил:
— Отпусти меня, царь, и я расскажу о тебе Дамаянти. Я знаю, ты, даже не видя царевны, уже полюбил ее. Я расскажу о твоей любви, и она, может быть, тоже полюбит тебя.
Отпущенный Налем лебедь сделал, как обещал. И Дамаянти, услыхав о достоинствах Наля, полюбила его так, что перестала есть, пить и спать и только вздыхала, терзаясь тоской.
Тогда отец ее объявил великие смотрины женихов. И отовсюду устремились к его дворцу цари и владыки, наполняя землю топотом слонов и грохотом колесниц. Среди этих юных героев был и прекрасноликий Наль.
Но не только на земле узнали все об этих смотринах.
Услыхали о них и боги.
И вот первые среди них — Индра, владыка неба; Агни, бог огня; Варуна, повелитель вод, и Яма, владыка страны предков, — тоже направили свои небесные колесницы в царство отца Дамаянти.
— Кого же из четырех бессмертных богов ты изберешь, лотосоокая? — спросили боги Дамаянти.
— Я избираю Наля. Перед лицом людей и богов я избираю только его, — ответила Дамаянти.
Боги, возвращаясь в свои небесные пределы, встретили демона, по имени Кали, который возбуждал в людях страсть к игре в кости. Он, приняв облик прекрасного юноши, тоже хотел участвовать в смотринах женихов. Узнав от небожителей о том, что уже избран Наль, Кали в бешенстве поклялся лишить его счастья и отнять у него царство.
И вот он поселился при дворе Наля и стал ждать, когда сможет вселиться в его тело. Но Наль, обретя Дамаянти, эту жемчужину среди женщин, жил, наслаждаясь счастьем и не нарушая обетов. Чудесных детей подарила Дамаянти своему мужу — мальчика, подобного львенку, и девочку, как бутон лотоса.
Только через двенадцать лет удалось демону овладеть Налем. Он внушил ему такую неодолимую страсть к игре в кости, что Наль за несколько месяцев проиграл все, чем владел.
Видя, что ее супруг одержим безумием, Дамаянти отослала детей во дворец своего отца и стала молить Наля прекратить эту ужасную игру. Но Кали терзал его изнутри, заставляя продолжать игру.
Лишившись всего, даже украшений и одежды, Наль покинул свое проигранное царство и удалился в глухой лес.
Дамаянти, преданная мужу всей душой, последовала за ним, стремясь разделить все его невзгоды.
Страдая при виде ее страданий, Наль стал отсылать ее от себя, говоря:
— Взгляни, безупречная, я лишен царства, голоден и нищ. Я виновен во всех несчастьях, которые нас постигли. Вот эта дорога ведет в город твоего отца. Запомни ее — там ты обретешь все, чего я тебя лишил.
— О, зачем мне это слушать и знать?! Я знаю, что жена служит лучшим помощником, когда муж устанет, и лучшим лекарством, когда он болен. Без тебя я не вернусь во дворец моего отца.
Мучимый стыдом и горем, несчастный Наль решил сам покинуть свою верную супругу, надеясь, что, лишившись его, она вернется в дом отца. И вот, когда Дамаянти спала, он убежал, отрезав половину ее покрывала и накрыв им себе плечи.
Очнувшись ото сна, Дамаянти оказалась одна в глухом лесу. Долго она звала мужа, терзаясь страхом и печалью, и потом пошла искать его по лесу.
— Где ты, супруг мой, большеокий, прекрасный мой владыка? Почему не отзываешься, не идешь спасать меня от демонов и змей, от вепрей и тигров? Я одна блуждаю в страшной чащобе, как лань, потерявшая стадо. Я добыча для всех, почему ты не являешься защитить меня? Кого мне спросить о тебе? Кто укажет, где ты? Без страха спрашиваю я о тебе всех — тигров и слонов, горы и потоки, цветы и деревья. Если ты здесь, отважный, великославный, то пощади меня, явись мне в утешение.
Но ниоткуда не донесся голос Наля, нигде не было видно даже его следов.
Однажды Дамаянти пришла к какому-то городу. Когда она брела мимо дворца, ее, истерзанную долгими страданиями, увидела царица и почувствовала в сердце своем глубокую жалость к ней. Она взяла в свой дворец эту безупречную женщину, красота которой не померкла ни от перенесенных лишений, ни от грязи, покрывшей ее с ног до головы. Дамаянти поведала царице обо всех своих муках.
— Живи у нас, ясноликая, будь подругой моей дочери, — сказала ей царица. — Мы все поможем тебе разыскать супруга.
— Я останусь с вами, — сказала Дамаянти, — но в знак моей скорби волос украшать не стану и не надену дорогих уборов, пока не встречу мужа.
А отец Дамаянти, узнав, что вслед за мужем покинула царство и его дочь, много лет искал ее. По всем дорогам его царства и по всем чужим дорогам днем и ночью скакали его посланцы, спрашивая всех о Нале и Дамаянти. Но не приносили эти поиски никаких плодов.
