– Очередной отпуск? Разве мой брат не учится в Магакадемии?
– Нет. Ты его с кем-то путаешь. Возможно, с неким Эвертом Диксоном. Вот он точно оттуда. А я, мастер Джонсон, – всего лишь скромный младший клерк в торговой компании.
И самозванец так убедительно и бесхитростно развел руками, что, если бы я не знала, кто он, тут же купилась бы.
– Так. Подожди, – я изо всех сил пыталась не дать себя запутать. – Ты же говорил, что в Спрингтоне у тебя есть знакомые. Как ты объяснишь им свой визит под чужим именем?
– Милая сестрица, ты опять ошибаешься, – покачал головой Диксон. – Знакомые в Спрингтоне есть только у Эрика Джонсона, твоего брата, если ты снова запамятовала.
– Так ты что, и раньше ездил сюда под чужой фамилией? – наконец дошло до меня.
– И сейчас нам это очень на руку, не так ли? – парировал этот авантюрист.
– Но Эверт!
– Эрик! Тренируйся!
– Ладно, Эрик. Но к чему это притворство? Ради хороших дел не прикрываются чужим именем.
Молодой маг пару мгновений смотрел на меня, затем отложил в сторону свою газету и произнес:
– Не подозревай меня ни в чем опасном, ужасном или угрожающем лично тебе. Не волнуйся.
Пришлось принять этот ответ. В конце концов, мало ли какие у моего «братца» личные дела. Главное, чтобы бед не натворил. И я снова стала смотреть в окно, изучая проносящиеся мимо пейзажи. А они, пока я спала, заметно изменились.
Сама местность стала ровнее. Все больше стало попадаться рощиц, лесов вдалеке. Вокруг домов было много деревьев. Наверное, весной и летом здесь все утопает в зелени. Да и сами домики отличались от мрачных столичных построек, даже от светлых южных, среди которых я выросла. Первый этаж здесь строили из камня, реже – из кирпича, а вот выше в ход шло дерево: деревянные стены, украшенные причудливой резьбой, ставни и коньки крыш, забавные фигурки на балках. Простенькие сельские одноэтажные домики были собраны из деревянных бревнышек, как игрушечные избушки из спичек.
– Скоро приедем, – возвестил мой сообщник, когда паровик начал притормаживать у очередной станции. – Пойду-ка освежусь немного.
И с этими словами покинул купе.
Я случайно скользнула по нему взглядом. Увиденное заставило посмотреть на «мастера Джонсона» уже пристальнее. Волосы он аккуратно зачесал набок, жилет застегнул на все пуговицы, воротник и манжеты расправил. Всего две-три детали, но теперь он и правда похож на «младшего клерка в торговой компании». Особенно с этой услужливой улыбкой.
– Будем считать, что я польщен.
– Эрик, ты слишком хорошо о себе думаешь, – не осталась я в долгу.
Этот нахал только подмигнул мне в ответ.
– Дорогая сестра, ты же помнишь, как должны себя вести набожные девы.
Насмешливо глядя на него, я поднесла сложенные лодочкой ладони ко лбу, а затем опустила их вниз и, скрестив руки, прижала к сердцу: это был божественный знак Источника, которым осеняли себя верующие.
Источники магии, в которые мы верим, существовали с давних пор: это места, где магическая энергия выходит на поверхность. Вокруг них строились крупные города, где и селились сильные маги. Они благоговели перед Источниками, и вскоре те обрели божественный статус. Обычные жители, не наделенные магией, долго поклонялись своим святыням. Со временем верования слились в одно, и появилось учение об Источнике, наделяющем магов силой, а простых людей – иными, земными благами: здоровьем, долголетием. А еще Источник карает за зло, предательство и нечистые помыслы.
Представляли Источник в виде единого бесплотного духа, который, впрочем, может принимать любое обличие, в том числе и человеческое. Почти всегда в храмах Источника устанавливались две статуи: одна символизировала мага, другая – простого человека. Причем кто-то из них должен быть мужчиной, а кто-то женщиной. Поэтому в храмах можно было видеть разные варианты: пожилой маг и юная селянка, молодая женщина-маг и могучийец кузнец с молотом, мамаша в чепце и подросток-маг, по возрасту годящийся ей в сыновья. Прихожане постоянно спорили, какой из этих образов ближе к истине. Иногда в дискуссии вступали даже служители.
Обо всем этом я размышляла, когда мы выходили из паровика на станции Спрингтон. Не могу сказать точно, что именно я рассчитывала увидеть – скорее всего, величественный храм и толпы молельщиков, – но ожидания мои совершенно не оправдались. На фоне сумеречного неба белое воздушное здание с красными, зелеными и синими резными узорами. Оно было похоже на фарфоровую статуэтку или маленький дворец из сказки. Клумбы под большими стеклянными колпаками радовали глаз совершенно не зимней пышностью роз и ирисов. Да, магии жизни здесь явно не пожалели.
Сам город оказался очень живым, современным и энергичным. По крайней мере, магикаров на улицах оказалось неожиданно много. Один из них Эверт проворно нанял для нас прежде, чем я успела как следует осмотреться.
– В гостиницу «Три праведника», пожалуйста.
Извозчик, как мне показалось, одобрительно ухмыльнулся в усы, и мы поехали.
