– Ты же аванс получил!
– И что? Скажешь – не отработал?
Гость промолчал – не та была обстановка, чтобы открыто конфликтовать. Хоть и понесшая потери банда все же вполне была способна существенно испортить настроение и самочувствие его людям. И тогда ни о каком захвате кого бы то ни было и речи уже не могло идти.
Он поднялся, поправил автомат на плече.
– И когда вы уходите?
– Через два часа можешь владеть всеми этими богатствами! А мы – откланиваемся!
Что-то они там задумали…
Внизу слышна какая-то движуха, голоса, кто-то что-то тащит – словом, нездоровая суета.
Впрочем, гадать долго не пришлось.
– Эй! Наверху! Слышишь нас?!
Ага, это кто-то хочет, чтобы я голос подал? Угу… и на звук что-то неприятное прилетит… Плавали – знаем.
Но, чтобы как-то ответить, сбрасываю с крыши ботинок одного из покойников. Должны заметить…
Ага! Замерла движуха… взрыва ждут?
Нате вам и второй – до кучи, так сказать.
Похоже, соображаловка там у кого-то в порядке – смекнули, что я голоса подавать не хочу.
– Короче! Мы уходим – не стреляй! Живи тут хоть до скончания века! Если поняла – кинь еще что-нибудь!
До еще одного обладателя ботинок далеко бегать, а вот обрез для этого вполне покатит. Тем более одностволка шестнадцатого калибра. Мне он как-то вот вовсе никуда не вперся. Да и патронов к нему мало – штук пять всего.
Без сожаления сбрасываю его вниз.
– О как?! Богато живешь… Тады – мы уходим!
Врут или как?
А вот и посмотрим…
Не соврали – откуда-то снизу появляется парочка человек. С набитыми рюкзаками на спине.
Еще раз громко уверяют меня в чистоте своих помыслов. На этот раз никак не реагирую – обойдутся…
Первый из зарюкзаченных медленно топает к лесу – совсем, кстати, не туда, куда ушла девушка. Что ж, и то хлеб! Понимаю, что можно и крюк сделать, но времени это займет прилично. Да и без этого ее теперь не догнать уже – слишком много времени прошло.
Второй носильщик потопал.
Первый, кстати, в лес не нырнул – уселся на свой рюкзак, сбросив его на землю прямо у деревьев. Метров триста… в принципе из автомата я его достану. И не понимать этого он не может.
Но сидит. Демонстрирует чистоту намерений?
Фиг знает, но стрелять пока не стану.
Оттуда, кстати, вполне можно рассмотреть крышу и увидеть лежащие на ней мертвые тела. Не все, разумеется – парапет, идущий по краю, многое закрывает. Но вот кто из них реально мертвяк, а кто прикидывается, этого уже не разобрать! Надеюсь, что снайперских винтовок у них нет – иначе моя жизнь станет совсем тяжкой. И недолгой.
Третий пошел…
А неслабо они с собою добра тащат! Видать, тут и вправду у них какая-то база была.
Так на опушке уже скопилось человек пять. С набитыми рюкзаками. Даже и чемодан кто-то с собою приволок – вообще атас! Хоть не на колесиках…
Когда пошел шестой, пятерка поднялась и, навьючив на плечи добро, потопала дальше, скрываясь от моих глаз за деревьями.
– Шеф! Первые до леса добрались – по ним никто не стрелял.
– Сталбыть, девка эта все верно поняла… Что ж, пора и нам.
– А это… раненые тут остались…
Атаман, резко повернувшись к помощнику, сгреб куртку у того на груди своей немаленькой ручищей – затрещала старая ткань:
– Ты у нас совсем умом двинулся?
– Э-э-э! Ты чего?!
– Девка – из химиков! И дружки ее убитые – оттуда же! Ты что, всерьез рассчитываешь на то, что их никто искать не станет? Там, между прочим, в лесу еще подранки сидят – думаешь, их не нашли уже? Не ровен час – и сюда гости пожалуют! Предлагаешь принять бой?
– Да ты че?! Сваливать надо – это ты прав!
– Вот… Тем паче что большинство подранков – из наймов. Шваль всякая… про них никто даже и не вспомнит завтра. О своей жопе думать надобно!
– Но там и наши пацаны есть…
– И что? Даже в лучшие времена с такими ранами не всякий выживал, а уж сейчас… Где тут ближайшая больничка, не подскажешь?
Помощник промолчал.
– То-то же! Короче – разберись там с ними… Это все, что мы сейчас для них сделать можем. Лучше будет, ежели они тут от боли завывать станут? Гости-то за ними ухаживать точно не будут – им на всех нас с прибором положить!
Внизу глухо хлопнуло несколько выстрелов. Разборка? Не похоже… Нет ощущения перестрелки, выстрелы прозвучали как-то… неторопливо, что ли? Такое впечатление, что стреляют по мишеням. Ну, это, пожалуй, вряд ли, какие тут мишени-то? Но настораживает, да…
И еще одна группа бандитов потопала к лесу. И тоже – что твои ослы завьючены. Немало они тут нахапать успели. И что-то мне подсказывает – не одна у них тут такая база. Уж наверняка и запасная ухоронка где-то есть.
А далеко за полдень перевалило, однако! Галина, смею надеяться, утопала уже достаточно далеко.
И что мы теперь имеем?
