Я присела в коротком реверансе и поспешила ретироваться от мужчины, что сверлил в моем затылке дыру.
Глава 28.1
Произошедшее порядком напугало всех, в том числе и меня. Ноги сами несли меня вглубь сада, дабы скрыться от глаз людских.
Всем телом я дрожала из-за нарастающей паники.
Неужели я так испугалась местной сказки? Бред... Это просто роман, в котором есть место быть подобной истории, как печальная история жрицы. Уверена, таких историй очень много, и случившееся не повод верить всему, что болтают люди.
Спустя какое-то время я услышала шелест листьев. Со спины ко мне приблизилась знакомая тень, отбрасываемая мужчиной на идеально-стриженный королевский газон.
– Диана... – на плечо легла теплая ладонь Ноа. – Что случилось? Тот шакал тебя напугал? Оскорбил?
Не видя глаз мужчины, я знала, что тот злится. Злится на Карлоса. И причина этому – ревность.
Дрожащей рукой накрыла руку Монро и сжала пальцы.
– Нет. Мне просто стало нехорошо из-за жары и этих взглядов. – обернулась к герцогу и продолжила: – Почему они так смотрят на меня? Что я сделала? Почему они постоянно смотрят так... так... мерзко.
Подобрав правдоподобную отговорку, которая являлась правдой, но не столь весомой для меня после случившегося сегодня.
Ноа развернул меня к себе лицом и взглядом, присущим лишь ему, сказал:
– Очень скоро они не посмеют так с тобой себя вести. Подожди немного... – он запнулся и как-то по-мальчишески свел брови, а на его лице нарисовалась непривычная глазу ухмылка. – А вообще... Пойдем.
Перехватив мою руку, герцог повёл меня прямиком к аристократическому сборищу.
Он задумал что-то, что определённо будет иметь последствия для моей и так неспокойной жизни.
– Ноа, подожди. Что ты задумал?
– Я собираюсь объявить о свадьбе. Ты же не против?
Его задор был заразительным и неожиданным для меня, но я не стала препятствовать.
Возможно, Карлос и другие, услышав подобное от герцога Монро, наконец-то успокоятся и оставят меня в покое.
– Нет. – он остановился и вопросительно глянул на меня хмурым взглядом. – Нет, не против. Давно пора было это сделать.
Выходя к основной массе гостей, что присутствовали на дне рождения Пенелопы, Монро уверенно прошёл в центр площадки, где ещё недавно я танцевала с ним, и, держа в руке бокал, мужчина постучал по нему чем-то металлическим.
Звон разнёсся по саду, дворяне заинтригованно обернулись к Его Светлости.
– Хочу поздравить Её Высочество принцессу Пенелопу. Жемчужину королевской короны с её семнадцатым днём рождения.
Принцесса с румяными щеками смущённо приблизилась и выслушала поздравление герцога. Мужчина кивнул своему камердинеру, и тот передал личной служанке и фрейлине принцессы золотой тубус. Видимо, это подарок Пенелопы либо его часть. После этого щедрого жеста он поцеловал тыльную сторону руки девушки.
– Ваше Высочество, позволите сделать одно важное для меня заявление?
– Очень интересно. Конечно...
Пенелопа отступила на несколько шагов и жестом пригласила Ноа продолжать. Мужчина кивнул и протянул мне руку.
Ничего не оставалось, как подойти, принять его руку.
– В этот невероятный день я хочу сделать заявление, так как молчать более нет сил.
Он обернулся ко мне, взял меня за обе руки и с горящим довольством начал говорить:
– Мисс Диана Эрскин, позволишь ли ты мне стать твоим мужем?
По спине и рукам прошлась слабая дрожь.
Я знаю, что это лишь формальность, так как разрешение короля на наш брак было получено много лет назад, ещё до моего появления в этом романе, однако мне настоящей предложение делают впервые перед таким количеством людей.
Повсюду вокруг нас раздавались вздохи и ахи. Восторженные, разочарованные, искренние и не очень, но было не до этого.
Они были мне безразличны.
Я смотрела в его кобальтовые глаза, а ресницы мои дрожали из-за неожиданно наворачивающихся слёз.
– Да, Ваша Светлость. Я стану самой счастливой женщиной, если вы станете моим супругом.
Люди громко зааплодировали, а кто-то и вовсе упал в обморок.
Ноа нарочито медленно приблизил мои руки к своим губам и неотрывно смотря в мои глаза поцеловал мои дрожащие пальцы.
Глубоко в груди кольнуло, словно сердце крепко сжимала чья-то рука, но я держала лицо, не показывая этой лёгкой боли.
Затем последовала плавная, мелодичная мелодия, сопровождаемая звуками льющейся скрипки, и мы начали плавно танцевать. Другие пары не спеша присоединялись к нам на площадке, вот только меня не покидало тревожное чувство.
Мне казалось, будто я заняла место главной героини, и от этого становилось обидно. Ведь именно Эйрин должна кружиться в танце с Ноа, а не я... Диана должна быть мертва, Тимбелл должен быть жив, как и Люция, как и многие другие персонажи романа. Я не собиралась занимать место Эйрин, я просто хотела жить спокойно, не ввязываться в кровавые заговоры, однако... Что есть, то есть.
