– Планы изменились, – пожал плечами Мещеряков. – Всяко бывает…
– А мы работаем плохо, – поморщился босс «Доброй пираньи». – Постоянно опаздываем. Замечаешь? Из раза в раз опережают. Даже не пойму, что у нас происходит.
– Майкл, мы же не спецслужбы! – чуть обиделся Гарик. – У нас нет поисковых вертолетов и десятка экипажей слежения за каждой машиной Яреса. И невидимыми мы тоже не можем стать. Все время играем вторым номером, потому что Ярес действует, а мы – наблюдаем!
– Ладно, не кипятись! – миролюбиво сказал Шигин. – К тебе нет претензий. Просто… Просто влезли в игру, где много всего надо. Слишком сложную игру. Вот и злюсь, что не тянем. Как дилетанты… Не хватает ни людей, не ресурсов.
– Зато мы точно установили, куда увезли пленника, – улыбнулся Мещеряков. Он развернул на коленях карту Московской области, нашел нужную дорогу, провел по ней пальцем, до съезда. – Сюда! Вот тут, неподалеку от дачного поселка – дом, в который доставили Позднякова. Так что не все потеряно, теперь мы их достали! Знаем, где Ярес и где беглец.
– Молодцы, – похвалил Майкл. – Они не заметили слежки?
– Думаю, нет, – быстро отозвался Мещеряков. – Мы свернули работу на других направлениях, успели подтянуть сюда пять машин. Вели Яреса профессионально, постоянно меняя экипажи. Нет, они не должны были понять, что позади «хвост».
– Наблюдателей оставил? – на всякий случай спросил директор охранной фирмы, хотя был уверен в профессионализме помощника.
– Две машины по разные стороны особняка, на дорогах, – кивнул Мещеряков. – Там, кстати, еще есть дома, подальше. Вроде как поселок с земельными участками. Народ живет. Так что машины на грунтовке – нормально, подозрений не вызовут. Три двойки наблюдателей вокруг дома, следят за окнами и выходами. В особняке и на прилегающей территории – порядка десяти людей Яреса.
– Поехали! – приказал Шигин. – Поехали туда!
Водитель повернул ключ зажигания, двигатель мягко заурчал, легкая дрожь пробежала по салону. Машина выбралась на проспект, несколько раз сманеврировала, переходя из ряда в ряд.
– Почему не убили Позднякова? – задумчиво спросил Шигин. – Загадка…
Он понимал, что Мещеряков не знает ответа.
– Во всяком случае, это нам на руку, – отозвался заместитель. – Если б убили – наша партия уже закончилась бы. Проиграли, и все тут. А так – остается шанс побороться за успех. Хотя, я по-прежнему не понимаю: на фиг эта космическая возня вокруг Туриста? Чего в нем такого особенного?
– Это и есть самое интересное, – усмехнулся Майкл. – Поверь чутью: если из-за Позднякова Ярес делал смелые рискованные ходы, значит, парень того стоил. Наше дело – докопаться до всех деталей и мелочей.
– Разберемся, – сказал Мещеряков. – Теперь точно разберемся. Надо только к месту событий подтащить оборудование для прослушки. Поставим направленные микрофоны возле окон, все узнаем. Может, еще штуковины для снятия информации с компьютеров?
– Обязательно! – Майкл хлопнул ладонью по спинке кресла. – Обязательно, Гарик! О чем речь?!
– Я дам команду, чтоб все взяли со склада или срочно купили, а потом – туда, резвыми скачками, – Мещеряков вытащил мобильный телефон из кармана.
– Да, и еще! – Шигин потер переносицу. – Собери народ! Чтоб все были на базе, в нашем спортзале. С оружием по нулевому варианту.
Гарик открыл рот от удивления, опустил «трубу».
– Чего тут непонятного?! – разозлился Шигин. – Собери людей! Без пукалок, с полной выкладкой! Чтоб ждали команды на выдвижение! Сколько от нашего офиса до особняка, где держат пленника?
– Ну… – Гарик помедлил. – Ночью минут сорок, дороги пустые. Днем – как повезет. Может, полтора часа. А если мертвая пробка – сам понимаешь.
– Ладно, – вздохнул директор охранной фирмы. – Короче, собери всех, и пусть ждут сигнала. Передай: я объявил что-то вроде военного положения, общей мобилизации. На время отменяются бабы, выпивка и отдых. Домой никто не уходит. Все недовольные могут получить расчет.
– Понял! – Мещеряков вновь взялся за мобильник, готовясь передать команду.
Машина свернула с проспекта, выскочила на трассу, выводившую из города. Прибавила скорости.
В комнате, в которую притащили Сергея Позднякова, были каменные стены, железная дверь и толстая витая решетка на окне.
– Не иначе, бежать собрался, – ухмыльнулся один из бандитов, – слышь, Ярес! На окна смотрит, на дверь…
– Пусть смотрит, – пренебрежительно отмахнулся главарь. – Что ему делать-то? Только смотреть. Бросайте на койку, зовите Доктора!
Пленника грубо толкнули в спину, Сергей не удержался на ногах, повалился вперед. На счастье, успел сгруппироваться, не ударился головой о стену, хотя упал на бок, и все равно стало больно, где-то под ребрами. Поздняков не издал ни звука. Теперь пленник точно знал: это – Ярес. Нужно было еще раз всмотреться в черты врага, запомнить все, каждую мелочь. Если получится выжить – у него большой счет к этому ублюдку…
Ножные кандалы и цепь не сняли, руки оставались вывернутыми за спину. Даже теперь, когда Поздняков находился в помещении с решеткой на окне и стальной дверью, под охраной пяти громил, бандиты опасались побега…
– Слыхал анекдот про киску? – вдруг спросил Сергея Ярес.
