— Добрый утро, Алексей, — голос незнакомца Алексею был знаком. — Вот и состоялась обещанная мною встреча.
— Ян? — облегченно вздохнул Алекс и опустил вилку с так и не откушенной сарделькой обратно в тарелку.
— Вижу, вы меня узнали. Отлично. Но давайте лучше уберемся отсюда поскорее. Здесь можно выйти через кухню на соседнюю улицу. Думаю, что ваши преследователи по чистой случайности не успели найти вас раньше меня, но это дело нескольких минут, — Ян поднялся и указал Алексу на дверь за барной стойкой.
У стойки Ян показал бармену какую-то корочку, что-то сказал по-чешски, и тот молча, с плохо скрываемым неудовольствием, проводил взглядом, как они прошли в подсобную часть.
"Соседней улицей" оказался узкий проход между домами, по которому с трудом проехала бы небольшая малолитражка, все равно рискуя поцарапать бока. Выйдя на эту улочку, Ян поправил сомбреро, еще больше прикрывая лицо широкими полями, после чего махнул Алексу, чтобы тот следовал за ним.
— Тут на улицах установлены видеокамеры, туристическая зона все-таки. Ничего лучше сомбреро не придумал, — не поворачиваясь к Алексу, объяснил Ян.
— Но, Ян, как вы меня нашли? — спросил все еще ошеломленный Алекс, хотя, как ему казалось, уже привыкший к сумасшедшему ритму событий последних дней.
— В нашем мире деньги — это не свобода. Когда-то давным-давно я, как и вы, думал наоборот. Тогда мне это чуть не стоило жизни.
— А если поконкретнее?
— Поконкретнее, в двух словах не получится, а для длинных бесед времени у нас нету.
Они вышли из маленькой улочки на широкий проспект, и Ян бросился к проезжей части, активно жестикулируя проезжавшему такси. Когда машина остановилось, он жестом показал Алексу садиться сзади, а сам сел рядом с водителем.
В такси ехали молча. Ян не говорил, а Алексей решил положиться на спутника и рассматривал город за окном. Все-таки именно Ян за эти три дня не раз выручал его. И тут догадка обожгла мозг.
"О том, что я поеду поездом до Киева кроме Новикова и его нынешних "друзей" было известно еще и Яну. А что я о нем знаю? На кого он работает? Я им для чего-то был нужен иначе, зачем мне помогать, а когда они поняли, что я в руках у их врагов, то решили меня убрать. Вообще, зачем я им всем? Все из-за какой-то пленки? Нет, не может быть. Да и номер поезда Ян не знал, а убийца подсел раньше Калуги, я точно всех на перроне рассмотрел. Хотя он меня тут в Праге вычислил на раз, значит, и в Москве мог. Но билеты-то Новиков принес. По-моему, я параноиком становлюсь… хотя "если у вас мания преследования, то это не значит, что за вами не следят".
Ян попросил таксиста остановиться посреди улицы возле крохотного скверика непонятно как сохранившегося в плотном ряду городской застройки. На противоположной стороне находилась пустая в этот воскресный полдень трамвайная остановка. "Пиццерия Кламовка" — прочитал Алекс самую большую вывеску, которая была на окрестных зданиях.
Насколько Алекс помнил карту чешской столицы, это был район Прага 5. В один из предыдущих своих визитов сюда он жил неподалеку, хотя обычно компания снимала номера в центральных районах города. В Праге Алекс бывал раз пять, но знал ее плохо, потому что всегда приезжал на семинары. А у семинаров для программистов расписание стандартное — днем все слушают нудные доклады, а вечером в какой-нибудь пивной до полуночи спорят, делятся опытом и заводят новые знакомства — в общем, продуктивно работают головой и печенью.
Когда вышли из такси, Ян снял сомбреро и бросил его в урну, перчатки перекочевали в боковые карманы пиджака, а очки — куда-то за пазуху. Алекс присмотрелся к спутнику внимательнее. Возраст, как он и думал, лет тридцать. Обычное славянское лицо, волосы русые глаза серые, абсолютно ничего примечательного. Такого встретишь мельком и потом внешность не опишешь — глазу не за что зацепится.
— Давайте теперь немного пройдемся пешком, здесь недалеко, — предложил Ян и пошел вдоль улицы в сторону мигающего в метрах ста впереди светофора.
— Ян, а куда мы направляемся? — спросил Алекс, не двигаясь с места.
Заметив, что Алекс демонстративно не принимает предложения "прогуляться", Ян остановился.
— Мое настоящее имя Денис, — сказал он.
— И все-таки куда?
— Скажем так, в место, где вы будете в безопасности. Думаю, именно такое место вы сейчас ищите. А времени у нас мало.
— Ничего я не ищу… Денис. Объясните лучше, как вы меня вычислили, кто такие те, что за мной гонятся. Вчера ночью в поезде меня хотели убить и как раз мой сопровождающий из Организации, от которой вы меня защищаете, спас меня ценой своей жизни. А о том, что я буду ехать в поезде в Киев знали, кроме Новикова и его коллег, только вы и, я так понимаю ваши боссы. Так что попытайтесь объяснить мне происходящее в двух словах. Здесь и сейчас. А тогда я подумаю, идти ли в ваше безопасное место.
Ян (оказавшийся Денисом) выглядел ошеломленным.
