– Ты очнулась? Шикарно! Нам нельзя тут оставаться! Бежим! – на одном дыхании выпалив это, Лиза схватила меня за руку и побежала. – Да что с тобой такой? Ты вообще понимаешь, где мы?
Я огляделась, длинный коридор, какой-то мрачный. Странно для учебного заведения, в котором, кажется, я учусь. Краска на стенах потускла, окна с одной стороны завешены плотными портьерами, с другой наглухо закрытые двери, ни единой щелочки, даже замочные скважины на заглушках. Как здесь вообще можно учиться, а главное чему? И как надо было удариться головой, чтобы все забыть?
– А где мы? – спросила я. – А главное, кто я? – от последнего вопроса девушка поперхнулась, потом хмыкнула, отвернулась, и побежала снова. Я рванула за ней. Впереди оказалась лестница, Лиза не раздумывая, поскакала через ступеньку, мне оставалось только не отставать.
– Да где же ты, – причитала аспирантка и посматривала на ладонь, но в подвале было мало света и вообще не понятно, что она тут искала.
Вдруг в глубине слева загорелся свет и я, честно говоря, струхнула, но Лиза полетела к освещенному пяточку, как ночная бабочка на огонь. Приближаясь, я увидела, что часть кладки в стене была разобрана и за ней хорошо просматривается нижний уровень,
Лиза остановилась, увидела, что я рядом и тяжело вздохнула.
– Держи, не ходи за мной, вдруг что-то случится, – сказала она, вручая семь конвертов и семь табличек со странными символами. А после нырнула в дырку и побежала по коридору прочь. Где-то впереди перед ней зеленела под солнцем трава.
– Лис! – Я обернулась и увидела Вексина.
– Марк! – он посмотрел на меня удивленно. – Здесь Лиза! – я побежала к нему, понимая, что кричать бесполезно, а сказать, куда делась аспирантка нужно. Но почему-то он оказался дальше, чем мне думалось. – Стой!
Каждый шаг гулко отдавался в ушах, будто забирая у меня что-то важное. Я подбежала к парню, посмотрела на него, и не смогла вспомнить, кто он.
– Вам чем-то помочь? – спросил он, и этот вопрос поставил меня в тупик, лишь руки на автомате отдали одно письмо и ключ.
Парень пожал плечами и ушел, оставив меня наедине со своими мыслями. А я подумала, что надо вернуться и пойти ходом, в который ушла Лиза.
Вот только вместо дырки в стене я обнаружила рабочего и кирпичную кладку, а в коридоре стало еще мрачнее.
– Эй, ты что здесь делаешь? – мужчина оторвался от работы. – Иди-ка отсюда, пока никто не увидел, а то еще штраф выпишут.
– А что вы делаете?
– Заделываю дыры, чтобы такие как ты в беду не попали. Что вам тут, медом намазано? Лезете и лезете, – забурчал рабочий. – И не боитесь совсем ничего.
– А вам не страшно? – если честно меня этот подвал начал пугать до ужаса.
– Почему? Очень даже, но я сейчас доделаю и дальше пойду, у меня бригаду на следующий уровень перекинули. А ты беги отсюда. Темное место, нехорошое.
– Чем дальше, тем все непонятнее, ну вот, даже говорить сама с собой начала, – я торопливо поднималась на первый этаж. – Стадион! В ходе был виден кусок стадиона, это невероятно, но все же.
Сама не заметила, как ускорилась, и ноги вынесли меня на улицу, но кроме пожухлой травы и нескольких человек там ничего не было. Как так? Я ясно видела залитую солнцем зеленую площадку. А когда поравнялась с компанией, то один из парней схватил меня за руку.
– Алиса?
Я посмотрела на него, но, несмотря на охватившую меня радость, не могла понять, откуда его знаю. И это не на шутку испугало. Было что-то в этом неправильное. Незаметным движением я спрятала ключи в карман.
– Письма, я должна отдать письма, – конверты перекочевали в руки ребят.
– Это не всего, не все? Что ты скрываешь? – разозлился он, а остальные решили просто сбежать.
Впрочем, как и я.
И почему меня понесло в тот злосчастный подвальный ход? Может в последний момент мозг вспомнил про свежую кладку, стена толщиной в три кирпича может скрыть многое…
– Тебе некуда деться! – обрадовался парень, увидев меня стоящей спиной к стенке.
А я лишь радовалась от того, что успела спрятать часть ключей.
– Мне и не надо, есть еще ключ, – я благоразумно показала ему один. – Но даже я не знаю, как им пользоваться, куда уж тебе.
– Откуда тебе знать, чего я стою?
– Шутишь, мне о себе известно только имя, да и то, потому что ты его назвал, – Вдруг ноги подкосились и меня замутило. – Ой.
– Тебе плохо? – Парень кинулся ко мне, и успел поймать раньше, чем моя голова долетела до бетонного пола.
Глава 3
Сильные руки подхватили меня и сквозь тело, словно прошел разряд молнии, но ударившись в невидимую преграду, он растворился, будто ничего и не было. Вот только руки на автомате обвили шею парня, как если бы он был последним шансом выжить, хотя разумом я понимала, насколько это глупо. Но вместо того, чтобы отпрянуть, я прильнула к его груди и слушала мерный стук сердца.
– Слушай, мы неправильно начали, – раздался его голос в тишине. – Ты ведь Алиса? Меня зовут Саша, и я бы продолжил наше знакомство в более подходящем месте, – отвечать не хотелось.