Часть бандитов куда-то ушла. Почему и отчего – фиг их там разберет. Но возражать против этого не собираюсь, мне это только на руку.
Вот что гораздо хуже – остались те, кто сюда притопал от заказчика. Пока они никак себя не проявили, и это настораживает. Как воюют бандиты, я видел – не впечатлило. А чего ждать от этих гавриков… Явно же они тут остались не просто так, какая-то мысль у них точно есть. Знать бы – какая?
Прошел час – тишина, никаких движений.
Но ведь так не бывает! Не станут эти деятели сидеть тихо до самой ночи, наверняка что-то придумают!
Однако ничего не происходит. Я тоже стараюсь не производить шума, изо всех сил пользуясь зеркальцем, осматривая все вокруг. Выходит не очень, летать пока не умею, так что приходится тихонько, почти ползком, перемещаться по крыше в разные стороны. Фигово… это занимает много времени, противник вполне может успеть что-то сделать на той стороне, которую я в данный момент не вижу.
– Она постоянно перемещается. От одного края крыши к другому. Подолгу на месте не стоит и почти не появляется в поле зрения.
– Ползком, что ли? – поинтересовался старший группы, поднеся радиостанцию к уху.
– Почти. Парапет, собака, все скрывает, я и вижу-то ее только изредка, – ответил наблюдатель.
Да, пришедшая за пленницей группа состояла из людей тертых и жизнью изрядно битых. Именно по этой причине трое из них были оставлены на опушке леса в качестве прикрытия. Мало ли как мог пойти разговор с бандитами? Вполне могло бы стать и так, что отходить пришлось бы с боем – и в этом случае пулемет на опушке леса оказался бы крайне серьезным аргументом!
Снайперской винтовки у засадников не имелось, а вот небольшой типа театрального бинокль был.
Вот в него-то сейчас и смотрел один из них.
– Что еще ты видел?
– На ней разгруз. Из оружия видел только автомат, но большая часть крыши отсюда не просматривается. Что лежит ниже парапета – можно только гадать. Так что там и еще что-то вполне может быть. Но похоже, что она что-то подозревает – во весь рост не встала ни разу. Видать, выстрела снизу опасается.
– Фиг с ней, с ее подозрениями… В башенки она заглядывает?
– Я не видел. По-моему – нет. Все время от одного края крыши к другому шастает.
– Добро! Сообщай обо всех передвижениях!
Пришедшие действительно не теряли время попусту. Разбив и разломав на части бандитские лежаки, они соорудили из досок нечто вроде грузовой стрелы. Поднять человека она, разумеется, не могла – да это и не требовалось. Вполне достаточно того, что с ее помощью можно закрепить в нужном месте якорь с веревкой. А таковая с собой имелась, да и в брошенных бандой вещах тоже удалось накопать кое-что полезное.
Подъем на крышу планировалось провести сразу с трех направлений.
Отвлекающий – по кирпичной лесенке.
И по веревкам.
Их было две.
Одну закрепили на месте старой пожарной лестницы – торчащие из стены крючья очень для этого подошли.
А вторую, отпихнув стрелой чуть в сторону тело, лежащее поперек дыры, зацепили за край бывшего люка.
Дробовики с резиновой картечью вполне способны привести «объект» в состояние временной недееспособности, главное – увидеть цель первыми! Синяки и ссадины вполне могут зажить за время пути назад.
К штурму все было готово – ждали только подходящего момента. Пулеметчик приготовился вести огонь поверх головы, чтобы уложить противницу на землю и сковать всякое передвижение. Для этого в ленту зарядили патроны с трассирующими пулями. Наглядно и страшно – тут чьи угодно нервы не выдержат! Когда над головой, шипя и посвистывая, мелькнут огненные стрелы, любой здоровенный мужик на брюхо плюхнется! Ибо словить такую штуку в чан желающих немного. Что уж там про бабу говорить…
– Командир!
– Слушаю.
– Вижу ее! Справа, около парапета!
– Прижми ее там!
– Есть!
Все-таки привычка – вещь великая! Ну и своеобразное «чувство жопы», как иногда у нас говорят. Вот не нравилось мне что-то, хоть убей! Не верю я в тишину… И опушка леса, откуда только недавно появилась цепочка «гостей», упорно не внушала мне никакого доверия. Не скажу, чтобы оттуда тянуло каким-то там холодом или еще чем, но беспокойство охватывало меня всякий раз, когда я смотрел в ту сторону.
И когда над крышей метнулись огненные светляки трассеров, я буквально зарылся носом в остатки рубероида.
Взвизгнуло, лязгнуло – и по крыше поскакали сплющенные кусочки металла. Рикошетирующие пули – они отлетают от башенки. А ведь стрелок ведет огонь на уровне головы!
Хм… я во весь рост давно уже не встаю, и он наверняка это видел!
Вывод?
Меня укладывают, чтобы не мешал.
Ладно… допустим, что меня уложили ничком – дальше что? Рванут вверх по остаткам лестницы? Вполне логично, ибо сейчас я это место не просматриваю – закрывает одна из башенок. И еще – у них есть радиосвязь! Значит, они могут координировать свои действия. Что я сейчас и увижу…
Хиханьки закончились – пошла серьезная работа!
Да… парни оказались вполне себе грамотными – а я позорно протупил!
Первый из нападающих появился вовсе не оттуда, откуда я ожидал, – он выскочил из той самой башенки, в которой имелся люк!