Но в обычные дни, я сначала разбирался с самыми опасными, потом теми, кто старался забиться в уголок мира, и не трогал лишь тех, кто пробирался на территорию одной из банд. Либо мутант подчищал и уменьшал численность бандитов, либо они приходили ко мне, и такие мутанты превращались в выгодную сделку. Где, как, кто и с кем сотрудничает и воюет я узнал благодаря Профессору, а познакомился благодаря Владимиру. Так преступный мир узнал о том, кто может избавить их от мутанта, убивающего людей направо и налево.
И вот как раз недавно пара моих старых знакомых обратились за помощью, но приглядевшись к их добыче и предложению, я решил попросить о помощи. Да, новый мир преподносит и такие подарки. Тех, кто может помочь.
Подъехав к дому Владимира, я увидел Пола, сидящего на крыльце в легкой куртке. Черт… Этот парень ненавидит меня только за факт существования. Хотя нет, я, конечно, знаю почему еще, но это абсурд. И надеюсь, ему это кто-то объяснит за меня.
– Ты тоже за котятами? – приветственно помахав, спросил он, пряча телефон, как только я заглушил мотор.
Котятами? Да ни в жизнь.
Видимо дьяволица Владимира где-то удачно погуляла, а Дракончик не дала ему утопить котят, как он делал обычно.
– Нет.
Если он сидит тут, значит ее дома еще нет. Но на улице так шпарит солнце…
Подкатив мотоцикл поближе к дому, я дважды убедился, что забрал от него ключи, и оставил шлем. Стоило один единственный раз оставить мотоцикл с ключами на пол минуты, как его угнали. С того для я всегда дважды проверял ключи.
– Пошли.
– Сирены еще нет…
– Я догадался, – стараясь не звучать раздраженно ответил я, доставая ключи от ее дома.
Лицо Пол старался держать и молчал, хотя вопросы были написаны на лбу и на красной бандане. Пожалуйста, давай без этого…
Открыв дверь, я не стал проходить сразу и сначала разулся, оставив обувь в лотке рядом. Но Пол не понял, что стоит повторить.
– Разуйся, – бросил я, проходя вглубь и беря на ходу недочитанную книгу, лежащую ровно там, где ее оставил.
– Зачем…?
– Сирена просит так делать, – пожал плечами я.
Недовольство на лице Пола не ускользнуло от меня. Будто это я выдумал, святая Природа… Надеюсь Сирена скоро вернется.
– На их родине так делают, – добавил я, чтобы сбавить возросший градус скептицизма в воздухе.
– Но раньше ни у Дона, ни у Сирены мы так не делали, – возразил Пол.
– Как хочешь, – махнул рукой я.
Я занял кушетку, на которой Сирена с утра оставила и одеяло, и подушку, словно сразу проснувшись убежала в школу, а вероятно так и было. Сложив их сбоку в более аккуратном виде, я краем глаза наблюдал за Полом. Он мог либо сесть в кресло-мешок и смотреть снизу вверх на все происходящее, либо на кухне, то есть почти на другом конце квартиры. Стол Сирена не стала превращать в рабочую зону и сделала из него импровизированный склад. Тут в целом стало уютнее. Она расставила забранные из дома фотографии, притащила с лестничной площадки себе комод, на котором покоились учебники и недопитый кофе с утра. Кактус, отчаянно боровшийся за жизнь, возвышался на подоконнике. По-моему, его отдала Рашель…
Но Пол остался стоять. Ладно, только молчи.
Открыв книгу, которую посоветовал мне Дон, я постарался сосредоточиться исключительно на ней. Это было до ужаса сложная книга, и большую часть времени я сидел с переводчиком, пытаясь понять корявый перевод забора слов на желтой бумаге. Дон же невозмутимо, со скоростью света, начинал скандировать такие текста демонстрируя звучание слов.
– Откуда у тебя ключи?
– Украл, – с ухмылкой бросил я, не поднимая взгляда.
Постояв еще немного Пол, наконец выдал, выпрямляя спину и скрещивая руки на груди:
– Что между вами происходит?
– Попробуй спросить у той, кого ты четыре раза позвал на свидание, и она согласилась один раз для вида и быстро оттуда сбежала. И постарайся звучать не так жалко.
Мне показалось, что он прямо сейчас попытается мне врезать, но он сдержался.
Будет неудобно объяснять Сирене, почему у Пола сломана челюсть. Или вырван весь пирсинг. За тот месяц, что она была в космосе этот парень стал ненавидеть меня сильнее возможного и это начинало порядком раздражать.
– Я знаю Сирену очень давно, и я уверен, что она выберет…
– Не заканчивай эту фразу, – предупредил я, поднимая взгляд. – Ибо если ты решил, что это какое-то гребаное соревнование по завоеванию Сирены, то советую выйти отсюда и не показываться мне на глаза.
– Это не соревнование, – фыркнул Пол. – Я лишь…
– Сирена – не трофей, – оборвав его очередную гениальную мысль, сказал я. – Она живой человек, который сам выбирает свое будущие и тех, кого хочет там видеть. И ни я, и ни уж тем более ты, не имеем никакого права на это влиять. Не после того, как ты годами был слеп к тому, что твоя девушка терроризирует твою подругу из ревности. И, кстати, она же и подстроила вам свидание с Сиреной, когда взломала ваши телефоны с помощью Дона. Тебе ведь даже в голову не приходило задуматься, что и почему происходит, и как ты к этому причастен? С чего вообще началась дружба Сирены и Трисс?
