— А… шапка? — спросила я, пытаясь нацепить на себя покерфейс и с трудом сдерживая улыбку.
— Это традиционная канадская охотничья шапка из меха лося, думаю, она мне очень идет, — торжественно ответил Прескот, повернулся к шкафу и достал оттуда…
— Это кинжал?
— Даже два. — Он моргнул и привязал рукояти к бедрам кожаным ремнем таким образом, чтобы лезвия находились позади.
— Должно ли канадское дворянство… чем-то компенсировать подобное неудобство? — подколола я парня.
Прескот усмехнулся.
— Нет. А нам просто нужен контргруз, иначе мы бы опрокинулись.
Ну и маскарад!
— Чувак! С каждым годом я люблю этот день все больше и больше, — задыхалась от хохота Елена.
Прескот широкими шагами подошел к нам. Уставился на мои конверсы и просиял.
— Выглядишь классно.
— Спасибо, но краситься я не собираюсь.
— Тебе и не надо. Ты и без мейкапа красивая. — Он поднял руку и накрутил на палец прядь моих волос, а потом мы посмотрели друг на друга, и я позволила себе искренне улыбнуться. В последнее время эту улыбку Прескот, казалось, постоянно пытался вытянуть из меня.
Елена пожала плечами.
— Ладно, вначале я сомневалась в том, что касается вас двоих. Но вашу взаимную симпатию или даже… влюбленность… увидит и слепой. Впрочем, думаю, нам надо немного поторопиться, пока мы не опоздали, и отец не отшлепал Прескота по его очаровательной заднице. — Елене, похоже, нравился весь этот спектакль.
Прескот закатил глаза, галантно протягивая мне руку. Мои пальцы тотчас вцепились в его ладонь.
— Готова? — прошептал принц, когда мы уже спускались по лестнице.
— К ужасному дудлу? — скептически спросила я в ответ. — Не уверена, что запомнила все па, но в целом…
— Нет, я имел в виду, готова ли ты быть девушкой принца? — Прескот ухмыльнулся, а я скривилась.
— Сделаю все возможное, — храбро заверила я Прескота.
Он сжал мою руку.
— Я так и думал, Сильвер.
Сильвер
Прескот не дал мне на панику ни секунды. Он буквально швырнул меня в гущу событий… и нырнул следом. Было увлекательно наблюдать за изменениями, которые произошли и в принце, и в Елене, едва мы переступили порог бального зала. Свет люстр озарил ухоженные молодые лица, абсолютно лишенные мимики. Морщинки от смеха моментально разгладились, и теперь кожа Прескота выглядела идеально. Он расправил плечи, что сделало парня еще более высоким, чем прежде. Светло-русые волосы, торчащие из-под шапки, мерцали, как золотые нити. В течение нескольких секунд брат и сестра казались хрупкими, но несокрушимыми, как закаленное стекло, холодными, как лед, и в то же время прекрасными и недоступными, как бриллианты.
Их красота удвоилась. Трудно было понять, лестно ли им внимание окружающих — или Прескоту и Елене уже все равно.
Мой взгляд скользнул по залу. Я насчитала пять телохранителей, которые расположились у дверей. Здесь, конечно, были и камеры наблюдения, но я не смогла обнаружить их сразу, хотя позже догадалась, что они спрятаны в головах трофейных зверей.
После бала мне нужно будет подробнее расспросить о том, как охраняется дворец.
Зал был переполнен до отказа. В дальнем конце я увидела музыкантов. Звуки волынки заставили меня нервничать.
— Сильвер?
Я посмотрела на Прескота.
— Разреши представить тебе мою бабушку по материнской линии, а также мою тетю. Леди Роуз ван Клеммт-Блумсбери и леди Сесилия ван Клеммт. Бабушка Роуз — сестра моего покойного деда — короля Леопольда Второго, Сесилия — ее дочь. Между прочим, Сесилия — не только старшая сестра моей матери, но и кузина отца.
Хотя из-за всех этих запутанных родственных связей у меня закружилась голова, я заинтересованно уставилась на бабушку и тетку Прескота, и женщины ответили мне не менее любопытными взглядами. Особенно пожилая леди Роуз. На ней было старомодное платье сливового оттенка, а из седых волос старушки торчало павлинье перо, которое смешно покачивалось, когда она присматривалась ко мне. Поскольку благородные особы не собирались ни приседать в реверансе, ни пожимать мне руку, я тоже не стала этого делать и лишь слегка склонила голову.
— Я очень рада познакомиться с родственниками Прескота. Меня зовут Дейзи Сильвер. — Я едва не задохнулась, когда говорила свое имя, но мне показалось бы странным представиться как Сильвер.
Прескот улыбнулся.
— Зовите ее просто Сильвер, — мягко сказал он.
— Восхитительно, — единственное, что вымолвила леди Сесилия.
Пожилая леди Роуз, напротив, подошла еще ближе и смерила меня пристальным взглядом.
— Ты чем-то напоминаешь мне молодого человека, с которым я познакомилась некоторое время назад. У него тоже везде были занятные татуировки. Это у молодежи такая мода? Думаешь, мне подойдет нечто подобное, Прескот? — Леди Роуз повернулась к племяннику и слегка побарабанила пальцами по своему плечу, прикрытому тонкой блестящей тканью.
Прескот рассмеялся.
— Мама, прошу тебя! — простонала леди Сесилия.
Прескот продолжал веселиться.
