Мне так понравилось это ощущение тогда, что я не остановилась и продолжила желать счастья. А кто будет относиться серьезно к маленькой девочке? Подбежала, что-то пролепетала, счастливо улыбнулась. Ее похвалили за пожелания, а она лишь проводила взглядом.
А вот когда стали соединяться пары, которые в принципе не могли быть вместе, стали разбираться. Опытные эльфы заподозрили неладное на четвертом браке. Они призвали молодоженов и стали прицельно допрашивать. Вот так выяснили, что кроха, которая едва умела говорить, что-то им там, пришепетывая, пожелала, а у них же самые настоящие чувства и любовь! Пары за свое счастье стояли горой!
Кроху опознали быстро. Это была я.
Надо же, что в четырнадцатом колене вылезла во мне особенность нимфы любви!
Папа со мной провел беседу, постарался объяснить все особенности. Но для крохи это было не понятно. Главное — папа сердится, и желать эльфам любви и счастья нельзя. Я тогда в своей комнате плакала долго, сейчас понимаю, что пару часов, а тогда мнилось, что прошла вся маленькая и насыщенная жизнь. Ведь мне казалось, что это важно, и у меня все это получалось. А тут папа, такой сильный и очень любимый запретил.
Несмотря на то, что я перестала встречным парочкам желать любви, слух разлетелся по Северной долине света обо мне. Дети показывали на меня пальцем — я ревела. А потом ко мне потянулся поток из эльфов, желающих получить благословение от нимфы любви. Но я хорошо помнила запрет отца, так что только качала головой, отказывая всем.
Не сразу, постепенно, от меня отстали. Ровесники лишь изредка, только чтобы поддеть, вспоминали прозвище «нимфа любви». Именно поэтому я постаралась улететь, как можно дальше от дома, зарыться в книги, чтобы об этом не вспоминали. И вот он шанс — Лантирэль. Я видела, что его чувства искренние. Я не привораживала его, он сам проявил ко мне внимание, причем основанное непросто на подростковом азарте, а именно созревшее в процессе общения. И я ему ничего такого не желала, механизмы вселенной не перестраивала, чтобы привлечь его внимание. Лантирэль мне нравился и волновал мое сердце, хотелось быть с ним и быть любимой. Ведь сегодняшнюю ночь я должна была проводить в его объятиях, а не на балконе с директором.
Но эта жуткая ситуация с приворотом спутала все, что только можно. Перестала контролировать себя, поддалась злости, и все, что я так старательно запихивала внутрь, потому что очень послушная дочь и люблю своего отца, вылезло наружу.
Ой, мрак! Лучше мне провалиться в пещеры к темным эльфам, чем встречаться с папой.
Сама история с нимфой и эльфом из моего рода произошла настолько давно, что это было лишь как предание старины глубокой. Об этом иногда рассказывали и пугали — вот не будешь слушаться, учится, магичить — выбирайте любой вариант — тогда проявятся в тебе способности нимфы любви, причем грозили как девочкам, так и мальчикам. А я была самая послушная и любящая, обожала познавать новое и именно меня наследственность наградила такой особенностью. Может быть, если ты родилась нимфой, то желать любовь это нормально, но ведь я-то эльфийка! Мне это от природы не свойственно. В общем, когда выросла, поняла — далекий дедушка подложил мне огромную подлянку, влюбившись в нимфу. Теперь приходится все время следить за собой, чтобы случайно, вот как сейчас директору, не перестроить судьбу. И еще все время присматриваться к парням — а вдруг они попали под мое воздействие и не сами меня любят, а лишь идут за моим пожеланием.
Теперь, стоя на балконе у перил, обвитых эландриями, сердито ковыряла ножкой, понимая, что нормальная жизнь в Академии закончилась, ведь директор знает о моей особенности. Точнее, это я только сегодня об этом узнала, а он за мной с первого дня наблюдал. Это он специально ночью пролетал мимо, чтобы проконтролировать — сплю я или на Академию любовь насылаю? В этом месте рассуждений я разозлилась.
— А вам не пора? А то еще будут говорить, что теперь я вас приворожила, — произнесла, вложив в свой голос столько сарказма, сколько могла.
— Ты сейчас и приворожила, — весело отозвался на мои слова эльф директор.
— Вы не путайте, — замотала головой, — я пожелала вам, что вы будете любить лишь ту, что вы приворожите, но это было уже после сегодняшнего урока. Так что я тут совершенно не причем! — очень громко высказала последние слова, с ужасом понимая, как мне повезло.
Ведь вполне могла сначала пожелать ему любви, а уже потом приворожится к темному эльфу! Мрак! Вот тогда был бы точно мрак!
— Значит, мое сердце в полной безопасности, — весело рассмеялся эльф директор, — Никого привораживать я не собираюсь.
Мне даже на душе легче стало. Раз он так легко к этому отнесся, то меня наказывать за использование способностей нимфы не будут. Вот тогда я решила попытать своего счастья. Захлопав невинно ресничками и сделав самое умоляющее выражение лица, от такого даже мой папа обычно устоять не мог, я подошла ближе к эльфу директору.
— А может быть, вы сами снимите ваш приворот? — и еще один взмах ресничками и взгляд такой проникающий снизу вверх с мольбой.