Он же, видимо подумав, что мне совсем нехорошо, спокойно нес меня по мрачным коридорам, точно не испытывая никакого дискомфорта от моего веса. Я же, странно наслаждаясь этими объятиями незнакомца, из-под опущенных ресниц разглядывала стены.
Я помнила, что когда шла в сторону подвала окна были, за портьерами, пыльные, но были, так же как и двери, сейчас же мы шли мимо криво заколоченных дверных оконных и дверных проемов. В первых зияла темнота, во вторые через щели пробивались редкие лучи света. Но этого просто не могло быть, прошло же всего минут двадцать? От нереальности происходящего захотелось ущипнуть себя, и лишь нежелание раскрыть себя сдержало от ненужных движений.
– Скоро выйдем на свежий воздух, может там тебе станет лучше, – тихо сказал Саша, сильнее прижимая меня к себе, от чего стало сразу так уютно, что я чуть не упустила кое-что важное. На стене, почти у пола, шел рисунок, и он точно повторял символы, нарисованные на одном из ключей. Я проследила взглядом, вязь вела в сторону лестницы, а на ней стоял старец. Такими в детских книжках рисуют волшебников, в мантии, с длинной седой бородой и круглых очках.
– Молодые люди, может зайдете? – голос у него не смотря на возраст был бодрым, не скрипучим. – Мне кажется, Алисе нужно, как минимум, попить. Саша? – он знал наши имена и казался мне таким знакомым, а главное складывалось ощущение, что мы можем ему доверять. И, похоже, парень был со мной согласен.
– Да, пойдемте, – он бодро взбежал по ступенькам на второй этаж и занес меня в небольшие апартаменты. Они, в отличие, от всего остального здания были жилыми и уютными.
– Вода на кухне, принеси, – старик махнул рукой в сторону неприметной двери, Алекс кивнул и ушел.
Я вытащила ключи, но вместо табличек в руках оказались браслеты с крупными деревянными бусинами молочного цвета.
– Тьма, да что же происходит? – прошептала я, но старец услышал.
– Поделись своими сомнениями с Василием Андреевичем, и может он тебе что-то подскажет, – хитро прищурился мужчина.
– Василий? Василий Андреевич это вы? – кажется, я схожу с ума, но мне кажется, что его зовут не так.
– Именно, – улыбнулся он в ответ.
– Ключи изменились, – я раскрыла ладонь, в которой был браслет.
– Они просто подстроились под окружающую среду. Вдохни в них силу, и ты увидишь настоящее, думай, вспоминай, пройди рубеж.
– Вдохнуть в них силу? Но как это сделать? Что вспомнить? Какой рубеж? – я внимательно посмотрела на бусины, а когда поняла, что мне не отвечают на вопросы, подняла глаза. И никого не обнаружила. Старец исчез.
Саша вернулся с бутылкой воды и даже не вспомнил про Василия Андреевича.
– Давай, пей и пошли отсюда скорее, пока нас никто не увидел, что-то мне подсказывает, это может кончиться плачевно. Для нас.
Я не стала у него ничего спрашивать, была уверена, что бесполезно, сейчас мы ничего не выясним, нужно где-нибудь укрыться и хорошенько подумать.
Вместо калитки и ворот нас ждала дырка в заборе, а когда я обернулась, то поежилась, черными провалами окон на меня смотрело старое заброшенное здание.
Глава 4
Профессор Грей мчался по коридору, почти снося на своем пути зазевавшихся студентов, впрочем дверь в кабинет к ректору он тоже практически не заметил.
– Ректор! Майк!
– Профессор, вам бы не стоило пренебрегать физической культурой, мне кажется, вы сдаете, – улыбнулся Маккой. – Так что с вашим сыном? Вроде время прохода «рубежника» еще не наступило.
– И не наступит, я потерял сына, – ненаследный барон тяжело опустился на стул.
– В каком смысле, Грей?
– Что-то пошло не так, они не в нашей иллюзии.
– Да с чего вы взяли? – вышел из себя ректор.
– Видите? Камень в медальоне, он должен быть белым, если он белый, то с сыном все хорошо, если он покраснеет, то Майк ранен, если же он черный… – барон подсунул желтую монету испещренную символами с кристаллом в центре ректору почти под нос.
– Я все понял, но камень не черный, он просто, прозрачный? Что это значит?
– Я не знаю, Майк сам сделал «индикатор состояний», сам зачаровал, сам назвал, хотя, если честно, название так себе.
– Не стоит паниковать раньше времени, сейчас я вызову Элизабет, – он попытался позвонить, но приятный женский голос сказал ему, что владелец ответить не может. – Вот вроде ответственная девушка, самая лучшая из аспиранток, а постоянно забывает кристалл на визоре подзарядить. Пойдем, проверим «комнату рубежника».
Мужчины торопливо спустились в подвал, профессор Грей без всяких сомнений распахнул дверь, понимая, что может нарушить вековую традицию, ведь никто и никогда не прерывал экзамен. Возможно, его ждет дисциплинарная комиссия, но страх за сына был сильнее боязни остаться без работы или титула. И то, что он увидел, лишь убедило его в собственной правоте.
– Ректор, где дети? Где студенты? Её высочество? И… и мой сын? – барон посмотрел на своего начальника и побелел, проследив за его взглядом. Они оба уставились на разбитый кристалл.