— Ах! Вы проснулись!
Как только наши взгляды встретились повторно, она широко улыбнулась.
На мгновение мне показалось, что передо мной распустились цветы, так прекрасна была её улыбка. Яркая и дружелюбная, подобная солнечному свету.
Я уставилась на это невинное лицо, пока Тори шла ко мне легкой походкой, подобно танцующей птице.
Никогда прежде не замечала за ней такой легкости и задорности. Наверняка из-за неприязни этой девушки к Диане, но... Что же изменилось, отчего она так подобрела?
— Как вам эти цветы?
Задав странный вопрос, в её глазах, мерцавших как звезды, сияли доброта и радость по отношению ко мне.
Я насторожилась.
— Эмма сказала, что вы поздно ложитесь, так что я хотела лишь принести цветы и оставить их перед дверью, чтобы не разбудить вас.
Немного опешив, я взглянула на Тори, которая щебетала словно жаворонок.
— Ведь видя перед собой цветы, на душе становится так прелестно, не так ли?
На её лице не было ни единой морщинки, тогда как на моем лбу выступало напряжение.
Я переосмыслила за эту минуту сотню вариантов причин такого поведения с её стороны и пришла к выводу, что Пенелопа наверняка приказала ей вести себя так со мной.
— Поэтому я пошла в сад и постаралась выбрать самые красивые цветы, но, думая о человеке, который их получит, очарование сих растений для меня внезапно поблекло...
Я взглянула на цветочную охапку, не скрывая удивления.
Буйный сиреневый цвет колокольчикообразных цветов бросался в глаза, а аромат приятно радовал. Свежесть и мягкость балансировали просто идеально.
— Благодарю, но все-таки, с чего такая любезность?
Тори была слишком мила со мной, посему не оставалось иного выбора, кроме как спросить «в лоб».
— Ох, прошу прощение! — закопошилась она. — Принцесса приказала отнести вам этот подарок, но я подумала, что с подарками принято дарить цветы.
Говоря это, она протянула мне каплеобразный флакон на маленькой цепочке с янтарной жидкостью внутри.
— Что это?
— Это любимые духи Принцессы. Она хотела вручить их лично, но последние несколько дней неважно себя чувствует.
Поразмыслив с полминуты, я неспеша забрала флакон из рук девушки. Осторожно приоткрыла стекляшку и принюхалась.
Легкий, весенний аромат действительно напоминал Пенелопу.
Быть может, принцесса решилась наконец-таки помириться? Последнее время она словно избегает меня.
— Благодарю. Передай принцессе, что мне очень приятен её подарок. Пусть выздоравливает.
Как только я зашагала по коридору, Тори окликнула меня:
— Где оставить цветы, мисс?
— Можешь положить их на стол или поставить в вазу.
Честно говоря, я была смущена такими дарами и столь милым отношением, поэтому поспешила ретироваться.
Во второй половине дня я почувствовала скуку.
Большую часть дня и ночи я была заперта в комнате императорского дворца и лишь изредка выходила на улицу. Для меня привычнее умеренный климат, нежели адская жара, но главное для меня было не чем иным, как мучением сидеть и ничего не делать, поэтому я решила прогуляться.
– Могу я выйти?
На мой осторожный вопрос служанка Роза кивнула.
– Джак сказал мне, что вы вольны идти куда угодно. Куда мне вас сопроводить?
– Я хочу пойти куда-нибудь, где не так много людей.
– Тогда я отведу вас в западную часть Императорского дворца.
Совсем недавно я узнала, что Роза какое-то время была личной служанкой Михаэля, и он приставил её ко мне для якобы безопасности. Но все мы понимаем, что он просто контролирует меня на расстоянии.
Роза сразу призналась, когда я спросила об этом, поэтому за честно я оставила её.
Михаэль не Карлос. Если уж выбирать засланного цербера, то Роза самый лучший вариант.
Прогуливаясь, я решила сменить маршрут и ушла немного за пределы сада в сторону дальнего дворца.
Внимательно осмотрела это пугающее, но красивое место.
Прохладные потоки воды устремились к небу. Когда я подошла ближе к фонтану, из него брызнули маленькие капельки воды. Это вызывало во мне улыбку и напоминало о реальном мире.
– Это фонтан... Он что, из золота?
– Да.
– Удивительное расточительство.
Пока Роза рассказывала историю фигур и скульптур в фонтане, я внимательно осмотрелась и прислушиваясь к её рассказу.
— Благодарю, это очень интересно.
Когда я сказала это с искренним восхищением, горничная покраснела.
– Леди, я давно хотела спросить вас, но... Вы всегда так уважительно относитесь к людям, которые в вашем услужении?
– Нет, это просто...
Я пожала плечами.
– Леди очень осторожна с нами. Мы не аристократы, как вы, Жедэ.
Притаившиеся Эмма и Мия молча наблюдали со смущенными улыбками.
– Наличие богатств не дает право обращаться с людьми, как с животными. Лишь слабые и бедные духом ведут себя, как твари, с теми, кому не повезло. Жестокого отношения заслуживают те, кому не знакомо милосердие и доброта.
Я не собиралась долго рассуждать на эту тему, но не поленилась разъяснить свою позицию.
