– Само существование сферы кажется дикостью, ведь в толще Мертвого моря не может прорасти ни одна магия. Это делает его идеальным тайником. Но Медведи, веками накапливающие сокровища в своих берлогах, знают, как их нужно защищать. Один из их предков не был сожжен, как велят наши традиции. Часть его костей поместили в сокровищнице, а другую распределили между тайниками вне стен медвежьего дома. Как вы знаете, кости умершего мага в древности использовали в качестве амулетов для членов его семьи. Но есть то, о чем раньше не знала даже я: останки одного человека связаны между собой, и эта связь не ослабевает на большом расстоянии. Охранники, которым поручено следить за сокровищницей, подпитывают магией не только иллюзию купола, но и спрятанные там кости. Магия с одной части останков передается на другие кости, где бы они ни находились. Кость Медведя, которая создает сферу вокруг свитка, зарыта в толщу земли, а потому магия находит к ней путь по дну Мертвого моря.
Принцесса, перебирая складки платья, продолжила.
– В хрониках королевской стражи, к которой мне любезно предоставили доступ, не единожды упоминаются попытки Драконов ограбить тайник Медведей, – сказала Айя, и ее слова встретили потрясенным молчанием. – Последний случай, только подумайте, произошел всего сорок пять лет назад! И человека, который намеревался ограбить Медведей, поймали не в их поместье, а на берегу Мертвого моря. Этот человек все еще живет в твоем доме, Мейсон.
Глубина позади принцессы хрипло откашлялся, прочищая горло. Если так и дальше пойдет, ему не нужно будет стараться – Айя сама выроет себе яму. И сейчас, похоже, она одна не заметила, как перешла черту.
– Драконий защитник уже был здесь, – как ни в чем не бывало продолжила принцесса. – Но, как мы знаем, свиток все еще в сфере. Объяснение одно: из-за кости, с помощью которой создали сферу, проникнуть внутрь может только хозяин. Медведь. Я не зря попросила тебя присоединиться к нам сегодня. – Дочь короля повернулась к Антее. Видя, как позеленела девочка от открывшейся перспективы, Айя поспешила ее успокоить:
– Ты не будешь нырять, не подумай! С Нависом поплывет Долор. Мне нужна только капля твоей крови как ключ для моего охранника.
Антея так сильно обхватила руками колени, что костяшки ее пальцев побелели. Айе стало жалко ребенка и немного стыдно за то, что она постоянно забывала о ее юном возрасте.
– Почему не поплывешь ты? – внезапно спросил Мейсон, и вопрос молнией расчертил небеса над их головами. Наблюдая, как округляются глаза принцессы, драконий сын мысленно похвалил себя за внимательность. Пусть языкастая девчонка сначала и сбила его с толку, но не настолько, чтобы он мог не заметить очевидного.
Айя не сразу нашлась что сказать. Выдавать пусть не врагу, но сопернику все сложности своих отношений с Глубиной она не собиралась. Сама до конца не понимала, почему накануне он вызвался плыть вместо нее. Аргументы охранника были безупречны: Тео не раз спускался на дно реки во время практики в семинарии, тогда как Айя панически боялась нырнуть и на пару метров вглубь. Она едва умела плавать, и Тео хорошо это знал.
– Кхм, – в горле принцессы отчего-то запершило, – я не умею плавать. Да и обещала тебе расплатиться за услуги Нависа сегодня.
Мейсон расплылся в недоброй улыбке.
«Пусть думает, что хочет, – решила Айя. – Сейчас главное – достать свиток».
– Навис должен плыть как можно быстрее. В воде связь Долора со стихией воздуха будет утеряна. Все его силы уйдут на то, чтобы противостоять давлению воды, и следующий вздох он сможет сделать только в сфере. Объясни это Навису, Мейсон, – с нажимом добавила Айя, понижая голос. – Жизнь моего охранника напрямую зависит от следующего вздоха. В сфере.
Принцесса, поубавив настойчивости, продолжила:
– Навис не должен касаться ее. Иначе твой дракон не вернется.
– А если ты ошибаешься и на дне моря нет никакой сферы? – вкрадчиво спросил Мейсон.
Антея наклонилась чуть ближе, чтобы расслышать упавший до шепота голос наследницы Орлов:
– Когда ошибусь, тогда и подумаем.
Тихий писк, и на тонком лезвии ножа осталась капля алой крови Медведицы. Айя, перебарывая девичью натуру, не зажмурилась, глядя, как эта капля исчезает на языке ее охранника. Антея опустила ладонь на порез, и он вмиг затянулся, словно раны и не было.
Тихий всплеск. Погружение. Свет остался за спиной, а перед глазами Долора открыла просторы глубина. Ее край терялся в темноте. Стоит ли говорить, сколь потрясающе он себя чувствовал? Будто жизнь намеренно привела его к Мертвому морю, готовясь открыть сокрытые в пучине тайны. Погрузила Глубину в бездну, доступную только рыбам.
«Я готов стать рыбой».
Драконий защитник хорошо внял наставлениям хозяина. Навис не собирался долго ждать – едва там, на поверхности, легкие мага наполнились воздухом, он утянул Долора за собой, обвив длинным хвостом руки. Стоило отдать защитнику должное – дракон использовал выделенные ему секунды по максимуму, прекрасно осознавая, что жизнь человека зависит его умений.
