Мужчина замер. Рада чувствовала, как твердая плоть аккуратно скользит меж ее складочек.
— Больно?
— Нет…, — удивленно ответила Филатова.
Влас толкнулся в нее глубже. Раде показалось, словно ее тело рассекает надвое. Непривычно. Странно. Но не больно.
Тихоновский негромко выругался. Радмила сжала колени, оплетая мужские бедра плотнее.
— Мля-я-ять, — пробормотал Влас. — Замри, малышка. Иначе я…
— Иначе что?
— Радмила, ну ты можешь хотя бы сейчас придержать свой острый язычок?
— Влас Атасович, оно само собой получается!
— Рада…
— А что такого я сказала?
Влас отстранился и вновь толкнулся глубже. Рада прогнулась навстречу этому движению. Легкая боль пронзила низ живота. Радмила потянулась к мужским губам.
— Маленькая моя…, — прошептал Влас прежде, чем прижаться к ее рту.
Радмила чувствовала глубокие, яростны толчки. Чувствовала влажное скольжение, непривычно, на грани боли. Но они приносили новую волну удовольствия.
В какой-то момент Рада перестала думать. Ощущала лишь то, как все быстрее двигается в ней любимый. Задевает внутри ее тела потайные точки, о которых Рада и не подозревала прежде.
Филатова, кажется, вновь стонала. Но твердые губы ловили ее стоны и рваное дыхание.
В ушах грохотал пульс. Дыхание застревало в груди. А все тело, казалось, рассыпалось на атомы.
Радмила не сразу поняла, что именно произошло. Ее тело все еще парило высоко-высоко. Хорошо, что Влас прижимал ее к постели собой. Так бы она и вовсе улетела в космос.
— Малышка, ты меня с ума сводишь, мозги в хлам, — с трудом Рада разобрала сиплый шепот.
Ощутила, как Влас меняет положение тела. Ложится на спину, перетягивает ее на себя. И теперь Радмила оказалась на его груди.
А между бедер все липко, и появилось такое ощущение, будто из нее что-то вытекло.
— Влас?
— Вся ответственность на мне, солнышко, — прошептал Тихоновский.
Радмила уткнулась лбом в мужское плечо. Влас все еще дышал рвано. А его руки лихорадочно двигались по ее спине, плечам и попе. Кажется, особенно попе доставалось больше всего внимания.
— Тихоновский…, — обреченно пробормотала Радмила.
— В своя оправдание хочу сказать, что я действительно не планировал заниматься с тобой любовью именно сейчас. В планах был куннилингус. Признаюсь. Виновен, — говорил Влас.
— Тихоновский!
— Ну что такого? Я сам слегка в шоке, вот и несу все, что в голову приходит, — рассмеялся Влас. — Это правда.
—Что именно?
— У меня тяга тебя облизать, моя сладкая девочка, — соблазнительно зашептал любимый.
— Господи, ты можешь просто помолчать?
— Нет, — вздохнул Влас и подтянул Раду выше, заставляя посмотреть в глаза. — Больно? Я не смог сдержаться, прости.
Радмила смотрела на парня. И как на него злиться? Он выглядел сейчас таким… Обалденным! Что Рада поняла: она втрескалась в него по самые уши. И еще глубже.
— Уговорил, — выдохнула Рада.
— Ты не ответила.
— Не больно, — покачала головой Рада.
— Хорошо. В любом случае, до весны заживет, — подмигнул Тихоновский.
— Чего? — насторожилась Рада.
— Ты ведь не думаешь, что у нас все не всерьез? Минуту назад я доказал, что мы с тобой, во-первых, идеально совместимы в постели, во-вторых, возможно, заделали только что маленького Тиху, — улыбался Влас.
— Это просто какой-то… Атас! — нервно выдохнула Филатова.
— То ли еще будет, — пообещал Тихоновский.
ГЛАВА 10
Влас прежде не был настолько беспечным. Уж чего-чего, а ответственности ему не занимать.
Но с Радмилой все шло по какому-то иному сценарию. Он и сам, порой, был в шоке от того, как менялся рядом с девчонкой. Он чувствовал себя абсолютно другим человеком.
Влюбленным.
Не случалось с Тихой прежде подобного. Да, он влюбился в Радмилу, втрескался, влип, увяз по уши.
Эта девчонка пробралась в его мысли, в его чувства, в его сердце. А ведь он считал себя бесчувственным. Нет, он любил сестру. Он ведь не эмоциональный инвалид. Но не думал, что в его жизни появится женщина, способная покорить его душу, сердце и прочие органы, еще и настолько стремительно.
Все случилось спонтанно. И для Радмилы тоже. Влас это видел, понимал. Он ведь гораздо старше ее. А потому нес основную ответственность. В том числе, и за отсутствие презерватива. Должен был подумать на эту тему, да. Но как-то профукал этот момент.
А сейчас и не жалел ни о чем. В крайнем случае, а них с малышкой есть девять месяцев, чтобы подготовиться. Но обо всем этом Влас подумает позже.
Сейчас все его мысли вращались вокруг Радмилы. Он мог думать лишь о том, как бы повторить. Понимал, что так скоро ему не светит ничего. Но никто ведь не запретит мечтать.
— Тихоновский? — Рада взмахнула ресницами, смущенно и удивленно.