— Убить? Но это невозможно, — забормотал, словно думая вслух, Денис. — Ни они, ни мы не могли бы на это пойти сейчас. Это же нарушение закона… Нет, но зачем.
— Итак, вы будете объяснять? Для начала, как вы меня нашли в кафе?
Денис молчал, словно что-то взвешивал в уме. Спустя пару мгновений заговорил.
— Хорошо. Давайте присядем, — он указал на лавочку в скверике. — Я вам сказал, что деньги это не свобода?
Он достал из кармана стоевровую купюру.
— Вот купюра. Вы обращали внимание на эту небольшую металлическую полоску внутри? — спросил Денис.
— Такая не только на евро есть.
— Но сейчас речь о том, что час назад вы поменяли на кроны именно евро. На ваших купюрах были отсканированы ваши отпечатки пальцев. Точнее даже так: они зафиксировали и сохраняли в памяти около двух часов с момента касания вашими пальцами металлической полоски. Любопытной особенностью системы является то, что сохраняются до пяти отпечатков пальцев. Например, вы касались их разными пальцами или оператор в обменном пункте.
— Подождите, вы это на полном серьезе? — перебил Алекс.
— Ну вы сами не захотели подождать более полных объяснений, поэтому отвечаю на ваш вопрос. Итак, для снятия информации с купюры, как вы понимаете, нужно специальное оборудование, а также канал связи. В купюре радиопередатчика нет, — рассказчик ухмыльнулся — но ими снабжены практически все современные детекторы валют, банкоматы принимающие деньги, даже большинство автоматов торгующих сигаретами и напитками на улице. Об этом никто из посторонних не знает, но все они снабжены миниатюрными передатчиками, которые транслируют информацию через специальный протокол сетей мобильных операторов. Сканеры и передатчики устанавливаются в купюроприемники сразу на фабриках и только конструктор электронной схемы знает, что помимо идентификации купюры происходит операция считывания отпечатков и ее ретрансляция. Поэтому, как только вы обменяли деньги, информация об этом стала доступной.
— Денис, вы за дурака меня принимаете? Какие купюры, какие передатчики и отпечатки пальцев? Как заставить государства вводить металлические полосы на деньгах, чтобы кто-то следил за любыми движениями владельцев этих денег?
— Никто особо и не заставлял. Может для вас и открытие, но Федеральная резервная система, которая выпускает доллары, это частная компания. Доллары выпускает не правительство США, а именно частная компания. И как вы понимаете, владельцы этой компании сами решают, какие полоски туда вставлять. Вот они их и поставили в девяностом году, рассказав всем о якобы новой степени защиты.
— А евро, рубли, другие валюты, ведь почти все имеют эту полоску. Я уже молчу о протоколах для мобильных операторов, детекторах валют. Вы хотите сказать, что всеми ими управляет Организация и…
— Организация, членом которой, кстати, является ваш друг, — перебил Денис, — владеет и ФРС, и мобильными операторами и многими другими компаниями. Тем более, что не обязательно всем этим владеть. Ввела ФРС защитную полосу, рассказала о ее прелестях и большинство стран, особенно небольших, сами внедрили такой метод защиты, ведь решение о закупке таких технологий принимаются чиновниками, которые плохо разбираются в технических деталях, но прекрасно понимают свой финансовый интерес при распиле бюджетных денег. Конечно, когда речь идет о мощных валютах, например евро или юань, то тут решение проталкивалось через членов Организации в коридорах власти. Между прочим, на иене нити внедрить так им не удалось.
— Хорошо, если Организация собирает эту информацию, то вы как о ней узнали?
— Скажем так, у нас свои взаимоотношения с ними. Мы не враги, мы скорее их противники, поэтому имеем свои каналы контроля. И, честно говоря, вам просто очень повезло, что когда обмен денег засветился в базе, то я абсолютно случайно находился в отеле неподалеку. Я только вчера прилетел в Прагу для того чтобы подготовить здесь встречу с вами и не подозревал, что до Праги вы доберетесь так быстро. Тут вы меня сильно удивили. Ну, а получив утром сигнал, найти в ближайшем кафе мне не составило труда, ведь для чего рано утром люди меняют деньги? Кстати, очень хотел бы услышать историю как вы попали в Прагу без хвоста. — Денис улыбнулся.
— Это не важно. А что по поводу покушения?
— Я могу точно сказать, что ни мы, ни наши оппоненты не могли готовить на вас покушение. Поэтому я сам не знаю ответа.
— Почему не могли?
— Об этом сможете узнать там, куда я вас хочу отвести. И там вы получите все ответы на вопросы.
— Хорошо они значит владельцы доллара, мировых финансов, их члены входят в правительства разных стран… А вы кто? Не враги, а противники, это как?
— Алексей, мы и так задержались здесь. Я уверен — камеры зафиксировали номер такси, на котором мы уехали. Я заказал и оплатил такси до аэропорта, и диспетчерская отметила такой маршрут. Ни один таксист в мире не скажет, что освободился в городе, если есть возможность занять место возле аэропорта, где пассажир более щедрый, поэтому о том, что мы вышли здесь, никто не узнает, пока таксиста не встретят в аэропорту. Сегодня воскресенье, заторов нет, поэтому он там будет минут через пять-десять. И я все-таки настаиваю на том, чтобы в целях безопасности вы пошли со