— Ты, конечно, выглядела бы потрясающе с татуировками, бабуля. А как дела в Майами? В первую очередь… как поживает мой кузен Алекс? Я давно ничего о нем не слышал. Все хорошо? — серьезно спросил Прескот, его плечи внезапно напряглись, и я поняла, что он искренне беспокоился за этого Алекса.
Сесилия побледнела.
— Что ты имеешь в виду, Скотти? Алекс не позволит сделать из нашей семьи посмешище, как, например, твоя мать. Я была бы благодарна тебе, если бы ты не стал продолжать эту тему. А теперь — простите меня. Мне еще нужно поприветствовать твоего отца, — резко сказала она и удалилась.
Мы растерянно смотрели ей вслед. Леди Роуз погладила Прескота по руке.
— Ах, Прескот, Сесилия весьма консервативна. Ты же знаешь, Александру приходится нелегко. Полагаю, ему нужно немного побыть одному. Но он наверняка скоро свяжется с тобой.
Я решила при случае обязательно выяснить что-нибудь еще про Алекса и про маму Прескота.
Тем временем леди Роуз не умолкала.
— О чем мы действительно должны волноваться, так это о том, что сейчас ваш отец и дядя находятся в чудовищном положении. — Бабушка Прескота нахмурилась так сильно, что кожа на ее лбу забугрилась складками. — У королевской семьи действительно нет мирного прошлого, но, когда я отказалась от престола в пользу младшего брата, я, по крайней мере, надеялась, что наши дети будут поумнее родителей. Так или иначе, а история опять повторяется… Я могу только молиться о том, чтобы дело о наследнике разрешилось с минимальным ущербом для каждого из нас. Ох, что-то кости снова заломило…
— Может, ревматизм разыгрался? — спросил Прескот.
Леди Роуз сурово посмотрела на него ясными глазами.
— А ты, нахал, тащи свой зад на местный танцпол, чтобы мне было над чем посмеяться в мои годы.
— Да, мэм! — Прескот поцеловал бабушку в морщинистую щеку, взял меня под руку и повел в центр зала.
Я чувствовала себя неловко. Люди пялились на нас. Все без исключения. В торце зала, возле чучела горного льва, я мельком увидела дядю Прескота. Оскар одним своим присутствием заполнил половину пространства. Эванджелина околачивалась рядом и что-то шептала отцу на ухо. По другую сторону, среди нескольких чучел фазанов, стояла женщина как две капли воды похожая на Эву. Трудно сказать, была ли это ее старшая сестра или жена Оскара. Наши взгляды встретились. Она насмешливо изогнула бровь и быстро отвернулась.
— Это еще одна твоя тетя? — тихо спросила я у Прескота.
Принц наклонил голову и скривился, словно учуял неприятный запах.
— Да. Патриция. Не волнуйся. Она держится в стороне от государственных дел и большую часть времени живет во Франции со своими родными.
— Понятно, — пробормотала я, вычеркивая хотя бы одного человека из списка людей, за которыми нужно следить.
— Расслабься, — посоветовал Прескот. — Мы станцуем, ответим на несколько вопросов, ты осмотришься… и мы уйдем.
Я лишь кивнула, а Прескот замедлил шаг и встал напротив меня, приготовившись к дудлу. Я заметила, что рядом находилась стайка девушек: они неотрывно глазели на нас и перешептывались. Я с раздражением уставилась на них. Мне не хотелось стать главной причиной сплетен. Правда, не хотелось.
Эванджелина внезапно появилась слева от меня.
— Ну что, веселитесь? — поинтересовалась она.
— По мне разве видно?
— Нет. Скорее, ты выглядишь так, будто у тебя диарея! — Эва усмехнулась, поймав мой сердитый взгляд.
Но тут к ней подскочил ровесник Прескота — парень с густыми черными кудрями и темными глазами. Он тоже посматривал на меня, но прежде чем я смогла изучить партнера Эвы, воцарилась тишина. Гости мгновенно замолчали: в зал вошли потенциальные наследники на престол.
Оскар шествовал впереди, Филипп отставал от него на полшага.
— Добрый вечер! Приветствую вас на балу, посвященному независимости Новой Шотландии, который ежегодно устраивается в Ванкувере в знак нашей тесной дружеской связи с Канадой. Учитывая нынешнюю ситуацию, приятно видеть, что местное население поддерживает королевскую семью Новой Шотландии. — Оскар бросил на Филиппа многозначительный взгляд, но тот остался невозмутим и только кивнул, как будто эта речь не имела к нему прямого отношения.
Я продолжала наблюдать за ними обоими.
Оскар обнажил зубы, что, вероятно, должно было обозначать улыбку.
— Наши предки прибыли в Новый Свет и проявили могущество, которое с годами лишь укрепляло народ. А народ — это сердцебиение страны! Новая Шотландия процветала под правлением королей, которые всегда помогали гражданам, поддерживая население в тяжелые годы: ведь сердце не должно сбиваться с ритма ни на секунду! Конечно, текущее положение кажется непростым, но я уверен, мы все — и канадцы, и жители Новой Шотландии — преодолеем трудности и станем еще более закаленными. Даже ценой жертв.
Я затаила дыхание. Взгляд Оскара на мгновение задержался на Прескоте, затем на Елене и Пенелопе. А потом и на мне… Меня охватила тревога, в животе появилось неприятное тянущее ощущение, а волосы на затылке встали дыбом.