— Нет уж! — рассмеялся в полный голос темный эльф, спугнув соловья в ветвях деревьях, — Учиться нужно самой, так что ничего снимать я не буду.
Вот что значит темный! Не проняло, а жаль.
— Лиапраа, ложись спать и чтобы сегодня больше никаких пожеланий! — он шутливо погрозил мне пальцем.
Потом эльф директор легко выпорхнул с балкона и полетел дальше на облет вверенной ему Академии. А ведь студенты были уверены, что никому об их пирушках и каверзах не известно. А оказывается… ух ты! Эльф директор стал невидимым! Вот он был темным силуэтом на фоне звездного неба и вдруг будто растворился. Я хлопала глазами и даже не знала восхищаться или страшиться такой особенности эльфа директора?
— Даже не поцеловались, — прозвучал под балконом разочарованный шепот.
Быстро перегнулась и увидела две жмущиеся фигурки: Диана и Таира. Вот сплетницы! Неужели всю ночь караулили? Так захотелось им чего-нибудь пожелать, прямо руки зачесались, но вспомнился темный эльф, потом строгий папа и, скрипя зубами, вернулась к себе в комнату, где витал аромат эландрий.
Глава 5. Мудрые слова и почти их понимание
Каблучки весело стучали по гранитным плиткам дорожки, ведущей в учебный корпус. На себе ловила заинтересованные взгляды, что было не удивительно, учитывая присутствие Дианы и Таиры под моим балконом сегодня ночью. Однако я шла с гордо поднятой головой, потому что себя мне упрекнуть было не в чем.
Два первых урока прошли в перешептываниях за моей спиной. Диана и Таира что-то активно рассказывали, учителя делали им замечания, и все равно, две главные сплетницы были на гребне сенсации. Прислушиваться и как-то реагировать не хотелось. Лучшая позиция с моей стороны к их досужим сплетням — простое игнорирование. Ко мне подходить с расспросами не стали, из чего сделала вывод, что не так уж и много могли поведать сплетницы.
На третьей переменке меня обхватили мужские руки и прижали к себе.
— А ты сегодня звезда всех сплетен, — мягко прошептал Лан мне ухо.
— И не говори, — со вздохом отозвалась ему, — Я соскучилась, — обернулась к своему эльфу лицом и заглянула в глаза.
— Я тоже, — мило улыбнулся он в ответ.
Лан наклонился и легко дотронулся губами моих губ. Вокруг зашелестел говорок. Мы посмотрели в глаза друг другу и улыбнулись, прекрасно понимая, что сейчас дали пищу для следующих пересудов. Кажется, мне нужно привыкать, в ближайшее время я буду основным блюдом в обсуждениях.
— Я все утро провел в библиотеке, — хитринка появилась во взгляде парня.
— И? — спросила, растягивая, с долей надежды не только на ответ, но и на результат.
— И все нашел! — ответил довольный эльф.
Выдохнула с облегчением. Как же мне повезло с парнем! Он не стал ревновать, устраивать сцен и даже не сбежал, узнав о моем привороте. А наоборот, проникся всей серьезностью и вместо уроков отправился в библиотеку, чтобы найти отворот. Я его обожаю! О чем собственно и сообщила, повиснув на шее Лана. Новый всплеск говорка уже меня не заботил.
По дороге в библиотеку мы не шли, а летели. Наше с ним отношение к произошедшему было одинаковое. Оба относились к этому, как очередному, пусть трудному, но заданию. И что с того, что в конце недели меня может ожидать…. Ну, в общем, другой вид снимания приворота. Оба мы были даже рады, что задание общее, и мы можем это вместе сделать.
Проигнорировав зов купидончика, в золотой рожок призывающего учащихся на следующий урок, мы, держа друг друга за руки, летели над территорией Академии. Маршрут был привычен настолько, что мы даже не смотрели вперед, а только в глаза друг другу. Вот тогда, под светом солнца я заметила, что Лан осунулся, хотя улыбался мне по-прежнему обаятельно. «Неужели переживал из-за меня?» — подумалось и, в тот же миг, в сердце разлилась теплота и признательность к парню. Я же очень боялась, что на утро, узнав все подробности условий, выдвинутых директором, мой светлый эльф передумает общаться со мной. А оказалось, он просидел в библиотеке, пропустив уроки, чтобы помочь мне.
Территория Академии была большая. Все сводилось к тому, что эльфы народ свободолюбивый и летать привыкшие, потому корпуса находились в обширном парке с тысячелетними деревьями. На их ветвях еще наши предки зубрили заклинания и формулы. Теперь их давно нет в живых, а мы летаем, учимся или прогуливаем уроки, закатывая ночные пирушки. Кажется, ничто так не вечно под светом серебряного солнца, как наша Академия.
Корпус библиотеки почти был не виден, скрытый разросшейся растительностью. О плетущихся цветах и лианах даже не говорю. Их поросли часто свешивались внутрь, норовя прикрепиться к столам и стульям, дабы заполнить новую территорию. Но тут библиотекарь Заланис был всегда начеку — магия, отправляла росток на улицу, добавляя сил, позволяя расти еще быстрее, но при этом прикрепляя к стене здания. Еще большой проблемой были корни деревьев, что стремились проникнуть в фундамент библиотеки. И там помогала эльфийская магия. На втором году обучения специально спу