Однажды один из его придворных прибыл во дворец, где приютилась Дамаянти. Случайно увидав ее, прикрытую лишь половиной покрывала, в пыли и неприбранную, он подумал: «Без сомнения, это она. Но от горя она стала подобна реке без воды, луне, скрытой тучами». И, подойдя, он сказал:
— О достойная, я прибыл по велению твоего отца. Благоволи вернуться в его дом. И он и дети твои снедаемы печалью. Пожалей их.
Охваченная любовью к детям, Дамаянти в тот же день направилась в свою родную страну.
Ее отец в радости наградил посланца, подарив ему тысячу коров и множество разных богатств.
А Дамаянти тотчас разослала по всему миру гонцов, приказав им повторять в деревнях и на дорогах, на базарах и во дворцах такие слова:
Бросив ее, погруженную в сон,
Тот удалился, кто все проиграл.
Где же теперь он блуждает один,
Часть покрывала с собой унеся?
Та, что покинута, любит и ждет,
Будь милосерден, скорее вернись.
Ведь по закону супругу свою
Нежную должен супруг охранять.
— Если кто-нибудь откликнется на этот зов, разузнайте о нем все и возвращайтесь скорее сообщить это мне, — сказала Дамаянти своим посланцам и стала ждать от них вестей.
А Наль, покинув Дамаянти в лесу, тоже блуждал, терзаемый тоскою, и не знал, в чем его спасенье. Внезапно он увидел в лесу пылающее пламя и услышал голос, доносившийся из огня:
— Спаси меня, будь милосерден, герой! В силу проклятья сгораю я здесь уже давно. Я повелитель змей и буду тебе верным другом. Спаси меня.
Наль сразу же бросился в пламя и вынес оттуда повелителя змей. Тот немедленно ужалил царя, и весь облик Наля изменился.
— Что ты сделал? — воскликнул Наль в ужасе. — Ведь я тебя спас!
— Не ужасайся, властитель, тебе это принесет великую пользу. Яд мой в твоем теле будет мучить демона, который тобой владеет. А ты будешь жить неузнанным, изучишь в совершенстве игру в кости и вернешь свое царство, супругу и все, чем обладал. А когда захочешь вернуть себе прежний облик, накинь эту одежду, которую я тебе дарю.
Сказав так и оставив Налю волшебное покрывало, царь змей исчез.
Наль побрел по лесу, с печалью думая о том, что ему предстоят еще долгие годы разлуки с любимой.
Многие дни провел он в блужданиях по дикой чаще и наконец пришел в большой прекрасный город Айодхью, столицу царства Кошалы. Узнав, что царю нужен опытный вожак колесниц, он нанялся на это место и стал жить в царских конюшнях. Он скрыл свое имя и сказал, что его зовут Вахука. Так, обретя чужой облик и чужое имя, стал он как бы другим человеком. Когда в этот город пришли посланцы Дамаянти и стали повсюду распевать строфы, которые она сложила, Наль услыхал эти слова, исполненные любви и прощения. Зарыдав, он стал расспрашивать гонцов о той, которая их послала, но не открылся им.
Вернувшись, они поведали Дамаянти, что в стране Кошале царский колесничий, по имени Вахука, некрасивый и короткорукий, в слезах расспрашивал о ней и сказал при этом: «Пусть же не гневается эта добродетельная царица на своего несчастного мужа, снедаемого горем».
«Это Наль, — решила в своем сердце Дамаянти. — Только он мог сказать такие слова. Не знаю, отчего он стал таким, как говорят эти люди, но это он. Как бы его привлечь сюда? Ведь по своей воле он не явится ко мне после всего, что свершилось».
И вот эта лучшая из женщин снова направила гонцов в тот далекий город, где жил Наль.
— Скачите дни и ночи без отдыха, — попросила она их. — И когда увидите владыку этой страны, сообщите ему, что Дамаянти хочет вступить во второй брак. Но обязательно скажите, что выбор жениха будет происходить на следующее утро. Если этот властитель захочет взять меня в супруги, пусть за одну ночь домчится сюда.
Получив эту весть, царь Кошалы обратился к своему новому колесничему:
— Послушай, Вахука, сможешь ли ты домчать меня за одну ночь в столицу видарбхов, в царство Бхимы, отца прекрасной Дамаянти, куда надо скакать много дней и ночей? Я хочу поспеть на выбор женихов.
«О как жестоко карают боги меня, несчастного! — подумал Наль. — Дамаянти ищет нового супруга. Но можно ли верить этой страшной вести? Надо узнать все самому».
— Хорошо, владыка, я согласен, — сказал он. — Не медля взойди на колесницу.
Отобрав четырех коней, Наль погнал их, применив все свое искусство. Первый раз кони ударили копытами о землю возле дворца, а второй раз — уже пролетев много деревень. Когда колесница проносилась мимо одинокого дерева, покрытого плодами, царь сказал:
— Я успел сосчитать, сколько на этом дереве листьев и сколько плодов.