– Что? Трисс это подстроила? Зачем? Они с Доном… Они ведь знают пароли от наших аккаунтов… – с ужасом вселенского осознания пробормотал Пол. – Откуда ты все это знаешь?!
– Иногда смотрю по сторонам.
Кажется, это было лишним… Черт… Сирена меня точно убьёт. Но его выражение лица того стоило.
Хотя она все никак не придумает как ему помягче отказать… Может мне повезет, и она смилуется…
Наконец-то я расслышал приближающие, едва различимые шаги Сирены.
Дверь открылась, и Сирена, бросив ключи в чашу из прихожей сказала:
– Привет, Лохматый! О, Пол? Ты уже тут?
«Что у вас тут происходит?» – уточнила Сирена.
«По мнению Пола очень серьезная дискуссия.»
«А по-твоему?»
«Я не знаю, как тут оказался.»
Сирена хмыкнула, появляясь в поле зрения в ярко зеленом топе и черных джинсах, и оставила рюкзак на полу, сказав:
– Пол Меру, сбрось свои грязные ботинки, если хочешь топтаться по моему полу. То, что моя мать мечтала влиться в менталитет, не значит, что в своем доме я буду это терпеть.
Я ухмыльнулся, не поднимая глаз.
«Мог бы ему и сказать.»
«А я и сказал, но он не послушал.»
Я почувствовал на себе изучающий взгляд, но потом он исчез.
– Так, секунду, я сейчас их принесу.
И с этими словами она исчезла. На несколько минут установилась прекрасная тишина, нарушаемая возней Пола с обувью.
– Хорошо, Владимир Игнатьевич, – на ходу ответила Сирена, идя с пищащей коробкой в руках. – Так, выбирай.
Пол с интересом заглянули в коробку и выбрал черного и рыжего котят, которые испуганно запищали, оказавшись вне тепла. Там осталось еще двое котят, и Сирена унесла коробку прочь. Не знаю, как ей удалось убедить Владимира еще и держать их у себя под боком, но это было невероятно. Пол не прощаясь вышел следом, не удостоив меня взглядом и шумно хлопнул дверью на выходе.
– Итак, – Сирена плюхнулась рядом. – Ты хочешь рассказать, что тут произошло и почему у Пола было лицо как у побитого щенка?
– Вопрос скорее в том, хочешь ли знать и ты, и какова вероятность того, что кто-то пострадает?
Она изучающе сощурилась и махнула рукой:
– Ладно, Дон все равно сейчас узнает. Но время рассказать свою версию еще есть. И… Боги, где ты взял эту книгу?
– Есть тут поблизости один чудесный шкаф…
Сирена придвинулась, склоняясь у меня над плечом, чтобы заглянуть в текст.
– Ты еще скажи, что ты это понимаешь. Это даже я не всегда могу понять.
«Интересно почему…» – с издевкой подумал я.
Ловким движением она выхватила книгу, тут же оказываясь на пути к шкафу.
– Там же еще и куча сносок на французском, – читая текст продолжила Сирена, поднимая брови.
– Дон сказал, что книга достойная.
– Нашел кого слушать, – Сирена захлопнула книгу, останавливаясь в лужице солнечного света. – Для Дона учебник по ядерной физике – легкая книга на вечер. Спросил бы у меня, я бы предложила те же книги, что давала, когда мы только познакомились, но на русском. По крайней мере ты бы знал о чем речь.
На солнце ее волосы, как и россыпь веснушек, стали совсем медными, а глаза засветились новыми оттенками изумрудного.
– Что за «Игнатьевич»? Это титул?
– Отчество, – ответила Сирена, кладя книгу на изначальное место и беря другую. – У нас есть уважительная форма обращения к кому-то состоящая из твоего имени и имени, образованного от отца.
– Это жуть как странно. И что прямо у всех?
– Конечно, – кивнула Сирена. – Допустим, я Сирена Серафимовна. Дон – Трейсович, хотя никто в жизни не пытался его так называть. А ты… Получается Мильтиадович.
– Отвратительно, – представив как кто-либо ко мне однажды бы так обратился, сказал я.
– Да, радуйся, что тебе не приходилось с этим никогда жить. Но… Я уверена ты хотел предложить что-то интереснее, чем лекцию про заморочки с другого конца мира.
– На мясокомбинате тут недалеко завелся мутант. И на него есть предложение. И не одно.
– Это поэтому Владимир ворчал, что будет ужинать в одиночестве? Рассказывай.
Сирена подошла ближе, не скрывая любопытства.
– Бронск, где находится наш мутант делят между собой группа русских и якудза. Сам комбинат нейтральная территория и, по сути, никто из них не может присвоить мутанта себе, а избавиться хотят оба.
– И оба предложили сделку?
– Русские хотят встретиться сегодня, но, уверен они предложат то же самое.
– Но мутант всего один…
– На мясокомбинате есть станки для разделки туш, – улыбнувшись уголками губ напомнил я.
– Грязная работенка будет, – хмыкнула Сирена. – Думаешь они купятся на «он споткнулся и упал на пилу»?
– Им главное, чтобы мутант был мертв. А деньги поделим пополам.
– И много дают?
– Достаточно, чтобы перестать быть телохранителем и вышибалой Владимира. Ну так?