Сашка показал сестре кулак.
Мы насторожились. В конце концов, может, девочка права и Кукушкин нам тоже поможет.
– Сань, погоди!.. – попросил Пётр Игнатьевич племянника. – Давайте по порядку. Во что я должен поверить и что это за вошки-блошки?
Мне стало смешно, я покосился на Тыр-Пыра, но тот с невозмутимым видом наблюдал за людьми. Да и остальные тоже. Только Зевака нервно зевнул, прикрыв рот лапкой, а Умный Самолёт, который всё это время молчал, загудел чуть громче.
Сашка постучал себя по лбу.
– Ну ты вообще без мозгов! – прошипел он сестре.
– Саня! – осадил его Кукушкин. – Не серди меня. – Он улыбнулся Маше. – Я вас слушаю, моя принцесса!
Маша кивнула в нашу сторону:
– Это крохотные волшебные существа – экивоки! Самые древние! Они нас помирили с Ниной и вылечили Барсика!
Кукушкин с недоверчивой улыбкой уставился в пустоту. Он нас не видел.
– Петечка! Я не выдумываю! Они существуют! Да вот же они! Подойди к ним! Они тебя не боятся!
Маша взяла его за руку.
– Я никого не вижу. – Кукушкин поднялся со стула и сделал шаг в нашу сторону.
Зевака подлетел к его носу и завопил:
– А так?! Видишь?!
Кукушкин отшатнулся.
– Ой! – сказал он.
– Ты увидел?! Увидел их?! – обрадовалась Маша.
– Сань, кто это? – спросил Кукушкин.
– Говорят же, экивоки, – пожал плечами мальчик. – Но мы других видели. Принцессы нет, Лохматика, Халям-Баляма…
Кукушкин потряс головой:
– Халям-Баляма?.. Ветерок какой-то и пищит, словно комар…
– Какой ещё ветерок?! Какой ещё комар?! – рявкнул Зевака. – Эй, почтальон! Вспомни детство! Ты же любишь сказки!
– Слушайте, – вдруг предложил Арсений-Гений, – а давайте превратим его в мальчика!
– А как же Третий закон экивоков? – съехидничал Зевака. – Когда можно и нужно полагаться только на себя или на другого волшебника?
– Гениально! – перебил его Тыр-Пыр. – Давайте превратим! Он точно нам пригодится!
– Сейчас скинут тебе годков двадцать! – крикнул Зевака Кукушкину и расхохотался от удовольствия.
– Без его согласия? – охнул я. – Всё-таки главный почтальон города!
– Времени в обрез! – ответил Тыр-Пыр. – А этот Кукушкин славный малый!
– Ну а если он… – попытался возразить я.
Маша подскочила к Тыр-Пыру:
– Вам нужна наша помощь?!
– Очень! Экивоки в опасности! – ответил детектив.
– Тогда превращайте! Петя обязательно поможет! Он добрый! И мы с братом тоже поможем!
Экивоки растрогались и захлопали в ладоши.
– Так, без эмоций! Сосредоточились! – скомандовал Тыр-Пыр и произнёс самое главное экивокское заклинание: – И раз, и два, и три, четыре, два ножа и сырка в дыре!
В комнате потемнело, зазвенели колокольчики, и… мгновение спустя Кукушкин превратился – о, ужас! – в самую обычную дворнягу. Правда, очень симпатичную.
Глава пятнадцатаяЧестное благородное слово
Маша и Саша вскрикнули от неожиданности, а дворняга-дядя-Петя гавкнул и попытался облизнуть сразу обоих близняшек.
Тыр-Пыр уставился на новоиспечённого пса и поморщился:
– Да угомоните кто-нибудь Барсика! Всё из-за него! Скулит и скулит о какой-то ерунде! Не даёт сосредоточиться!
Барсик носился по двору и беспрерывно поскуливал. Увидев Тыр-Пыра, сердито высунувшегося из окна, Барсик подпрыгнул от радости и залился счастливым лаем.
Детектив хмыкнул:
– Говорящим стал Барсик! Это его Чих-Пых научил – древнеэкивокскому языку. Шутник!.. А мы на ДрЭке давно не болтаем. Некрасивый у нас был раньше язык, словно собака скулит и гавкает. Это уже потом стали думать и общаться между собой и с другими обитателями Вселенной на едином мировом языке.
В это время из дома выглянула Нина Петровна и крикнула Барсику:
– Перестань скулить, нудный пёс!
Барсик виновато гавкнул в ответ, а потом заскулил пуще прежнего.
– Что он говорит? – спросил я.
Зевака перевёл:
– Я не скулю! Я еду придумываю! Новую собачью еду!
Барсик услышал, что Зевака переводит его, и совсем обезумел.
– Братья! – завопил он на древнеэкивокском. – Как хорошо, что вы вернулись! А я уже сто собачьих блюд сочинил! Вот мой самый вкусный суп! В бульон добавляем сардины в томатном соусе, гречневую кашу, тушёную морковь с черносливом, щепотку хмели-сунели и три маслины с косточками… Объедение!..
Тыр-Пыр крикнул:
– Помолчите все! Хотя бы минуту! Пока я превращу эту несчастную дворнягу в мальчика Петю!
Но Барсик уже никого и ничего не слышал. Он радостно вопил на весь двор, Зевака не успевал переводить:
– Берём мозговую косточку! Обваливаем в блинной муке! Посыпаем барбарисом и запекаем!.. Эх! Красота! А запивать можно персиковым сиропом с тремя ирисками на десерт! Нет, лучше – с одной! Иначе в клыках застревает!..
– Ну всё! С меня хватит! – Тыр-Пыр хлопнул в ладоши и сердито пробормотал очередное заклинание: – Гуплый брасик, змалочи!
