За происходящим на борту «Желчного нрава» всесистемник «Спальный состав» следил, не прекращая подготовки к столкновению близ Эспери, будто военачальник, который, отдавая сотни приказов и обсуждая планы сражения, мимолетно отвлекается на микроскопическую драму из жизни насекомых, ползущих по картам на столе. Корабль понимал, что ведет себя глупо и недостойно, но события его увлекали.
Его размышления прервало входящее сообщение от «Серой зоны», из главного отсека на носу всесистемника.
– Если я тебе больше не нужен, то я отбываю.
– Погоди, – ответил всесистемник.
– Но ты же летишь к этой штуковине и Хамам.
– Не спеши, сейчас начнется самое интересное.
– Еще бы. Но мне пора.
– Что ж, всего наилучшего, – передал всесистемник, распахивая двери ангара.
– Ты намерен меня Переместить?
– Если ты не против.
– А если против?
– Есть еще один способ, но мне бы не хотелось к нему прибегать.
– Ну, раз уж он есть, предлагаю им воспользоваться!
– «Желчный нрав» отказался, у него люди на борту.
– Плевать мне и на людей, и на «Желчный нрав». Что еще за способ? Ты суперскоростными транспортниками обзавелся?
– Нет.
– А что тогда?
– Следуй в кормовую часть моей полевой оболочки.
– Как скажешь.
ЭКК вышел в замкнутое пространство между основным корпусом всесистемника и внутренним слоем полевой оболочки, несколько минут маневрировал вдоль корпуса исполинского собрата, а затем свернул за корму. Там стояли еще три корабля.
– А это кто? – спросил ЭКК у всесистемника. – Точнее, что?
Вопрос был совершенно риторический, поскольку в предназначении кораблей сомнений не возникало. Они были чуть толще и длинней «Серой зоны», а на обоих концах корпусов имелись крупные сферические отсеки, в которых, рассуждая логически, размещалось вооружение. Судя по размерам сфер, оружия на кораблях было очень много.
– Я сам разработал этот дизайн. Их зовут Т3НК 4, 118 и 736.
– Очень смешно.
– Ну, юмора они все равно не понимают, у них вместо Разумов – подчиненные мне ядра ИИ. Но совместными усилиями разгонят тебя до приемлемой скорости не хуже суперскоростного транспортника.
ЭКК безмолвно занял место в центре треугольника, образованного тремя кораблями.
– Т3НК? – уточнил он. – Наступательные корабли третьего типа?
– Совершенно верно.
– И много их у тебя?
– Достаточно.
– Ты все эти годы трудился не покладая манипуляторов.
– А то. Ты, главное, хотя бы пару часов об этом никому не рассказывай.
– Договорились.
– Отлично. Прощай. Спасибо за помощь.
– Всегда пожалуйста. Удачи тебе. Ну, скоро узнаем, как все обернется.
– Вот и я так думаю.
III
Аватар снова сосредоточил внимание на пассажирах «Желчного нрава». Бывшие любовники от разговоров о пустяках перешли к патологоанатомическому исследованию своих взаимоотношений, но ничего интересного так и не обнаружили.
– …Наши желания не совпадали, – сказала Даджейль. – В том-то все и дело.
– Мои желания долго совпадали с твоими, – напомнил Генар-Хофен, покачивая хрустальным бокалом с вином.
– Самое смешное, что, пока нас было двое, все было в порядке, – вздохнула Даджейль.
– Да, – грустно усмехнулся он.
– Может, мне лучше уйти? – осведомилась Ульвер.
Даджейль взглянула на нее:
– Если тебе неловко…
– Нет, я просто подумала… – Ульвер осеклась и поморщилась, заметив, что и Генар-Хофен, и Даджейль смотрят на нее. – Ну вот, теперь мне и вправду неловко.
– Кстати, а у вас самих как дела обстоят? – невозмутимо спросила Даджейль, переводя взгляд с Ульвер на Генар-Хофена.
Они переглянулись, одновременно пожали плечами, рассмеялись и виновато посмотрели на Даджейль – как будто заранее отрепетировали. Даджейль с затаенной ревностью взглянула на них и выдавила из себя благосклонную улыбку. Как ни странно, принужденное действие переросло в чувство.
IV
Что-то пошло не так.
Внимание аватара снова привлек его родной корабль. Высвободившись из оболочки полей всесистемника, «Серая зона» и три боевых корабля окутались паутиной своих полей и замедлили ход до скорости, оптимальной для двигателей ЭКК. Впереди простиралась Эксцессия; только что «Спальному составу» удалось провести первое близкое сканирование объекта. Однако Эксцессия претерпела перемены: восстановив связи с обоими слоями Энергетической Решетки, она разрослась, а потом взорвалась.
На этот раз внезапное расширение Эксцессии отличалось от предыдущего, которое затронуло и, по-видимому, переместило ЭКК «Фортуна переменчива», и представляло собой нечто новое, основанное либо на непосредственном взаимодействии с самой тканью пространства, либо еще на каких-то операциях с привлечением неизвестных полей. Казалось, что пламя, зародившееся в Решетке, охватило инфрапространство, ультрапространство и ткань обычного пространства, тем самым создав колоссальный сферический волновой фронт пожара, полыхающего в трехмерном пространстве.