Айя не знала и о трети опасностей, которые поджидали ее охранника в толще воды. С каждым метром вглубь давление увеличивалось, сжимая Тео со всех сторон. Но он был готов. Годы тренировок давали свои плоды – Долор знал, как заставить остатки воздуха в легких сопротивляться давлению, как замедлять сердце, тем самым отсрочив удушение. Учителя в семинарии словно ведали, что их подопечным рано или поздно придется остаться наедине с водой, имея в союзниках только тело, достаточно сильное, чтобы не проиграть.
Тео наклонил голову как можно ниже, пытаясь уменьшить давление на глаза. В ушах гудело, а под веками плясали черные круги. Защитник плыл вниз, извиваясь длинным телом, и Долору казалось, что свет больше не пробивается сквозь толщу воды. Айя как-то сказала, что именно в таких глубинах похоронено его сердце.
«Не так уж тут и холодно».
Спуск затягивался. Мерная нить мага, которой он пользовался при учебных погружениях, будь она под рукой, наверняка уже приблизилась бы к крайней отметке.
«Как я еще жив? Почему могу думать?»
Вопросы оставались без ответа, а Навис утягивал его все глубже. Тео хватало сил, чтобы прикинуть, сколько пространства забрало себе Мертвое море: в его глубинах могли утонуть замки, соборы, целые города и равнины. Не покоренная магами земля пряталась не только за горизонтом, но и здесь, и это вызывало тревогу. Хотя источником этой тревоги вполне мог быть и исчезающий воздух в легких.
Навису было тяжело. Вдруг на голову Тео обрушился столб воды – дракон прижал свои крылья к телу, не в силах больше оберегать человека от этого потока. Защитник сдавил руки Долора до посинения, чтобы не выпустить, и ускорился, насколько это вообще было возможно.
Тео полагался только на свое осязание. Чувство восторга и эйфории нахлынуло на него внезапно, отвлекая от жжения в легких. Знакомая боль, похожая на ту, что полыхнула на щеке от недавней пощечины – подарок принцессы.
Айя. Опять Айя. Айя. Айя. На ней кольцом замыкаются мысли Тео. Ее имя бежит по его венам вместе с кровью. На пороге смерти ему стоит думать о жизни, но разум неумолимо возвращается к ней.
«Из-за нее я рискую своим существованием. Не ради нее.Против нее. Возможности лично накинуть удавку на ее шею я без раздумий посвятил прошедшие годы. И на дне моря она не дает мне покоя, словно цепь между нами тянется даже сюда. Только бы освободиться! Этой ненависти давно пора сгинуть, утонуть – что угодно. А когда все закончится, я наконец пойму, что делать с оставшейся жизнью. Если сохраню ее».
Навис резко потянул его за руки, и Глубина приоткрыл глаза. Слабый мутный свет разбавил мертвую пучину, и, будь он проклят, в его ушах гудела… музыка? Одна нота, чистая, словно утренняя роса, набирала мощь с каждым мигом. Свечение нарастало, и Тео почувствовал, как Навис ослабляет хватку. Сердце забилось быстрее, и мужчина на полном ходу врезался бы в яркий шар, будь он твердым, но защитная магия прошла сквозь него, пропуская гостя с медвежьей кровью. Глубина оказался прямо напротив свитка. В легкие ворвался воздух, и несколько сладких секунд Тео вновь учился дышать маленькими глоточками, перебарывая желание втянуть воздух до отказа легких. По телу прошла дрожь, и в груди подозрительно резануло, но боль вскоре ушла, эхом отдаваясь в ослабших руках. Опухшими глазами Тео попытался рассмотреть место, куда он попал.
Ноги охранника утопали в иле – глядя вниз, Долор сделал несколько шагов вперед, пока не уперся в округлую кость, выглядывающую из песка.
«Центр сферы», – подумал он. Охранник поднял голову вверх, к свитку. Причина, по которой там, на поверхности, собралось столько людей, парила над ним на расстоянии вытянутой руки. Узкий скрученный лист без единого пятна. Даже на темной ленте, что перевязывала сокровище, не было и пылинки, словно свиток поместили в сферу меньше часа назад. Как и на кость, зарытую в песке, на скрученный пергамент уже сотни лет не действовали ни время, ни течение.
Тео протянул к нему руку, но остановился. Сомнение? Неужели сомнение? Редкий для него гость.
Глубина не мог узнать себя. Путь на дно моря все же выбил его из колеи, и он позволил себе отвлечься во время задания. Сомнение не утихало. Тео все четче понимал нереальность происходящего: он находится в сфере, где-то между миром магов и неизведанными водами Мертвого моря. Волнение разрасталось. Что не так? Что тревожит? Мужчина заворочал головой, пытаясь рассмотреть хоть что-то, что развеяло бы его опасения, объяснило бы, где корень беспокойства.
В глухой пучине над его головой не было и намека на поверхность. Тео оказался прав: сфера находилась глубже, чем его самое долгое погружение. Но он здесь. Каким-то чудом его не сжало до толщины листа. Страж моргнул, затем еще раз, а после краем глаза уловил силуэт Нависа за сферой. И на миг его сердце остановило свой ход.