Я же обычная Таня...
Таня, что всю жизнь стремилась к мечте, работала, а после хотела вернуть свое здоровое тело... свою жизнь, но получила взамен жизнь той, о которой практически ничего не знала. Жизнь Дианы.
Порой кажется, что Диана всё ещё живет где-то глубоко внутри меня, а наши души каждодневно переплетаются, образуя единое целое. Ведь многие поступки, которые в реальности я бы побоялась совершить, сейчас совершаю с огромной уверенностью в их правильности.
Танец закончился, и подошедший Билл протянул мне свою руку.
– Диана... – пристальный взгляд брата Дианы прошелся по мне и переместился к герцогу Монро. – Ваша Светлость. Нам пора возвращаться. События этого праздника слишком насыщенны, и, думаю, если моя сестра останется до его завершения... – он запнулся и, ухмыльнувшись, глянул на меня и окружающие нас жадные взгляды.
– Не могу не согласиться. Я отправлю с вами свою охрану, чтобы вы с моей невестой добрались без «приключений».
– Не стоит. – коротко ответила я, но Билл отчего-то дал противоположный ответ моему.
Что ж... Время такое. Мужчины у нас выносят окончательное решение, а не дамы.
Глава 28.2
Простившись с Пенелопой и остальной королевской четой, мы с Биллом отправились обратно в резиденцию.
Билл был взвинчен, но сдержался, дабы не начать отчитывать меня.
Сам знает, что не может этого сделать, так как инициатором переполоха с предложением был герцог, а не я.
Королевский дворец
Летние деньки проходили слишком быстро для жителей королевского дворца и не только.
Сегодня Тори одевала Пенелопу в полном молчании. Миловидная девушка сидела в кресле у окна в своём любимом голубом платье, в то время как служанка бережно расчёсывала её волосы. Лучи солнца нежно согревали лицо, а светлые волосы переливались золотом, отражая свет.
Тори вдруг осторожно спросила:
– Простите, принцесса, вы… собираетесь сегодня на прогулку?
Пенелопа слегка приоткрыла глаза, посмотрела на неё из-под опущенных ресниц и ответила:
– Да.
Было заметно, что, заплетая волосы, служанка, колеблясь, но добавила:
– Я… я слышала о том, что старший сын Ферзена сейчас на собрании. Возможно, сегодня Его Величество король поднимет вопрос брака.
Сердце бешено забилось в груди принцессы, но девушка изо всех сил постаралась скрыть охватившее её волнение.
– Сегодня?
Это был риторический вопрос, случайно слетевший с губ Пенелопы, но Тори кивнула.
– Даже если это не так, то уверена, принц сам поднимет подобный вопрос, когда придет время.
В Пенелопе вновь вспыхнул знакомый порыв. Однако на этот раз он не исчез сразу же, как появился.
Прошло всего-то несколько дней после её дня рождения, когда она отчетливо поняла, что за желание пронизывало её мысли, и оно тут же распространилось по всему её телу. Эта необъяснимая тревога вперемешку с раздражением поднималось при мыслях о девушке, на которую она когда-то хотела равняться, которой она восхищалась, но теперь пелена с её глаз исчезла.
Порыв невозможно было игнорировать, ведь он, словно огромная волна, окатил принцессу с головы до ног, когда та вспомнила события прошедшего дня её рождения.
Пенелопа побледнела, губы её сжались в тонкие линии, а во взгляде бушевало зеленое море холодного гнева.
«Бах!»
Служанка испуганно подняла руки, чтобы ненароком не дернуть расческой золотистые локоны Пенелопы. Принцесса неожиданно для служанки отшвырнула от себя ручное зеркало.
Тори мысленно удивилась тому, что подаренное королевой зеркало в витой золотой оправе не разбилось, но маловероятно уцелело.
Пенелопу разъедали внутренние сомнения и злоба.
Примет ли предложение о мире наследный ферзенский принц? «А что, если сейчас он передумает о браке со мной?» – размышляла Пенелопа, лихорадочно ища глазами, за что бы зацепиться взглядом.
Девушка понимала, что причина её порывам была вовсе не основана на ревности из-за любви, а из-за чувства собственного самолюбия. Пенелопа вовремя сумела отвадить от будущего жениха дарсийских кошек, а тут нарисовалась Диана. Убежденная в том, что не имеет права проиграть кому-либо в борьбе за мужчину, она готова на всё, дабы не ударить в грязь лицом. Она же принцесса Акроса в конце концов!
Если такой, как Карлос, женится на ком-то недостойном по любви, разразится скандал и распространится по многим странам. Для монарха, который должен отбросить свой прямой долг перед страной, отвергнуть возложенное бремя и легкомысленно жениться...
– Нет, я не допущу этого... – вонзая ногти в ладони, Пенелопа поднялась с места и отослала Тори за другим нарядом.
Служанка скрылась за дверьми, а принцесса неспеша подошла к лежащему на полу зеркалу.
Кроме того, браки между иностранными монархами обычно заключаются с намерением создать сильный политический союз, поэтому девушка отогнала всё раздражающие её мысли, надеясь, что будущий жених благоразумен и умён не то, что её брат.