Поздняков обратил на него взгляд, полный ненависти.
– Старый анекдот, – ухмыльнулся бандит. – Алкаш ведро самогона нагнал. А жена – дабы не пил чертову бурдень – дохлую кошку туда бросила. Внутрь. Ушла по делам счастливая, радостная. Думала: «Теперь мужик пить не сможет, выльет». Возвращается: он возле кастрюли сидит, бухой. Кошку отжимает: «Ну, Мурка! Ну, кисонька! Ну, еще капельку!»
Сергей продолжал молча смотреть на лидера бандитов.
– И мы тебя отожмем, – недобро оскалился Ярес, – как ту Мурку. Отожмем, приговаривая: ну киска, ну еще капельку! Понял?! Как начнем – вот и будешь глазенками зыркать. Все, отбегался! Говорят, кровь твоя нынче дорого стоит. Так что выжмем досуха. Готовься, Турист. На легкую смерть не надейся, счет у меня к тебе. За мертвых корешков.
– Это у меня к тебе счет! – не выдержал Поздняков.
Лицо его нервно дернулось.
– За бабу, что ли? – усмехнулся бандит. – Баба толковая, работу знает… Сам пробовал.
Поздняков рванулся вперед, к Яресу. Ударить, хотя бы головой! Его сбили подсечкой. Справиться с человеком, у которого скованы руки и ноги, – секундное дело.
В коридоре послышались торопливые шаги.
– Ну, где он? – На пороге комнаты-камеры возник человек в белом халате, с небольшим железным чемоданчиком.
Увидел пленника и расплылся в улыбке. Ткнул себя пальцем в переносицу, поправляя съехавшие очки. «Вербинский!» – понял Сергей.
– Стол на середину вытащите, – потребовал «врач», нервно поглаживая бородку.
Двое бандитов тут же выполнили приказ, и пленнику стало ясно, что, несмотря на то что Ярес главный, в некоторых вопросах Вербинский старше по рангу. Имеет право командовать всеми, в том числе и бойцами из «службы безопасности».
– Так, хорошо! – Вербинский снова ткнул себя пальцем в переносицу. Кажется, сильно нервничал. – Теперь снимаем наручники. Только с запястий! Ноги оставляем, с ними позже. Значит, руки освобождаем, и на стол его. Мне нужна левая вена.
Он отошел в сторону. Пристроил металлический чемоданчик на стуле, открыл его. Сергея дернули вперед, приподняли, и он сумел разглядеть – там, кроме перчаток, находились одноразовый шприц и несколько ампул.
– Сволочь! Гад! Фашист! – Сергей все понял, заорал, не сдерживаясь. – Ты не доктор! Ты – дерьмо! Дерьмо!!! Твое место – в аду!
– Ну и дела, – Олег Борисович выпрямился, посмотрел на пленника, которого ударили под дых, схватили за подбородок и волосы, не позволяя орать и дергаться. – Опять недовольные… Кругом одно и то же. Что за время?
Между прочим, дружок, ты еще не околел лишь потому, что интересен мне. Так что скажи спасибо, если б не мое профессиональное любопытство – убили бы. Прямо там, на стоянке, где нашли. Тихо отправили на небеса, и не прыгал бы здесь, брызжа слюной.
Но мне ведь нужно проверить: что с твоей иммунной системой? В твой организм попал мой уникальный катализатор, но не потому, что его тебе ввели уколом, а передавшись через кровь. Такое в мои планы не входило, но – коли случилось – надо довести опыт до конца. Проверить штамм, которым обрабатывали «кровного брата». Знаешь его? Верно, и не подозреваешь, что у тебя был кровный брат… Его кололи точно таким же «коктейлем» вирусов…
С пленника сняли наручники, но дернуться не позволили. В запястья вцепились два амбала. Третий держал сзади, за шею и волосы.
– Так, давайте образец на стол! – распорядился Вербинский, набрав полный шприц.
Сергей вдруг оказался в воздухе: его подняли, подтащили к центру комнаты, под лампы. Бросили спиной на деревянный квадрат. Один из бандитов навалился на скованные ноги, не давая поднять их. Двое других, растянув руки пленника в стороны, крепко ухватили Позднякова за запястья. Прежде чем дернули назад голову, Сергей увидел Вербинского со шприцем. Тот аккуратно приближался к «кролику», сжимая смертельно опасное жало в правой руке.
Да! К «кролику»!!! В памяти вспыхнули страницы дневника Владлена Завацкого.
Завацкий не соврал. Было не просто страшно – было ощущение медленно подползающей на кончике тоненькой блестящей трубки смерти. Сергей видел ее, мог кричать, напрягать все мускулы, мог даже умолять о пощаде. Смерть оставалась глухой. Она подошла вплотную, постояла, словно ждала: не сойдет ли человек с ума? Не сошел. И Смерть, потоптавшись рядом с распростертым на куске дерева телом, больно ужалила в руку, медленно расползлась по венам.
Позднякова отпустили. Он приподнялся, слегка шатаясь. Сумасшедшими глазами уставился на левую руку. Там возле локтевого сгиба виднелся след от укола – темный длинный росчерк. Из-за того, что пленник дергался, игла вошла неровно, расцарапала кожу, порвала сосуд. Из фиолетовой черточки сочилась кровь, но никто и не думал прикладывать вату к ранке, предлагать согнуть руку в локте. Зачем? Это мелочь по сравнению с…