— Я тог бы сказать, что это издержки, и это было бы правдой. Но только отчасти. Поэтому объясню тебе как есть. Согласно политики Конфедерации наблюдатель может только подталкивать аборигенов в социальному развитию. То есть, например, дать им очередную религию, которая будет объединять общество и воспитывать духовную сторону населения. Ведь именно духовность — самый короткий путь к пониманию принципов ноосферы и силы ментальной энергии. А что получается на деле? На большинстве, хоть не на всех, засеянных планет существуют войны, территориальные распри и, если на этапе такого варварства таки удавалось добиться духовного просветления без технического развития планеты, то в большинстве случаев такие агрессивные цивилизации уничтожали себя с помощью ментальной энергии. Ну как обезьяне дать ядерную кнопку.
— Ну а почему не давать технически развиться цивилизации.
— Хороший вопрос. Лея его постоянно поднимала в Конфедерации, но ответ там один: "Мы должны помочь им открыть главное — ноосферу, а их технический путь развития — это тот цветок, который они принесут в букет Конфедерации засеянных планет". Это приблизительная цитата одного из старейшин Совета Конфедерации.
— Ты, я вижу, там был. Прямо цитируешь, — попробовал съязвить Харламов
— Нет, но я люблю читать, бесполезные книжки — обезоруживающе рассмеялся Виктор. — В общем, подход Конфедерации в том, что если цивилизации вести по одному пути развития технического прогресса, то эти цивилизации будут неспособны принести ничего нового в Конфедерацию. Они будут просто клонами друг друга без творческого начала в сфере науки.
— Ага, то есть пусть гибнут, если не могут выкарабкаться? Дарвины хреновы.
Новиков рассмеялся.
— Ну вот, ты сам коротко и емко высказал позицию, которую огласила Лея. Она объявила, что только технически развитая цивилизация должна получать в свои руки доступ к ментальной энергии, и задача более развитых цивилизаций — помочь в этом техническом развитии. Вначале ее пытались осудить, запретив реализацию такой доктрины, но голосов не хватило. И Лее удалось оставить за собой право проведение политики Экспансии на тех планетах, где она была наблюдателем. Хотя может я и не точно выразил мысль об оставленном праве. В общем, они могут проводить свою политику, но Конфедерация также назначила свои представительства на этих планетах, чтобы следить за возможными нарушением экспантами законов, а также проводить дальнейшее приближение этих планет к открытию ментальной энергии. На деле же они просто постоянно ставят нам палки в колеса.
— Мешают провести одну-две войнушки или довести две-три страны до дефолта и голодных бунтов?
— А ты знаешь, что большевики пришли к власти благодаря твоим любимым конфедератам? Идеи коммунизма и социализма — это их чудные идеи. В начале двадцатого века идеями Маркса они пытались подорвать гегемонию экспантов и их усиливающейся роли как хозяев денег. И Сталин — это только продолжение их политики. Помнишь к чему это привело? Индустриализация страны на костях крестьян, в дома к которым пришел голод? Конфедераты же и сами тогда пострадали, ведь Сталин и от их людей в правительстве избавился, причем некоторых физически уничтожил, тех кого не успели эвакуировать. Только при Хрущеве стал возможен возврат влияния конфедератов. Помнишь его идеи построения коммунизма? В общем, мучили они СССР весь двадцатый век своими экспериментами. Но ничего, уже в перестройку мы вернули себе контроль над Россией.
— А Гитлер?
— Да, Гитлер — это ошибка экспантов. Они хотели сделать противовес Сталину в Европе, ведь тот тоже лелеял планы прибрать Европу к рукам. Но пойми главное, и Гитлер, и Сталин были бы в истории и без экспантов или конфедератов. Мы земляне их привели к власти и приводили таких же и раньше, такие Гитлеры и Сталины существовали и тысячу лет назад и две тысячи просто у них в руках не было танков, самолетов. Это некоторые законы ноосферы: за последние триста лет продолжительность жизни выросла в разы, кстати, благодаря вмешательству экспантов. Производительность труда благодаря машинам как поднялась? Ты подумай, тысячи лет ездили на лошадях, а за пару веков от паровозов, до реактивных самолетов добрались. И, между прочим, каждый глобальный экономический кризис только предваряет новых технический скачок в развитии.
— Но за это вы отбираете нашу ментальную энергию.
— Да, отбираем. А что на Земле ее научились использовать?
— Ну… — не нашелся, что ответить Харламов.
— Я не обеляю экспантов, но благодаря тому, что на Земле у власти фактически они, наша Земля еще не погибла от эпидемий или глобальной войны. Именно они, между прочим, контролируют, чтобы какой-то идиот случайно не нажал красную кнопку.
— Все это ты хорошо рассказал, но я… в общем утром я собираюсь стать конфедератом.
И тут Новиков сделал ход, от тонкости которого у Маурика до сих пор захватывает дух.
