– У него нет имени. По крайней мере в народе.
– А официально? – хитро улыбнулась я.
– Рен.
Я усмехнулась, глядя исподлобья.
– Всех своих созданий Рен называет своим именем. Она его ненавидит и хочет, чтобы другие страдали вместе с ней.
– Хорошо хоть у вас свои имена, – хмыкнула я.
– У тех, кто родился до войны – да, – меланхолично ответил Трусишка.
Надо будет спросить у Рениша на кой черт он ее так назвал…
Лифт мягко остановился и створки с тихим шипением разъехались. Я выставила оружие вперед, проверяя нет ли по углам охраны, но здесь было совершенно пусто. Корабль сильно тряхнуло и даже моргнул свет. Похоже моя армия знатно повреждала этот корабль.
– Поспешим, – я кивнула в сторону главной двери в коридоре.
Трусишка легко меня обогнал, открывая первую дверь. За ней словно ветви дерева разлетались коридоры, но мой проводник уверенно подошел к одной из дверей слева и повел меня дальше.
За каждым новым проходом открывалась куча других. Черное пространство освещалась голубоватым светом, отражающимся в глянцевом полу. Без Трусишки я бы давно бы потерялась. Двери повсюду были одинаковыми, немного мутными, чтобы понять, что внутри, было невозможно.
– Здесь, – выдохнул Трусишка, указывая на одну из дверей после пятнадцати минут бега по коридорам, которые то расходились, то соединялись, словно кротовая нора. – Дальше я не смогу пойти, иначе они доложат.
– Настрой портал, – я протянула ему поднятую пирамидку. – Отсюда в ангар.
– Умно, – кивнул он и начал крутить его, словно кубик Рубика. – Значит тут наши пути расходятся…
Я кивнула, принимая портал назад.
– Молись, чтобы остальное прошло по плану и меня не выкинуло в открытый космос, – угрожающе подняв палец, я холодно улыбнулась.
– Проблемы с доверием? – усмехнулся он.
– Только с врагами.
– До встречи, Ангел.
– Не советую ее ждать, – усмехнулась я, заходя в лабораторию с оружием наготове.
Ко мне одновременно обернулось четверо ученых. Круглая лаборатория была освещена ярким прожектором, по центру на пьедестале была закреплена с переливающимся, словно живым металлом, а вокруг несколько сенсоров и приборов. На стенах были экраны, отображающие состояния вещества и некоторые записи.
– День добрый, – шутливо поклонившись, я угрожающе подняла пистолет. – Надеюсь представляться мне не нужно… Живо в один ряд у стенки.
– М-Ма’рахакаера Ангел? Как ты… – вперед вышел один из ученых.
Я выстрелила несколько раз в одно место на груди, и подскочила ближе, добивая Асазрефом.
– Сюда попала? – склонившись над умирающим нуксом закончила я, расправляя крылья. – А вам повторять надо?!
Ученые поспешно ретировались к стене и замерли, боязливо переплетая щупальца.
Запрыгнув на стол, я грубым ударом глефы разбила крепление и схватила капсулу с наночастицами, выглядящими точь-в-точь как на картинках.
Бросив на пол портал, я поспешно скрылась в нем, закрывая проход изнутри и прижимая к себе колбу, размером с арбуз, бегом бросилась в ангар. Порталы этих нуксов отличались от наших. В них не было звезд, лишь пустой коридор, которому даже секунду уделить было жалко. И, пробежав его насквозь, я выбралась в ангар.
Меня тут же порядком тряхнуло от взрыва. Повсюду все пылало, обломки хаотично валялись вокруг, а ворота были распахнуты. Хорошо хоть гравитация еще работала.
Найдя глазами стоящий невдалеке истребитель, я побежала к нему, но мне в спину полетели выстрелы. Один обжог ногу, а второй лизнул плечо у самого основания шеи. Споткнувшись, я нырнула за ближайший обломок, зажимая рану на плече, шипя от боли. Твою ж мать. Откуда?
Осторожно выглянув, я увидела лишь большой корабль, перевозивший грузы и оснащенный бластерами на крыльях, которые теперь взбесившись, поливали все вокруг. Высчитав их цикличность, я проскочила в промежуток за другой обломок, и едва не споткнулась о тело нукса. Тут и там валялись запчасти и нуксы вне роботов. Похоже бой тут уже был окончен и переместился дальше.
Корабли на парковке стояли с открытыми трапами и красть такие было проще, чем отобрать конфетку у ребенка. Но промежуток, отделявший меня от корабля, все еще был слишком большим, а ногу я за собой уже едва волочила.
Давай. Ты с переломанными костями проползла через тайгу, когда сбежала из плена. И боль бывала и хуже. Просто иди вперед. Это лишь царапины.
Хромая и почти не наступая на раненую ногу и чувствуя, как сквозь пальцы течет кровь, я упорно продолжала ползти вперед. Только вперед. Остановишься – умрешь. Тебе никто не поможет. Тебя уже бросили.
Докажи, как они были неправы.
Корабль медленно приближался и вскарабкавшись по трапу, я всем весом навалилась на рычаг и закрыла его. Бросив наночастицы на кресло второго пилота, я не глядя начала заводить корабль.
Топлива лишь пол бака…
– Так… – я закрыла глаза, опираясь на панель управления, вспоминая, где наши ближайшие базы. Большинство координат я запомнила наизусть. – Прорвемся.
