Оценить нынешний уровень профессионализма румынских «рыцарей плаща и кинжала» сложно. Хотя в период с 1924 по 1990 год в Советском Союзе уважительно относились к ее сотрудникам. Достаточно сказать, что в 30-е годы прошлого века в СССР румынская разведка рассматривалась в одном ряду с польской Дефензивой, французской «Сюрте Женераль» и британской «Интеллидженс Сервис» в качестве главного противника. В. Маяковский даже посвятил их шпионским проискам главу поэмы «Октябрь». А в «Военной тайне» А. Гайдара сестра одного из главных героев страдала в застенках румынской спецслужбы. Кроме того, в НКВД румын подозревали не только в подрывной деятельности, но и в поддержке троцкистов — в «Правде» от 21 июля 1937 года в статье «Шпионский интернационал» утверждалось: «Выполняя задание обер-шпиона Троцкого, Гелертер с ведома румынской разведки («Сигуранца») широко развернул работу своей группы (Партия унитарных социалистов). Эта троцкистско-шпионская шайка всячески срывает создание единого фронта в Румынии, единство профсоюзов, распространяет клевету против СССР, выдаёт «Сигуранце» коммунистов». Неизвестно, какое на самом деле отношение имели троцкисты к деятельности «Сигуранцы», но коммунистов в Румынии действительно расстреливали пачками.
После окончания Второй мировой войны по странному стечению обстоятельств спецслужбы социалистической Румынии помогали советской разведке в основном в самых скандальных делах. В том числе в финансировании Карлоса Шакала и боевиков Я. Арафата [604]. При этом в отличие от болгарских спецслужб Румыния в годы «холодной войны» не скомпрометировала себя участием в «грязных» мероприятиях. Это косвенно свидетельствует о высоком уровне профессионализма чекистов из Бухареста.
Хотя были успехи и в сфере агентурной разведки. Достаточно сказать, что в период «холодной войны» «самая мощная разведсеть Румынии базировалась во Франции. Для коммунистов Франция представляла наиглавнейший интерес из-за культурной политики, влияния, роли в международных отношениях, уровня технологии, особенно в области ядерных исследований и микроэлектроники. Есть другие причины, тесно увязанные с культурными отношениями между двумя этими странами. Бухарест называли маленьким Парижем, многие румыны говорили по-французски, румынская община Парижа многочисленна, влиятельна, обладает высоким интеллектуальным уровнем…» — так утверждал генерал И. Пачепа, который до своего бегства в США в 1977 году был вторым человеком в румынской контрразведке [605]. Об успехах во Франции сотрудников Департамента внешней информации МВД Румынии (внешняя разведка) подробно рассказано в книге Т. Вольтона «КГБ во Франции».
Поэтому сообщение о том, что в марте 2003 года посол Ирака в Румынии М. Хамид был отозван Багдадом после того, как, по словам дипломата, один из офицеров румынских спецслужб попытался завербовать его во время приема в МИД Румынии, трудно назвать сенсацией, как и высылку пятерых иракских сотрудников дипмиссии [606]. Интересны лишь детали операции по вербовке. Например, что именно предложили иракцу в обмен на предательство — деньги, возможность покинуть родину или это был грубый шантаж. Об этом скорее всего мы никогда не узнаем.
Возможно, этот инцидент так бы и остался незамеченным, если бы через два месяца не последовало официальное заявление правительства Румынии. В нем, в частности, говорилось о том, что спецслужбы предотвратили теракты, которые намеревались осуществить против объектов Израиля и стран Запада граждане Ирака. О раскрытии и предотвращении нападений на израильские, европейские и американские объекты отрапортовали сотрудники румынской разведки [607].
И это не единственная акция в сфере противодействия международному терроризму. Так, 70 человек, подозреваемых в связях с террористическими организациями, высланы из Румынии за период с января по сентябрь 2001 года. Спецслужбы страны передали в сентябре 2001 года в МВД новые списки лиц, в отношении которых «рекомендованы» аналогичные меры.
Сотрудники правоохранительных органов в сотрудничестве с коллегами из других стран активно проводили расследование возможной связи подозреваемых с подготовкой терактов 11 сентября 2001 года в США, включая деловые контакты иностранных граждан с румынскими предпринимателями. В частности, проверялась версия о переводе финансовых средств на счета террористических организаций. При этом румынские спецслужбы установили конкретные факты совместной противоправной деятельности местных дельцов и зарубежных «инвесторов». Сети по отмыванию денег простираются от маленького бутика до крупных коммерческих фирм с участием иностранного капитала. Глава Румынской службы информации Р. Тимофте тогда признал, что через территорию страны транзитом перевозились «компоненты химического и бактериологического оружия». По его утверждению, ситуация тем не менее «находилась под контролем» [608].
