Сури молча ждала, когда Арион подаст голос. Чтобы убедиться – это не сон.
Фрэя пыталась что-то произнести. Она извиняющимся жестом указала на свое горло.
– Что с ней? – в страхе спросила Сури.
– Ничего особенного, – буркнула Падера. – Провалялась почти неделю без еды и воды и вся высохла, как прах. Да что там – сама чуть в прах не превратилась. – Старуха взглянула на фрэю и удивленно покачала головой. – Без воды она должна была умереть. Любой человек, кролик или овца давно бы протянули ноги. Правда, она ни то, ни другое, ни третье.
В палатку вновь ворвался солнечный свет, ослепив всех троих. В проходе возникла Брин.
– Не стой в дверях! Зайди или выйди! – хором рявкнули Сури и Падера.
– Извините. – Брин вошла внутрь, опустив за собой полог.
Все смотрели на Арион. Фрэя медленно приподняла голову, сфокусировала взгляд на Сури, улыбнулась и протянула ей дрожащую руку. Этого было достаточно. Сури упала на колени. Хвала богам, у нее еще остались слезы.
– Я пыталась, пыталась, пыталась… – прошептала она, уткнувшись лицом в шею Арион. – Я не понимала, что делаю. Я открыла дверь – за ней была темная река. Я пошла по течению и увидела свет, удивительный и ужасный. Я… я… я старалась вытащить тебя, я хотела все исправить, но… но…
Арион погладила ее по голове.
Сури подняла на нее взгляд.
– Не просто… пыталась, – прохрипела заклинательница. Ее голос звучал, словно скрежет гравия. Одними губами она прошептала: – Получилось.
Сури вытерла слезы.
– Что?
– Ты… спасла… меня, – с усилием произнесла фрэя.
Девочка не могла отвести от нее глаз.
– Уверена?
– Совершенно… уверена.
Рэйт решил не садиться, иначе все подумают, будто он согласен на это безумие. Остальные вожди кланов, называвшие себя Советом кинига, привычно разместились в круге во дворе Далль-Тирре. Добавилось еще четыре сиденья: три для вождей гула-рхунов и красивое кресло с резными ручками – для Персефоны. На прежнем месте Персефоны восседал Гэвин Киллиан, отец многочисленных отпрысков и новый предводитель клана Рэн.
Нифрон тоже был на ногах; он что-то оживленно говорил Персефоне. Когда галант замолк, та кивнула.
Она что, собирается принять его предложение?
Кроме десяти вождей на сходе присутствовали прочие участники совета, за исключением Брин, Хранительницы Уклада. Рэйт видел, как девушка направлялась к палатке Падеры, где лежала Арион. Миралиит уже целую неделю не подавала признаков жизни, и палатку стали называть «домом смерти».
Помимо вождей кланов в совете приняли участие Мойя, бессменный Щит Персефоны, вооруженная своим знаменитым луком, гном Мороз, прибывший вместо Роан с докладом о ходе изготовления оружия, Малькольм – тот вечно путался под ногами, и Нифрон, представляющий интересы фрэев. Именно так Рэйт видел роль Нифрона – голос небольшого боевого отряда. Учитывая, что сам Рэйт представлял только себя и Тэша, он не мог возражать против присутствия командира галантов.
Ну, то есть, мне не следовало бы возражать. Я, по крайней мере, не вношу идиотские предложения, которые навлекут на нас неминуемую гибель.
– Мы должны захватить Алон-Рист, и немедленно, – повторил Нифрон.
Он не спрашивал и не вносил предложений, не советовал и не предлагал возможности на выбор. Фрэй требовал безоговорочного согласия.
Рэйт обычно воздерживался от замечаний. Нифрону, как он думал, тоже следует помалкивать, хотя бы по той причине, что оба они не представляли ничьих интересов. Дьюрийцу не понравилось выражение лица Персефоны: похоже, она серьезно отнеслась к словам Нифрона.
Ни у кого из вождей не хватило духу возражать командиру галантов, и Рэйту все же пришлось вмешаться. В свое время он отказался становиться кинигом, так как рхуны не имели оружия, пригодного для войны с фрэями. Теперь же Нифрон хочет захватить Алон-Рист, не дав им даже времени на подготовку. Персефона привезла из Бэлгрейга секрет изготовления железа, однако чтобы выковать достаточное количество мечей, нужно время.
– Ты ведешь себя безрассудно, вот почему Персефона – киниг, а ты – нет, – громко заявил Рэйт, обращаясь к Нифрону. – Ты – фрэй. Тебе наплевать на жизни рхунов. Ты думаешь лишь о своей победе. Для тебя не имеет значения, сколько крови будет пролито ради достижения твоей цели, ведь это не твоя кровь. Штурмовать Алон-Рист без подготовки и хорошего оружия – самоубийство. Погибнут сотни, а то и тысячи людей. А потом…
– Никто не погибнет, – снисходительно отмахнулся от него Нифрон, словно разговаривал с дурачком.
Рэйт шагнул к нему.
– Попытка захватить одну из самых неприступных крепостей в мире с помощью пахарей, вооруженных мотыгами, непременно приведет к гибели людей. Многих людей. – Рэйт повернулся к вождям. – Вы ведь бывали в Алон-Ристе? – Он указал на Нифрона. – Разве там не полно воинов-фрэев, таких же, как он? Нападать на Алон-Рист – все равно что разворошить осиное гнездо. Только эти осы не просто покусают, они отрубят вам головы очень острыми бронзовыми мечами, укрывшись за толстыми щитами.