Он понимал, о чем она. В девичий живот упирался член, готовый к подвигам. Сложно было никак не реагировать на то, что любимая девушка в его руках, совершенно голая, совершенно совершенная.
— Это все ты виновата, — подмигнул ей Тиха. — Нельзя быть такой красивой.
— Скажешь тоже, — закрылась от него малышка и спряталась на его груди. — Особенно по утрам.
— По утрам ты особенно красива, — заговорил Влас.
Он настойчиво обхватил ладонью девичий подбородок, приподнял, поймал смущенный взгляд.
Сейчас наступил самый подходящий момент, чтобы сказать ей о своих чувствах. Но Влас завис, любуясь ее длинными ресницами, румяными щеками, припухшими губами.
— Мне нужно в уборную, — смущенно прошептала Рада.
— Да, конечно, — кивнул Влас, но не торопился разжимать рук. — Переезжай ко мне.
— Чего? — опешила Рада. Влас и сам удивился собственным словам. Хотя, нет. Это выглядело единственно логичным развитием событий и выходом из ситуации.
Они ведь теперь вместе. Значит, обычными ночевками здесь не отделаться. Да и не согласен он на раздельное проживание. Тиха прекрасно видел, какими взглядами провожают Раду парни в универе. Даже Симка залип на внешность Радмилы.
— А ты на что рассчитывала?
— Тихоновский, ты слишком торопишься! Или ты каждой девушке, с которой спишь, предлагаешь такое?
— Ты первая, — пожал плечом Влас.
— Так, все, я пошла в душ. Одна, — попыталась выбраться из постели Радмила.
— Еще минутку, — вздохнул Тиха.
Потянул девчонку на себя. Жадно приник к губам.
Ему очень понравилось, как она ответила на поцелуй. Естественно и горячо.
— Беги, а я пока приготовлю завтрак.
Влас разжал руки. Смотрел, как Радмила пытается натянуть футболку, закрыться ею.
Тиха лениво подумал, что в следующий раз стащит все шмотки с малышки. Ему мало всего, что случилось между ними. Он хочет видеть ее всю, идеальную, голенькую.
Радмила сбежала из спальни, прикрыв за собой двери.
Влас рывком поднялся с кровати.
Черт, это ведь самый охренительный день в его жизни! Незабываемый, да.
Тихоновский взглянул на простыни, перепачканные и измятые. Крови немного, но она была.
Влас поймал себя на том, что пялится на эти разводы с каким-то первобытным удовлетворением. Ему ведь прежде было неважно, с кем спят его партнерши, кто у них был до него. Да плевать было!
А сейчас в нем проснулся дикий собственник. Рада Филатова принадлежит ему. Он первый у его девочки. И останется таковым.
***
Простуда Стаси прошла бесследно. Это радовало, потому что у Радмилы был и иной повод, чтобы нервничать и волноваться.
Грядущий день рождения Власа вымотал все ее нервы. Хорошо, что вопросы организации и подготовки мероприятия легли на плечи нанятого агента и Алины Рудольфовны, в противном случае Радмила сошла бы с ума. Девушке хватало и того, что придется присутствовать рука об руку с Тихоновским. Сложно было спорить с Власом на тему ее присутствия. Странно, что такой видный мужчина настаивал на статусе Радмилы. Заявил, что прятаться по углам с собственной девушкой не станет.
— Имею право обнимать мою девушку, когда и где захочется, — таково было заявление Тихоновского непосредственно перед торжеством.
Ведь логично, если бы было наоборот. Если бы Тихоновский решил скрыть их связь. Но нет, он не оставил Филатовой выбора. И даже сам созвонился с ее отцом.
Единственное, на чем смогла настоять Рада — она днем к Власу, а уже оттуда они втроем поедут в ресторан. Радмиле были необходимы несколько часов уединения, даже целая ночь, чтобы собраться. И не только духом, мыслями, но и привести себя в порядок.
Утром Радмила собралась и поехала сначала в салон красоты, где заранее договорилась с мастером насчет прически и макияжа.
В полдень Филатова вызвала такси и села в машину.
— Привет! Надо же, какая встреча! — удивил ее знакомый голос.
Оказалось, что водитель — ее недавний знакомый, тот самый бариста из кофейни.
Фархад, да. Так звали парня.
— Привет! А ты уже в такси работаешь? — заулыбалась Радмила.
— Да, подрабатываю, — пожал плечами собеседник, — а ты пропала. Так и не перезвонила. А я ждал.
— Прости, — повинилась Радмила.
Ехать до дома Тихоновских было сравнительно недалеко, а за легкой болтовней на грани флирта время пролетело незаметно. Радмила смеялась в ответ на веселые шутки парня. А когда машина остановилась перед подъездом, Фархад и вовсе вышел из салона и придержал дверь для Рады.
— Очень был рад тебя встретить. Ты здесь живешь? — кивнул приятель.
Радмила замешкалась. Самое время произнести простую фразу, что здесь живет Влас — ее парень. Однако Филатова никак не могла этого сделать. Получилось лишь неопределенно пожать плечами.
— Так ты ответишь на звонок, если я наберу? — Фархад протягивал ей руку, помогая выбраться из салона.
— Маловероятно.
Радмила резко обернулась. И как она не заметила Власа, который стоял и курил в двух метрах