Ближайшей, до которой мне хватит топлива без остатка, будет крохотная база в леднике. Но у них радиомолчание. Они собьют меня на подходе. Придется садиться черти где и идти по леднику без снаряжения.
Выбора нет.
Сев в кресло, не заботясь о ремнях безопасности, я подняла птичку в воздух, разгоняясь прямо не выходя из ангара. Брюхо цапнуло обломок, и по корпусу пробежал огонь, горящего и без атмосферы топлива, но все же мне удалось выскочить в покореженный выход, двери которого разорвали бомбой.
Я не оборачивалась. Не смотрела, преследуют ли меня. Лишь разогналась до максимума и запустила прыжок, и как только картинка за стеклом стала размазанной и абсолютно беззвёздной, позволила себе расслабиться. Теперь им меня не поймать. Я сбежала…
Сняв форму, я разорвала серый тюремный костюм на лоскуты и замотала раны потуже. Пускай будет холоднее, но я хоть не умру от потери крови.
И только потом, я наконец взяла колбу с наночастицами. Жидкий бликующий металл перетекал как ему хотелось, принимая разнообразные формы, и словно жил своей жизнью.
Моя жизнь была равна этой колбе. Даже меньше. Они вознесли меня на самый верх, чтобы выбросить как кусок мусора. Как приманку. Первое самостоятельное задание и то, ловушка. Неужели Ренишу настолько плевать? Плевать на все эти смерти? На то, что я сделала для него? Сколько планет сейчас стоят перед ним на коленях благодаря мне? Он поступил со мной так, словно у него в подвале еще сотня таких и меня легко заменить.
И несмотря на это я была заменой. Заменой его легендарному Эледре. Ублюдку, который их бросил и сбежал. Но я не сбегала. Никогда. Всегда шла в бой, каким бы безнадежным он ни был и всегда возвращалась назад. Бегом, ползком, на коленях, но возвращалась. Не сбежала даже сейчас. Принесла ему эти гребаные частицы на блюдечке с голубой каемочкой. Неужели ему этого мало? Что мне еще нужно сделать, чтобы стать лучше их первого успеха? Чтобы ко мне перестали относиться как к обычному расходному материалу? Чтобы Герд перестал видеть во мне ошибки прошлого, чтобы Чак перестал искать в нас одни черты вплоть до игры на музыкальных инструментах, чтобы Рениш перестал игнорировать и превращать в игрушку, которую можно бить об стену, пока она не сломается.
Меня считали одной из самых важных персон нашей империи, а на деле я была лишь питомцем, от которого так легко избавиться, не чувствуя угрызений совести.
Корабль затрясло и мне пришлось отвлечься от размышлений, заставляющих чип закипать и доставлять мне еще больше боли. И почему я терплю ее будто абсолютно всю заслужила. Будто каждый шрам мог отображать ошибки неизвестного прошлого, которое я не могла исправить…
Планета показалась впереди, словно маленький снежок.
– База, это Ма’рахакаера Ангел. Повторяю. Это Ма’рахакаера Ангел. Код 504-08-39. Не стрелять. Повторяю. Не стрелять. Я приземлюсь в трех с половиной километрах от базы на поляне. Требуется помощь. Повторяю. Требуется помощь.
Поставив сообщение на повтор, и надеясь, что меня, быть может, и услышат, я продолжила снижение.
Атмосфера была не слишком плотной, поэтому при посадке не трясло. Но в районе, где я приземлилась, шёл буран, и толком ничего не было видно.
Я не дойду по такой погоде.
Но выбора нет.
Индикатор о нехватке топлива начал мигать еще на подлетах к планете, а закончилось оно в нескольких метрах над землей и мое поврежденное корыто рухнуло с грохотом вниз.
Полетели искры, и я едва различала, где вверх, где низ. Боль от удара отдалась во всем теле, накатив как волна.
Ладно, чтоб тебя. Пошли, пока оно еще и не взорвалось.
Отвязав наночастицы, я поискала глазами что-то, чем можно укрыться от ветра, но корабль был пуст. Кнопка открытия трапа заискрила, стоило к ней прикоснуться, а трап просто отвалился. Закутавшись в крылья, я сверила с Нео направление и похромала туда.
Колючий ветер и снег быстро вытянули все тепло и теперь лишь жалили, врезаясь на большой скорости. Жмурясь и прижимая уши, я шла вперед через сугробы, вскоре перестав ощущать кончики пальцев. Колба с наночастицами словно кусок льда тоже совершенно не помогала, лишь мешая идти.
Только вперед. Я выживу. Всегда выживала.
Как бы ни было больно и холодно.
Я считала шаги, прикидывая сколько прошла. Счет помогал не отвлекаться. Я старалась занять голову мыслями, напевала себе мотивы, услышанные от солдат, но с каждым шагом это становилось все сложнее. Перестав в достаточной мере чувствовать ноги, я споткнулась и упала на колени.
И не смогла заставить себя встать.
– Н-нео? – дрожащими губами прошептала я.
– Полтора километра налево. Вы сбились с пути.
Сбилась с пути. Эта мысль меня позабивала. А когда я вообще шла правильно? В какой момент той или этой жизни я свернула не туда? Как мне вернуться? Как найти силы идти дальше?
– З-знаешь… Я так устала.
Так устала от крови и войны. Казалось порой, что мне никогда от нее не отмыться. Она въедалась в кожу оставляла метки. Убийца, предатель, палач, диктатор… Их было так много, что перечислять было невероятно долго. Казалось, это никогда не закончится.