Персефона внимательно слушала.
Что ж, уже кое-что.
– Я не прошу никого из вас вступать в битву, – произнес Нифрон, обращаясь скорее к Персефоне, чем к Рэйту. – Вашим людям не придется даже близко подходить к Ристу. Они потребуются мне лишь для видимости, так сказать, в качестве гарнира к основному блюду. – Фрэй прошелся туда-сюда по двору. – Эта крепость – мой дом. Она принадлежит мне. Мой отец был главой племени инстарья, которые веками жили в Алон-Ристе, и верховным командующим всех западных застав. Этот пост обычно переходит от отца к сыну, а значит, я – правитель Риста.
– Но фэйн, вождь твоего народа, победил твоего отца и назначил на этот пост кого-то другого, верно? – спросил Тэган из клана Уоррик.
Спасибо, Тэган. Хорошо, что хоть кто-то слушает.
– Да, верно, – кивнул Нифрон. – Но мои соплеменники недолюбливают того фрэя. Инстарья веками подвергались дурному обращению. Их безвинно сослали на окраины наших земель и сделали изгоями. Им нужен вождь, который понимает их интересы и сможет восстановить справедливость. – Нифрон вздохнул. – Я уже давно вынашиваю этот план. Я знаю, как захватить Алон-Рист, не погубив ни одной жизни.
– Невозможно, – возразил Рэйт. – Нам нужно…
Нифрон закатил глаза.
– Позволь мне объяснить, почему нам следует атаковать немедленно. Я постараюсь говорить простыми предложениями и употреблять только короткие слова. Прямо сейчас фэйн собирает войска. Он лично поведет армию к границе, чтобы вступить с нами в бой. Его лучшие бойцы – мои собратья-инстарья, и они находятся в Алон-Ристе. Инстарья – величайшие воины в мире; без них у фэйна, считай, нет армии. Я намереваюсь украсть его силу, но нам нужно торопиться. Мы не можем позволить Лотиану первым достичь Алон-Риста. – Нифрон подошел ближе к Персефоне. – Я могу вывести из войны всех инстарья от Эрванона до Мэредида, что значительно ослабит фэйна. У него не останется войска, чтобы сражаться с нами.
– Инстарья будут биться за нас? – спросил Сигель.
Нифрон посмотрел на вождя гула-рхунов как на неразумного ребенка.
– Конечно, нет. Фрэям запрещено убивать фрэев, но если вы поступите так, как я скажу, они не станут убивать и рхунов. Без поддержки воинов-инстарья фэйну придется обучить новое войско. А это, – он указал на Рэйта, не удостоив того даже взглядом, – даст нам время, чтобы выковать мечи. Кроме того, за стенами Риста есть то, что поможет нам более эффективно подготовиться к битве. – Нифрон принялся загибать пальцы: – Инструменты и мастерские, кров и еда. Все, что необходимо для организации боевой силы, которой предстоит столкнуться с войском фэйна.
– И как же мы захватим крепость? – поинтересовался Тэган.
– Предоставьте это мне.
– В том-то и загвоздка, – вновь заговорил Рэйт. – Ты хочешь, чтобы мы доверились тебе?
Нифрон устало провел рукой по лицу.
– У тебя нет оснований для опасений. Ни один рхун не пострадает. Вы подойдете к Ристу не ближе чем на четверть мили. Мы с галантами займемся крепостью. Мне просто нужно, чтобы вы находились неподалеку.
– Ты уверен, что рхунам не придется сражаться? – спросила Персефона.
– Уверен. Я хочу, чтобы вы и ваши люди встали вдоль теснины на реке Берн в землях Дьюрии. Разве я многого прошу?
Персефона обернулась к Рэйту.
– Не слушай его, – предостерег ее Рэйт. – Чистой воды безумие. Он не сможет с семью воинами захватить огромную крепость. Либо он заблуждается, либо это ловушка. Давай дождемся оружия. Пусть у нас будет хотя бы тысяча мечей и щитов. – Он повернулся к Морозу. – Сколько это займет времени?
Гном шумно выдохнул и расправил усы и бороду, прежде чем заговорить.
– Мы выбрали дюжину мужчин, которые хотят и могут учиться, но пока не до конца разобрались с методом и системой. Роан внимательно смотрела, как кузнецы делают железный клинок, однако, видимо, упустила некоторые детали. Мы все еще работаем над процессом… и обязательно добьемся результата. Затем двенадцать наших учеников обучат кузнецов в каждой деревне Рхулина. А те кузнецы возьмут себе подмастерьев, и нас станет больше. Когда мы отработаем технологию и обучим людей, изготовление оружия не займет много времени, но сама подготовка – дело небыстрое. – Он потер подбородок. – Думаю, мы сможем вооружить небольшую армию… где-то через год.
– Понятно, – кивнул Рэйт. – А тем временем мы обучим воинов обращаться с…
– К тому времени будет поздно, – перебил его Нифрон. – Фэйн подтянет войска к границе еще до зимы. Это гонка, а мы и так замешкались. Кроме того, в крепости хорошая кузница, и некоторые жители в городе имеют кузнечные горны и инструменты. Кстати, – Нифрон посмотрел Персефоне в глаза, – где люди Рэна проведут зиму? Здесь? Будете укрываться от ледяного ветра под стеной? – Он перевел взгляд на Липита. – У вас есть место для них внутри стен?
Глаза Персефоны потемнели.
Рэйт понял – она отдаляется от него. И что еще хуже, склонна верить фрэю.