Я с любопытством разглядывала улочки, пестрящие вывесками. В лавках шла оживленная торговля. То тут, то там сновали небольшие разношерстные группы людей – скорее всего, туристы. Спрингтон куда больше походил на уменьшенную и более уютную копию центра Лиденбурга, чем на степенный Далвертон.
– Странно, здесь никакого намека на Обитель, – решила я поделиться с Эвертом своими наблюдениями.
– Просто мы пока в новой части города, – охотно пояснил тот. – Сама Обитель и большая часть старого города находятся на острове. Вот там все более строго, скучно и благостно. В общем, тебе должно понравиться, дорогая сестра.
Я мстительно толкнула его локтем в бок. Раз назвался братом, пусть принимает сестринскую ласку.
– Злюка, – проворчал «братец», – а еще притворяется святошей.
– Сие есть кара за злословие, Источником осуждаемое, – поучительно изрекла я и снова вернулась к созерцанию городских пейзажей, успев заметить удивленно вскинутую бровь своего собеседника.
Когда мы подъехали к гостинице, уже совсем стемнело, но вывески и фонари светились так ярко, что сумрак отступал. Мы явно оказались в старинном районе города. Дома здесь плотно прижимались друг к другу. Правда, довольно часто вереница домов прерывалась широкими арками – входами во внутренние скверики, где виднелись скамейки, огоньки фонарей и белые силуэты статуй. Возница наш, все так же добродушно улыбаясь, помог нам выгрузить вещи и на прощание пробасил:
– Передавайте привет Марисе. Я к ней завтра обязательно загляну вечерком.
Гостиница «Три праведника» оказалась трех-этажным зданием, его верхние этажи были выкрашены в светло-фиалковый цвет. Нижний этаж цвета молочного шоколада с окнами в тон мог похвастаться массивной деревянной дверью и широкой вывеской, на которой темными буквами «под старину» было выведено название заведения. У входа в коричневых бочках росли молодые туи.
Большой зал был отделан панелями светлого дерева. Вдоль стен стояли кресла и пуфы с приглушенно-малиновой и изумрудной бархатной обивкой и небольшие столики с журналами и вазами с букетами цветов. Большая стеклянная перегородка отделяла входной зал от обеденного. Массивная стойка пустовала. Эверт прошел к ней и три раза нажал на блестящую металлическую кнопку вызова персонала. Раздался громкий мелодичный перезвон, и через несколько мгновений послышался приближающийся стук каблучков. Со стороны обеденного зала к нам шла дама – высокая, очень стройная. Короткие рыжие волосы по последней моде были уложены мягкими волнами. Шелковый наряд насыщенно-зеленого цвета – узкий приталенный пиджак и широкие брюки – подчеркивал фигуру. Длинные кроваво-красные нити бус в тон помаде ясно давали понять, что дама дерзка, смела и экстравагантна. На вид ей было около пятидесяти. Но, думаю, никому бы не пришло в голову назвать ее пожилой. Походка ее была энергичной, а осанке могла позавидовать любая молодая аристократка.
– Добрый вечер, – произнесла-пропела она низким грудным голосом и вдруг издала торжествующий вопль. – Эрик! – она зеленым вихрем пронеслась по залу и рывком заключила Диксона в объятия. – Мальчик мой! Какими судьбами! – за пару мгновений она взъерошила ему волосы, потрепала по щеке и снова обняла еще крепче. – Источник услышал мои мольбы!
«Младшего клерка» явно не сбило с толку подобное приветствие. Напротив, он явно был рад этой встрече.
– Ты не представляешь, какая тоска здесь по вечерам. Совершенно не с кем поговорить по душам, – последние слова она лукаво растянула. И Диксон рассмеялся. Так искренне и задорно, что даже завидно стало.
– Я не ждала тебя раньше лета. Ты надолго к нам?
– Недели на две-три точно. Пришлось брать отпуск в такое вот неподходящее время. Все сладкие деньки расхватали племянники начальства, – развел руками «Эрик».
– О, дорогой, не представляешь, как я этому рада. – Тут дама повернулась ко мне и с неподдельным любопытством спросила:
– Кто эта очаровательная девушка с тобой?
– Моя сестра Марта, заканчивает в этом году школу, – отрекомендовал меня Диксон. – Марта, это Мариса Шепард, хозяйка «Трех праведников» и главная звезда Спрингтона.
– Фу, какая грубая лесть, – отмахнулась та, довольно хохоча. А затем погрозила мне пальцем: – Только никаких «мэм Шепард», милая, договорились? Для тебя я Мариса, и никак иначе, – и она сердечно приобняла меня за плечи.
– Пойдемте же наверх. Для вас приготовлю самые лучшие комнаты из тех, что остались. Энгус! Энгус! – громко крикнула она. – Где демоны носят этого обжору?
Через некоторое время к нам вышел огромный пожилой мужчина в сюртуке.
– Отнеси вещи наших гостей в триста вторую и триста третью, – распоряжалась Мариса. – И скажи Джойс и Нане, чтобы все приготовили. Давай, шевелись! – и обратилась к нам: – Пойдемте, дорогие, покажу ваши номера, а затем будем ужинать. Робби как раз приготовил индюшку в клюквенном соусе. И грибной суп-пюре. Марта, милая, ты обязательно должна это попробовать. Рецепт супа мне достался от моей свекрови. Вот уж была хозяйка, даруй Источник ее душе покой! За него один из министров предлагал ей целое состояние. Отказала наотрез. Сказала: «Душой не торгую, а для хороших людей сама приготовлю».