Экивоки вылетели в чердачное окно.
– Может, всё-таки полетаем по дому? Оглядимся? – крикнул Веня-Меня принцессе.
– К чему откладывать добрые дела?! – откликнулась Катя-Матя и позвала меня: – Котик, ты сегодня со мной! Не отставай!
Пусечка помахала мне лапкой:
– До встречи!
Разделившиеся на группки экивоки помчались в разные стороны. Я летел рядом с принцессой и ещё пятью волшебниками, с которыми пока не познакомился.
Как же необычно было нестись над городом и видеть сверху дома, церквушку, деревья, реку, синие горы! От быстрого полёта мои пушистые усы прилипли к щекам. От ветра щекотало в носу и свистело в ушах.
Я старался перекричать ветер:
– Куда это мы?!
– К близняшкам! – крикнула Катя-Матя и резко спикировала вниз.
Я помчался было дальше, но, сообразив, что рядом принцессы нет, камнем бросился вниз.
– Делать доброе дело?! – проорал я.
– Да!!!
– А какое?
– Сейчас увидишь!
Мы подлетели к двухэтажному домику на улице Сказочника Ганса Христиана Андерсена, опустились на подоконник второго этажа и заглянули в комнату.
Внутри, на двухъярусной кровати, спали девчушка и мальчуган лет восьми. Брат лежал наверху, а сестра – внизу.
– Они болеют? Мы прилетели их лечить? – встревожился я.
– С чего ты взял? – удивилась Катя-Матя. – Здоровы как тридцать три коровы!
– Тогда почему они не в школе?
– Лохматик, – кивнула принцесса добродушному экивоку, – расскажи ему о близняшках!
– Значит, так, – объяснил волшебник по имени Лохматик, – это Машка и Сашка. Папка у них – капитан речного катера. А мамки нет. Есть мачеха Нинка. Ворчливая, всегда ими недовольна! Овсянку заставляет кушать! Они её терпеть не могут. Домашние задания до ночи проверяет! Вот мы и должны сделать так, чтобы близняшки и Нинка друг друга полюбили и ссориться перестали. Иначе – непорядок!
– А как вы это сделаете? – полюбопытствовал я.
– Ну, дело несложное, – заметил Лохматик.
– Сначала надо с Барсиком разобраться! – заметила Катя-Матя.
– С каким Барсиком? – я удивился. – С котом? Так я его знаю! А чего с ним разбираться? У него всё в порядке. Как ловил мышей в магазине, так и ловит. Он вообще…
– Это другой Барсик. – Принцесса не дала мне договорить. – И не кот, а пёс.
– Ага, – продолжил Лохматик. – Бродячий пёсик, молодой ещё. Машка и Сашка его вчера притащили с речки. Он совсем дохлый, блохами извёлся. А Нинка как увидела его, такое закатила, мама не горюй! Прогнала пёсика со двора! Машка – в рёв, а Сашка нарочно японскую вазу с цветами разбил, чтобы мачехе досадить.
Услышав это, экивок по прозвищу Халям-Балям возмущённо воскликнул:
– Халям-балям!
Уже потом я узнал, что никто никогда не слышал от него других слов, только – халям-балям. Что это такое, не знал даже самый старый и мудрый волшебник Каляка-Маляка.
– А почему папа-капитан их не помирит? – спросил я.
– Устаёт он, работы много, – ответил Лохматик.
– Просыпаются! – Катя-Матя хлопнула в ладоши. – Ну что? Вперёд!
Мы влетели в комнату через приоткрытую форточку.
– Ух ты! – воскликнула принцесса. – Сколько игрушек! Обожаю мягкие игрушки!
Маша посмотрела на нас огромными синими глазами и от удивления заморгала. Экивоки порхали вокруг неё, посмеиваясь, – уж очень забавной была эта девочка с копной рыжих волос.
Надо заметить, Маша совершенно не испугалась крошечных волшебников. Экивоков невозможно бояться. Ведь они такие смешные и весёлые!
– Са-а-аш! – сестра шёпотом позвала брата, а тот не просыпался, наоборот, укрылся толстым пуховым одеялом с головой. – Са-аша-а! Смотри! Феи!
– Мы не феи, – возразила Катя-Матя. – Мы экивоки, самые чудесные волшебные существа на свете!
– Отстань… – буркнул из-под одеяла Сашка.
– Ой какая хорошенькая!.. – Девочка протянула ладошку, и Катя-Матя на неё медленно опустилась.
Остальные экивоки подлетели к мальчику и засвистели в дудочки.
«Откуда у них свистелки?» – в очередной раз удивился я.
«Перестань удивляться! – мысленно ответила мне принцесса. – Иначе ты никогда не станешь настоящим волшебником!»
«Но я кот!» – возразил я.
«Нет! Ты уже – кот-экивок! – отрезала принцесса. – Учись дальше! Кстати, свистелки мы наколдовали!»
Затем она сделала реверанс и обратилась к Маше, осторожно державшей её на ладошке:
– Милая девочка! Скажи, пожалуйста, почему вы сегодня не в школе?
Маша не успела ответить. Из-под одеяла высунулась взлохмаченная голова мальчишки.
– Не дуди! – выкрикнул Саша и, ни капельки не удивившись экивокам, сердито спросил: – Вы кто?
– Мы придворные принцессы Кати-Мати, – представился Лохматик. – Если ты посмотришь вниз, то увидишь, как она сидит на ладони твоей сестры. Меня зовут Лохматик, а это – Халям-Балям, Чих-Пых, Ля-Ля, Лё-Ля и кот Василий.
– Чего надо? – Мальчишка попытался поймать Халям-Баляма, который оказался ближе всех.