Барсик икнул, его подхватил небольшой смерч, и через мгновение он превратился в крохотного пса-экивока. А ещё через пять секунд заведующий почтой Пётр Игнатьевич Кукушкин обернулся девятилетним Петей.
– Кстати, пёс-экивок нам тоже пригодится, – хмыкнул главный детектив.
Петя как сидел на полу, так и остался сидеть. Экивоки, близняшки и я ждали, что будет дальше. Умный Самолёт не переставая гудел. Кажется, его вообще ничего не удивляло.
Девятилетний Петя посмотрел на потолок, потом на Машу с Сашей, на нас, ущипнул себя за ухо, вскочил на ноги и уставился в зеркало, которое висело на стене.
– Это всё правда или мне снится? – спросил он тоненьким голосом.
Маша с Сашей подошли к нему и встали рядом. Ну и мы подлетели. Петя увидел в зеркале наши отражения. Единственный, кто не сдвинулся с места, был Барсик. Он всё ещё икал. На редкость тихо, поэтому никому не мешал.
– Нет, мне это не снится, – пробормотал Петя. – Это правда!.. Значит, я что? Я больше не заведующий почтой?
– Петечка! – успокоила его Маша. – Да это на время!
Главный детектив обратился к ним с такими словами:
– Нашему волшебному народу очень нужна ваша помощь. Иначе все мы погибнем.
Петя всё ещё не мог поверить в то, что с ним произошло.
– А что мы должны сделать? – спросил Саша.
– Для начала дождёмся ночи, потом превратим вас в крошечных человечков. Вы сядете в Умный Самолёт и полетите за Рубиновой пирамидкой в старый дом на Большой Моховой. Ею завладел мальчишка по имени Никитка. В этой пирамидке вся наша сила.
И главный детектив объяснил близняшкам и Пете, что Умный Самолёт всё сделает сам, а им надо стараться думать только одну мысль. И чем сильнее и добрее будет эта мысль, тем больше шансов на успех.
Кажется, Петя пришёл в себя, потому что он спросил вполне нормальным голосом:
– Может, проще, если мы заберёмся в дом и стащим эту вашу Рубиновую пирамидку? Зачем превращать нас в крошечных человечков? Я согласен рискнуть…
– Нет, – покачал головой Тыр-Пыр. – Не всё так просто… Если пирамидкой завладеет человек, даже добрый, он её никому не отдаст. И она причинит только горе. А если пирамидка окажется у крошечного человечка, то и для людей, и для экивоков всё закончится хорошо.
– Ладно, – вздохнул Петя. – Если так надо. Чего уж там…
Он хоть и стал девятилетним, а всё равно рассуждал как взрослый. Но это ничего. Главное, что он нас видел и слышал. А значит, поможет.
– А я? – заныл пёс Барсик. – Я полечу с вами? Мне надоело сочинять глупые рецепты! Мне хочется служить верой и правдой! Меня тянет на подвиги!
– Куда ж мы без тебя, – улыбнулся Петя.
– Кстати, о подвигах, – заметил Тыр-Пыр. – С вами полетит и Царевич Ванечка.
– Значит, нас семеро, – сказал я.
И мы снова взглянули на свои отражения в зеркале. Это хорошо. Это чудесно. Вместе мы – Маша, Саша, Петя, Барсик, Умный Самолёт, Царевич Ванечка и я – ещё та сила!
Но до ночи было далеко…
Что же происходило в это время в доме на Большой Моховой? Мысленно я заглянул в рюкзак. В нём было ужасно тесно.
– В тесноте, да не в обиде… – пробормотал Каляка-Маляка, устраиваясь поудобней в кармашке с ластиком.
– Стыд и срам! – раздалось рядом.
Это была принцесса. В темноте глаза её горели синим пламенем.
– До чего мы докатились, волшебники! – возмущённо пробормотала Катя-Матя.
Экивоки молчали. Почти все провалились в дремоту. Их совершенно не беспокоила собственная судьба. Они даже с удовольствием причмокивали во сне. Главное, что им тепло и Рубиновая пирамидка в надёжных руках повелителя Никитки.
– Неужели это конец? – с болью спросила принцесса. – И мы больше никогда не сможем радовать мир нашим волшебством?
– Нет, конечно… – ответил Каляка-Маляка.
– Не сможем? – с горечью повторила принцесса.
– О, моя ясноокая, – мягко продолжал старичок. – Ты меня не так поняла. Разумеется, это не конец. И очень скоро Рубиновая пирамидка вернётся в наши лапки.
Принцесса недоверчиво улыбнулась:
– Откуда тебе это известно? Ты что-то задумал?
– Скоро придёт помощь, – уверенно произнёс волшебник. – Я это чувствую! Я слышу звон в голове!
– Ой, да! И в моей голове звенят колокольчики! – радостно прошептала принцесса.
– То-то и оно. – Старичок с нежностью и сочувствием посмотрел на Катю-Матю. – Наберёмся терпения и будем ждать…
Принцесса встрепенулась.
– Но я не хочу ждать! Оказывается, ты не потерял разум! Что же ты всё это время молчал?!
– Я всего лишь притворялся, чтобы сбить мальчишку с толку…
– Но я тоже в своём уме! Нас уже двое!
– Трое!
– Четверо!
В кармашек пролезли Веня-Меня и Лохматик.
– У нас было лёгкое помутнение, милые мои, – объяснил капитан футбольной команды.
– Но теперь мы в порядке! – шепнул Лохматик. – Правда, сила волшебника во мне не та. Ох, не та! Перебежали нам дорогу фильти-мультяпы! Как пить дать!
– Вполне вероятно… – печально кивнул старичок. – И во мне волшебной силы совсем немного…