Порой я отвечала на некоторые вопросы своих служанок, которые любопытствовали на ту или иную тему, и, получая мой честный ответ, зачастую они выглядели обескураженно. Со временем, естественно, они привыкли и уже не реагировали так бурно.
Пока Роза, Мия и Эмма разговаривали, я поняла, что прошло много времени с тех пор, как я болтала с кем-то таким образом. Мне было радостно, что каким-то чудом у меня получилось вернуться в прежние времена, когда я участвовала в девчачьих посиделках.
Думая об этом, мне показалось, будто это было несколько десятилетий назад.
Благодаря беседам с Розой я многое узнала после приезда в эту страну, как и Мия с Эммой. Но я до сих пор не знала, каковы были её истинные намерения помимо слежки, даже после того, как главная смотрительница гарема приказала служанкам относиться ко мне с большой осторожностью, не объясняя причину таких привилегий. Но самым абсурдным являлось то, что все служанки считали меня будущей наложницей Джака Михаэля.
– Что за леди находится здесь одна?
Послышался тихий голос. Я подняла голову и увидела красивую женщину с каштановыми волосами, что отливали золотом, и большими медовыми глазами, что смотрели на меня.
Смутившись, я посмотрела на Розу, и она тихо прошептала:
– Сэви Эзра...
Женщина была прекрасна, будто небесная богиня, а исходящая от неё аура казалась чрезмерно благородной. Михаэль, должно быть, родился из чрева этой женщины. Потому что прекрасные медовые глаза определенно были такими же, как у его сестры Микарин.
Я поспешно вышла вперед и поздоровалась.
– Приветствую, Сэви Эзра.
Даже с моим вежливым приветствием вдовствующая Сэви всё ещё не стерла хмурое выражение со своего лица.
– Разве ты не знаешь, что этот северный сад доступен только для императорской семьи?
Глаза мои расширились. Если бы я знала это, то, конечно же, не пришла бы сюда даже под дулом пистолета.
– Простите, — вмешалась перепуганная Роза. — Именно с благословения Джака...
– Тем более это не место для такой сучки, как ты!
В то же время яростная рука взлетела вверх и была направлена к щеке Розы.
«Шлеп!»
Глаза мои расширились от изумления, когда я наблюдала за разворачивающейся сценой.
Роза закрыла лицо с угрюмым выражением, склонив голову. Я же, глядя в глаза Сэви, которые были полны неудовольствия, молча наблюдала за происходящим.
– Простите меня. Я сказала ей, чтобы она привела меня сюда. Как она могла остановить меня?
Слова мои прозвучали так, словно я заставила Рози пойти сюда. Это было очевидное прикрытие. Служанка подняла на меня свой взор с широко раскрытыми глазами.
– Если достопочтенная Сэви накажет меня, я приму это милостиво.
Увидев меня со склоненной головой, лицо матери Михаэля исказилось ещё больше.
Сэви уже знала, кто я. Диана Эрскин, проблемная леди, которую привез Жак вместе с невестой.
Роза, не выдержав витавшего вокруг давления, упала на колени, умоляя о наказании. По глазам этой женщины было не сложно догадаться, что та с радостью наказала бы бедняжку Розу, но в моем присутствии решила нацепить маску великодушия. Какая наглая стерва оказалась.
– Как зовут эту даму?
– Диана Эрскин. Фрейлина принцессы Пенелопы из Акроса.
– А, леди Эрскин?
Когда высокомерная Сэви намеренно удлинила мое имя, я была поражена. Она ясно дала понять, что знала обо мне.
– Ах, Джаку понравилась леди, и он пригласил вас?
– Да.
– Если он дал вам разрешение, я не могу наказать вас.
– Спасибо вам за вашу милость.
Эзра скривила губы и вежливо поклонилась.
– Кстати, мисс Эрскин.
– Да?
– Если вы ничего не делаете, думая, что вы дороги Михаэлю и то, что он поместил вас рядом с собой, не слишком ли вы высокомерны? Ты думаешь, что заслуживаешь быть его женой, и думаешь, что для тебя правильно выставлять напоказ всем, что ты его женщина?
Как и предупреждал Джак, эти слухи начали распространяться через нескольких часов после того случая. Конечно же, они дошли и до ушей его матери.
- Простите, чьей женщиной? - озадаченно спросила я, что естественно не понравилось Эзре.
Её выражение лица стало настолько свирепым, что окружающие её служанки переглянулись, а Эмма стиснула зубы и сжала кулаки.
– Мисс Эрскин, вам следует вести себя достойно, если собираетесь присоединиться к этой династии, – она скептично осмотрела меня с ног до головы. – Для начала научитесь покрывать голову и не разгуливать в столь развратных платьях.
Само собой я опустила глаза вниз и осмотрела свой внешний вид.
Что именно, черт возьми, ей не нравиться в моем наряде? Декольте или разрез на юбке?
Не успела я опомниться, как женщины и след простыл.
Все-таки первое впечатление было ошибочным...
Как только я вошла в спальню, то сразу сняла платье, которое носила весь день, и ожерелье, связывающее шею, словно ошейник. И в этот момент вспомнила свирепый взгляд Эзры, когда та высказалась о моем «развратном» платье.