В ноябре 2001 года на этот раз уже Служба внешней информации сообщила о том, что бизнесмен ливанского происхождения М. Хамуд открыл на территории страны совместное предприятие (торговля косметическими средствами), цель которого — финансирование организации «Хизбаллах». Весь период (с 1992 по 1995 год) торговой деятельности на территории Румынии он находился под негласным наблюдением местных спецслужб. Любопытно, что с января 1997 года по январь 2001 года Хамуд занимал должность почетного консула Ливана в Молдавии. Практически одновременно президент Молдавии В. Воронин лишил его молдавского гражданства, не объяснив при этом причин, по которым это было сделано, а затем глава молдавской разведки В. Пасат рекомендовал парламенту страны принять решение о выдворении Хамуда за пределы страны. Правда, дальнейшего продолжения процесс борьбы румынских спецслужб против мирового терроризма пока не получил [609].
Несмотря на определенные «успехи» в сфере борьбы с международным терроризмом, есть темы, о которых Бухарест предпочитает не вспоминать. Например, о ядерной программе, которую не контролирует правительство.
Осенью 2001 года журналисты одной из местных газет провели собственное расследование деятельности столичного предприятия «Титан Экипаменте Нукляре» («ТЭН»).
В Румынии еще во времена Н. Чаушеску пытались осуществить амбициозную программу по строительству сети атомных электростанций. В целях ее реализации румынский лидер распорядился в 1985 году образовать предприятие по производству оборудования для АЭС.
Почти за месяц до террористических актов 11 сентября 2001 года в местной печати появилась информация со ссылкой на источники из иностранных спецслужб о том, что Румыния в 1989 году была готова в технологическом смысле к производству атомной бомбы. Якобы у Чаушеску существовал план работы над ядерным оружием до конца 2000 года. Он обязал в 1985 году своих ученых изучить возможность производства такого рода оружия массового уничтожения. В том же году появился завод «ТЭН», начавший поставлять оборудование для АЭС в Чернаводэ. Затем появилось предприятие по производству тяжелой воды в местности Халынга и институт — химический комбинат для ядерного топлива в городе Питешти, производственная мощность которого составляла 585 тонн. Позднее в Питешти создали оборудование, способное получать килограмм плутония в год.
После 1990 года крупный комплекс промышленных предприятий «ТЭН» раскололся на несколько объединений. Пять из них во время приватизации приобрела Международная группа «Яред» (Yared), принадлежавшая ливанско-египетскому бизнесмену. Мажоритарный пакет акций предприятия «ТЭН» перешел в арабские руки в августе 2000 года. В отличие от других промышленных объединений покупка этого стратегически важного румынского предприятия осуществлялась при посредничестве одной из ливанских фирм. Главный офис фирмы числится в Бейруте, но поиски его оказались безуспешными. Журналисты выяснили, что бейрутская фирма не зарегистрирована в Коммерческом регистре, Торгово-промышленной палате и Ассоциации ливанских коммерсантов.
Арабские хозяева румынского предприятия по производству оборудования для АЭС отказались давать какую-либо информацию о своей деятельности. Из управления АЭС в Чернаводэ журналистам сообщили, что предприятие «ТЭН» продолжает работать. В частности, на румынскую АЭС оно поставляет оборудование для непосредственного процесса работы с радиоактивным топливом. По международным нормам это оборудование вынесено на третье место в списке стратегической ядерной продукции, имеющей гражданское и военное применение, и требует обязательного контроля над экспортом.
Румынские репортеры разузнали, что предприятие периодически направляет свою продукцию на экспорт [610]. Затем были теракты 11 сентября 2001 года. Затем внимание всех СМИ переключилось на бен Ладена и о «ТЭН» все забыли.
Из страны «высылают» не только иракских дипломатов и потенциальных террористов, но и официальных представителей стран-соседей. Например, 13 марта 2002 года МИД Румынии объявил персоной нон грата советника-посланника Молдавии в Бухаресте Я. Поповича и предложил ему покинуть территорию страны в течение 10 дней. Об этом вечером сообщил глава дипведомства Бухареста М. Джоане после встречи с послом Молдавии, которому была вручена соответствующая вербальная нота.
Причина такого поступка легко объяснима. В тот же день, но утром, молдавские власти потребовали отзыва военного атташе Румынии в Кишиневе, что расценивается в Бухаресте как «недружественный, неоправданный и контрпродуктивный шаг».