Эксцессия расширялась стремительно, с невероятной быстротой, охватив огнем взрыва все вокруг; было невозможно ни измерить скорость распространения пламени, ни тем более предположить истинные масштабы пожара. Спустя считаные минуты огонь неизбежно настигнет «Спальный состав», которому не удастся ни замедлить ход, ни свернуть с курса, уходя от пламенной волны.
Внезапно аватар утратил связь с кораблем, потому что «Спальный состав» полностью оборвал коммуникации, сконцентрировавшись на выводе в космос собственного флота.
Часть боевых кораблей, которые десятилетиями втайне создавались на тысячах вакуумных доков в глубинах всесистемника, Переместили из глубинных отсеков в гиперпространство, и они, набирая скорость, уже направлялись к Эксцессии. Исполинский всесистемник начал слущивать внешние слои полевых оболочек, из-под которых появлялись спрятанные там другие корабли, и целые флотилии вылетали в космос, как семена из огромного стручка.
Когда аватар снова подключился, значительная часть флота сериями взрывных десантов уже распределилась в гиперобъеме, цветочными лепестками рассеялась вокруг корабля; меньшие аппараты, образовав многослойные складчатые структуры, несли кластерное вооружение, и каждое орудие, каждая боеголовка были оснащены с неподражаемым мастерством. Облачная стена кораблей мчалась навстречу разбухавшей гиперсфере Эксцессии.
V
Из колыбели полей, созданной тремя безмолвными боевыми кораблями, «Серая зона» наблюдала за происходящим. Кораблю хотелось кувыркаться и вопить от радости при виде невероятного выплеска боевой мощи, способной расправиться с армадой, десятикратно – да что там, стократно! – превосходящей силы похищенного Хамами флота. Да уж, располагая временем и терпением, можно добиться многого, особенно если нет нужды соблюдать условия договоров и соглашений!
Однако к восторгу примешивался неизбывный ужас; Эксцессия теперь заполнила сферу передового обзора, а взрывоподобные темпы расширения все еще превышали скорость полета кораблей, выпущенных «Спальным составом». Энергетическая Решетка словно бы выворачивалась наизнанку, как будто самая массивная во Вселенной черная дыра внезапно стала белой и начала разбухать подобием нового Большого взрыва, раздирая своею яростью вселенные; ураганный вихрь мог сокрушить «Спальный состав», разметать новоявленную флотилию, как листву, подхваченную бурей.
«Серую зону» одолевали восхищение и страх. Ничего подобного корабль никогда прежде не испытывал и не предполагал, что такое возможно. Он был рожден во Вселенной, не таившей в себе угрозы; для него и его собратьев, созданий неимоверной мощи и структурной сложности, здесь попросту не существовало природных сил, представлявших опасность, – ну разве что черные или белые дыры, но в них суются лишь по глупости; даже со взрывом сверхновой, пожалуй, можно справиться. А сейчас происходило нечто иное, ужасающее не меньше ожесточеннейших битв Идиранской войны пятисотлетней давности, но размах древних сражений был несопоставим с масштабностью этого явления. Оно ужасало. Казалось, коснуться его немыслимой природы чем-нибудь еще, кроме невесомого мановения простертых крыл двигательных полей, – все равно что древней космической ракете упасть на звезду или паруснику угодить в эпицентр атомного взрыва. Огненный шар энергий, рожденных за пределами реальности, надвигался чудовищной стеной пламени, сокрушавшей все на своем пути.
«И меня сейчас сожрет, – подумала «Серая зона». – И «Желчный нрав» тоже… Караул».
Судя по всему, пришло время проститься с жизнью.
VI
«Спальный состав» думал примерно о том же. Скорость корабля в комбинации с темпом продвижения всесокрушающей границы Эксцессии говорила о том, что контакт произойдет через сто сорок секунд. Яростное расширение возникло сразу после того, как активные сенсоры «Спального состава» исследовали объект. Именно тогда все и началось. Будто ответная реакция.
В окрестностях Эксцессии находилось еще два корабля: ЭКК «Фортуна переменчива» и среднесистемник «Сторонняя разработка». Корабль просмотрел судовой журнал, но сообщений от собратьев не поступало, а теперь оба они оказались вне зоны доступа, либо поглощенные горизонтом событий Эксцессии, либо – если объект тянулся именно к «Спальному составу», а не расширялся равномерно во всех направлениях – были отрезаны от всесистемника краем энергофронта.
«Спальный состав» послал запросы всесистемникам «Каков ответ и почему?» и «Используй психологию» – как напрямую, так и с маршрутизацией через «Серую зону» и «Желчный нрав», – хотя и не надеялся установить с ними прямой контакт: быстрое расширение границ Эксцессии наверняка отсекало любые ответные сигналы, однако оставался шанс, что маршрутизированная перекличка сработает, прежде чем ее промежуточные узлы тоже затянет под горизонт событий.
Корабль исходил из предположения, что расширение объекта неравномерно. Вторым фронтом действий был боевой флот Хамов, но его угроза была несоизмеримо мала в сравнении с происходящим. По приказу «Спального состава» новообразованная флотилия ринулась прочь от наступающей взрывной волны Эксцессии. Если расширение объекта и впрямь ограниченно, то, может быть, корабли уцелеют, ведь они двигались не к Эксцессии, а в противоположную сторону, к флоту Хамов. Впрочем, с грустью подумал «Спальный состав», вряд ли эта разница будет понятна Эксцессии или неведомым силам, ею управляющим. Что ж, ничего не поделаешь; боевой флот всесистемника теперь предоставлен сам себе.