— Если думаешь, что я пришел отговорить тебя от этого, то ты заблуждаешься. Я в первую очередь землянин, а не экспант. И моя цель, чтобы здесь, на Земле, мы быстрее приблизились к контакту. Сейчас я работаю над проектами в области виртуализации общества. По сути, я работаю над тем, чтобы место денег в голове многих людей занял Интернет и его, человека, место в нем. Когда, ты воюешь в интернет-игре ты выделяешь меньше эмоций, чем во время реальных боевых действий, но делаешь это безопасно для других. А если в Интернте ты выбрал себе образ гота и проводишь в виртуальных беседах с такими как ты по пять-десять часов в день, то кто ты на самом деле бухгалтер строительной фирмы с брюшком, каким тебя знает жена, за день сказавшая тебе десяток фраз, или ты тощий парень с татуировкой на лице каким тебе по аватаре знают такие же виртуальные друзья, с которыми ты общаешься часами? Уже для многих авторитет в Сети. количество посетителей их страниц более важная вещь, чем мнение соседей и сослуживцев в реальной жизни. Да ты и сам вспомни в пятнадцать лет сколько раз за день ты слышал свое имя "Алексей", а сколько раз к тебе обращались по нику " Умка"?
— Это ты меня так не отговариваешь? — засмеялся Харламов
— Нет. Ответь на вопрос. Тебе же предложили работать в направлении Интернет технологий и сообществ?
Алекс молчал.
— Ну, в общем да, но причем тут это? — наконец ответил он.
— А ты сам подумай, хочешь ли ты мешать мне и другим экспантам перевести человеческую агрессию в Сеть. Что лучше, взрывы на улицах или скандалы связанные с хакерскими атаками на серверы?
— Ну понятный вопрос.
— Так вот мое предложение простое. Ты становишься конфедератом, но работаем мы вместе. Я тебе даю информацию о своей работе, ты — о том, как тебе поручили мне мешать в ней.
— Да ты…
— Подожди отвечать. — перебил Новиков. — Ты сам подумай и взвесь. Ты хочешь, чтобы подросток за сотню рублей для наркотиков мог грохнуть бабушку по голове, или чтобы он готов был за комментарии к своей аватарке часами сидеть в интернете набиваясь в друзья к незнакомым людям? Я хочу второе. Там. В виртуальном пространстве будет жить агрессия, дружба и любовь. Там будут ценить мысли написанные человеком на стене, а не его национальность или то, что он низенького роста. Человек может найти друга в любой точке мира, а не только в соседнем общежитии, подворотне или офисе.
— Не нужно столько пафоса. Я и так понял твою мысль. — перебил Алекс. — Ладно, не хочу ничего обещать, но я подумаю. Я свяжусь с тобой через неделю-другую, когда немного пооботрусь там. Сам постараюсь во всем разобраться и тогда свяжусь.
— Хорошо. Я тебе верю и всегда верил Умка. Мы же команда, которая создала Муравейник. Знал бы ты, как мы удивили тогда этих инопланетных гостей, — рассмеялся Джокер. — Ты же уже слышал об эффекте экстрафакультативности?
— Да читал.
— Гордость не распирает? Меня, например, до сих пор распирает.
— Ну так это же была твоя программа. Ладно, Джокер, мне еще нужно вернуться назад, — озабоченно сказал Харламов, — я же на встречу с тобой тайно пришел.
— Тебе помощь нужна?
— Еще чего. Скажу, что решил по городу пройтись, мысли проветрить. Я же взял время до утра подумать. А заметят с тобой, долго буду объяснять, чего это я с экспантом решил встретиться, перед тем как стать сотрудником Представительства Конфедерации.
— Тоже верно. А вообще я поражен тем, как ты лихо всех обставил. Из тебя получился бы лихой разведчик.
— Ну вот ты же зовешь в разведчики, — иронично заметил Хараламов и, судя по звуку двигающегося кресла, поднялся из-за стола. — Все Джокер, пока, до встречи.
— Ну, пока. Держись там.
Маурик выключил запись. Просто блестящая работа. Было ясно, что Харламов завербован, причем все получилось еще лучше, чем могло быть. Он теперь в стане конфедератов, а работать будет на экспантов. Давно такой удачи не было. Понятно, что Харламова он вербовал для себя, ведь тот будет работать на аналитический отдел, даже точнее будет в ведении самого Новикова (о таких агентах как Харламов не принято информировать широкий круг сотрудников). Но операцией по вербовке руководил он, Маурик, и даже когда наверху подумали, что Дэмиан Маурик облажался, он, получается, справился. Операция выполнена на "отлично", а детали никого не интересуют.
"День определенно закончился лучше, чем начался" — подумал Маурик, взглянув на часы, стрелка которых почти добралась до полуночи.
****
На часах было два ночи, когда в пансионе раздался звонок. Сонный Карпишек, взглянув на систему опознавания гостей, удивился: она сигнализировала, что перед входом находился Денис Брагин. Но Брагин не мог быть за дверью, в случае неожиданного визита он всегда предварительно высылал условный сигнал.
Карпишек включил визуальное наблюдение и невольно потянулся к системе активации безопасности. Включи он ее, и в течение десяти минут сюда прибыло бы подразделение BIS (чешской спецслужбы), база которых была отсюда в километре. Конечно, они бы ничего не знали ни о конфедератах, ни об экспантах, их задача только задержать искомый объект (вероятнее всего террориста), его фото им выдаст система визуального наблюдения.