– Халям-балям! – возмущённо воскликнул волшебник. – Балям-халям!
– Вы мне снитесь! – крикнул Сашка. – Сейчас проснусь – и вас не будет!
– Эй, мальчик! – позвала его Катя-Матя. – А меня ты сможешь поймать?
Сашка бросился к ней, совсем забыв, что спит на втором ярусе, и вывалился из кровати.
Если бы не Лохматик, он бы точно разбил себе лоб, но экивок успел схватить его за ворот и осторожно опустил ошарашенного мальчишку на пол.
– Нас невозможно поймать, – похвасталась довольная принцесса, усевшись Сашке на нос. – Потому что по утрам мы овсянку едим, в отличие от некоторых. Понял?
Мальчик кивнул. Принцесса слетела с его носа и мягко добавила:
– Раскрой ладошку…
Сашка повиновался.
Волшебница опустилась ему на ладонь и сладко зевнула:
– Ах как славно! Я чуточку утомилась… Сейчас бы капельку вишнёвого варенья или взбитых сливок с кленовым сиропом! Я и мои подданные сегодня не завтракали. Мы ведь очень торопились к вам…
– У нас есть! Я принесу! – крикнула Маша и выбежала из комнаты.
Глава четвёртаяИ блины вкусные…
Катя-Матя строго взглянула на мальчика и повторила свой вопрос:
– Так почему вы не в школе? Только не ври!
– У меня живот болит… – ответил Сашка и отвёл глаза. – Всю ночь болел!
– И у Маши? Я что сказала? Не ври! – повторила принцесса. – Иначе у меня от твоего вранья отсохнут уши! А я совершенно не хочу болеть! У меня полно дел!
– Не пойду в школу! – буркнул Сашка.
– Почему?
Сашка надулся.
– Назло Нинке? – догадалась принцесса.
Вдруг Сашку прорвало.
– Это наш дом! – сердито выкрикнул он. – А Нинка – дура! Барсика прогнала! Пускай сама уходит, откуда пришла! Мы её не звали! Наша мама добрая была, а Нинка злая!
Принцесса вздохнула:
– Во-первых, заруби у себя на носу… Кстати, у тебя есть «нос»?
– Чего? – не понял Сашка.
– «Нос» для зарубок! Дощечка так называется, для записей. Чтобы никогда ничего не забывать, носи её на шнурке!
– Нет у меня никакой дощечки!
– Ничего себе! – поразилась Катя-Матя. – Они ходят без «носов»! А вот у нас памятные дощечки всегда при себе!
Катя-Матя продемонстрировала Сашке «нос». Дощечка висела у неё на шее.
– Теперь ясно, почему вы – люди – так часто забываете о самых важных вещах! Например, о добре! Вы ходите без «носов»! Словом, запомни раз и навсегда! Во-первых! При принцессах, да и вообще при женщинах нельзя ругаться и говорить плохо. Даже о тех, кто тебя обижает. А во-вторых, ты огорчаешь своего доброго папу.
– И совсем он не добрый! Женился на Нинке, а нас не спросил!
– Да, – поддакнул экивок Чих-Пых, который незаметно для мальчика тоже присел на его ладонь. – Надо было спросить. Наверное, забыл. Тоже ходит без «носа». Однако я как врач должен заметить… чих!
Катя-Матя вздёрнула носик:
– Милый, не чихайте на меня! Будьте так добры, чихайте в сторону! В конце концов, зарубите это у себя на носу! Где ваш «нос»?
– Простите, ваше высочество, – извинился Чих-Пых. – Вы же знаете, это у меня от волнения. – Он снова обратился к Сашке: – Мой друг! Хочу заметить, что папы забывают порой что-то сказать или что-то сделать. Но это же папы. Их надо уважать. И ещё. Вам, молодой человек, не мешало бы вымыть уши!
– Чего? – Сашка уже ничего не понимал.
– Уши вымыть! – хором ответили экивоки.
– Ладно, – кивнул Сашка, – вымою…
– И зубы почисть! Мы ждём! – Принцесса и Чих-Пых перелетели с ладони мальчика на кровать.
Сашка поплёлся в ванную.
Катя-Матя запрыгала по одеялу.
– Обожаю всё пуховое! Это так мило! Я снежный ангел! – воскликнула принцесса и, раскидав в стороны лапки, упала на спину и закрыла глаза.
Подданные сделали то же самое – повалились снежными ангелами на кровать и притихли. Я последовал общему примеру.
Ах, как давно я не нежился на пушистом одеялке!..
Через минуту Катя-Матя таинственно прошептала:
– Чуете?
– Ага! – ответили экивоки хором. – Несёт!..
– Но варенье-то не вишнёвое… – заметил Лохматик.
– Персиковое мы тоже любим! – заявили Ля-Ля и Лё-Ля.
– Халям-балям! – облизнулся Халям-Балям.
– Обожаю персиковое варенье! – Мордочка принцессы засияла от счастья.
– Чрезвычайно полезное, – уточнил доктор Чих-Пых. – Улучшает пищеварение.
– А я его никогда не ел, – признался я.
– Ничего, киска, сейчас попробуешь!
Принцесса открыла глаза и уселась на пуховом одеяле поудобней.
Тут в комнату вбежала Маша с блюдечком, на котором расплылось целое море персикового варенья, украшенное розочкой из взбитых сливок.
А через минуту вернулся Сашка с вымытыми ушами и белоснежными зубами.
К этому моменту экивоки, да и я вместе с ними были измазаны-перемазаны взбитыми сливками и вареньем. Мы сидели в блюдце, растопырив липкие лапки. От персикового моря осталось небольшое озеро.
– Ух ты! – восторженно завопил Сашка. – Ничего себе! Я тоже так хочу!