— Все будет хорошо, — тихо заверил я Сильвер.
Она недоверчиво посмотрела на меня, но улыбнулась, а шофер уже вышел наружу и распахнул дверь лимузина.
На нас тут же обрушился шквал вопросов от репортеров, однако теперь внимание журналистов было в основном приковано к Сильвер.
А я и понятия не имел, как оградить ее от этого.
Сильвер
— Дейзи! Что вы скажете о фотографиях?
— Дейзи, кто ваш новый любовник? И что говорит по этому поводу принц Прескот?
— Дейзи, зачем заводить интрижку на стороне? Разве вам недостаточно принца?
— Прескот выгнал вас?
— Каково быть самой ненавистной девушкой во всей Канаде?
Сердце учащенно забилось. Со всех сторон мне в лицо тыкали микрофоны. Какие-то люди выкрикивали мое имя, выкрикивали оскорбления мне в лицо. Никто из журналистов ни о чем не догадывался, никто не знал правды, однако меня атаковали так, будто от этого зависела жизнь каждого из них.
Хорошо! Я должна это сделать. Глубоко вздохнув, я вновь ощутила присутствие Прескота. Он не прикасался ко мне, но держался рядом.
— Улыбнись. Подумай о чем-нибудь хорошем. Успокойся, ты справишься, Сильвер, — шепнул он.
Я сделала то, что он сказал: подняла подбородок, изобразила улыбку и позволила телохранителям проложить мне путь сквозь толпу папарацци. Мы двинулись к воротам, охрана расступилась, но внезапно перед нашими лицами опять появились микрофоны.
— Сильвер! Прокомментируйте! Кто этот парень на фотографии? — спросил у меня какой-то мужчина.
Капли пота стекали по моей спине, и я удивлялась, как Прескот мог оставаться таким хладнокровным и одновременно смешить людей. Даже сейчас игра показалась ему легкой. Он наклонился и что-то сказал, а репортеры рассмеялись. Они любили принца и ненавидели меня. Это было очевидно.
Но мне необходимо сделать все возможное, поэтому я улыбнулась еще шире и ответила на заданные вопросы настолько спокойно, насколько могла:
— Мы с Райаном старые друзья, а сейчас он живет в Ванкувере.
Папарацци незамедлительно переключились на меня.
— То есть вы сначала изменили Райану с Прескотом? — задал скользкий вопрос один из репортеров.
Я уставилась на него.
— Что? Нет! Я ничего подобного не говорила.
— Вы знаете о своем конкуренте, принц Прескот? — дико всполошились репортеры. Почему они искажали каждое слово, услышанное ими?
Прескот сразу толкнул меня в бок. Неужели я подвела принца?
— Райан Маккейн долгое время был близким другом и доверенным лицом семьи Сильвер. Я рад, что он морально поддерживает нас, особенно в трудные и напряженные времена перед коронацией, — заявил Прескот и глазом не моргнув.
— Тогда почему был поцелуй? — завопили папарацци.
Прескот расхохотался и поманил Елену. Когда она подошла к брату, тот нежно чмокнул ее в щечку. Репортеры стали делать снимки как одержимые, пока Елена, смеясь, позировала перед ними.
Прескот подмигнул папарацци.
— Любовь к братьям и сестрам по-прежнему самая красивая любовь, верно? А теперь извините нас. Моя семья готовится к завтрашним благотворительным скачкам. Не забудьте сделать ставку на Шаровую Молнию! — Он снова подмигнул, взял меня за руку, мы проскользнули в ворота, которые за нами захлопнулась.
— Черт! Я облажалась, — простонала я.
— Точно, — сказала Елена, похлопывая меня по плечу. — Но не волнуйся, новичкам всегда тяжело приходится.
Я только открыла рот, но вдруг услышала чей-то голос. Кто-то звал нас по имени.
— Мисс Сильвер, мистер Прескот! С возвращением! — Карла подбежала к нам, сделала реверанс и одарила всех обеспокоенным взглядом. — Я хотела предложить вам прохладительные напитки, но, к сожалению, мистера Прескота и его спутницу уже ожидают в кабинете.
Прескот на мгновение напрягся, но кивнул.
— Идем.
Карла еще раз поклонилась и пропустила нас вперед. Когда мы вошли во дворец, мой желудок просто выворачивался наизнанку. Плохое предчувствие все сильнее охватывало меня, и чем ближе мы подходили к кабинету, тем громче становился голос, доносившийся оттуда.
— Мне все равно, как это выглядит! Ей не место во дворце! — ревел Оскар.
Мое тело непроизвольно напружинилось, и я подавила желание развернуться и сбежать. В любом случае теперь уже слишком поздно. Карла задержала нас у приоткрытой двери, и в этот же миг Оскар поднял голову и вцепился в меня взглядом голодного льва за мгновение до того, как разорвать пойманную им газель.
— Входите и закройте дверь! — рявкнул он.
Филипп уже находился кабинете. Наследники на престол пристально разглядывали меня, словно увидели впервые, хотя отец Прескота казался задумчивым, а Оскар выглядел так, как будто вот-вот швырнет предмет мебели.
— Как все прошло? — наконец спросил Филипп.
— Без проблем. Мы сказали то, что надо, остальное устаканится со временем, — спокойно ответил Прескот.
Оскар затряс головой.
— Со временем? У нас нет ни минуты на представителей прессы! Нет времени на всякие глупости! Мисс, что за вечеринку вы устроили? — Оскар хлопнул газетой по столу, а потом развернул ее в нашу сторону.
Мы подошли ближе. Когда я увидела названия статей, то должна была признать: дело плохо. Очень плохо. Я еще раз перечитала первый заголовок: «Измена в семье Блумсбери! Молодому принцу наставили рога! Похоже, она негативно на него влияет».
— Мы задали вам вопрос, мисс Сильвер! Вы язык проглотили? — взорвался Оскар, глядя на меня.
Я оторвалась от чтения газеты и расправила плечи.
— Мне очень жаль, сэр. Мы не задумывали вечеринку. Ничего подобного никогда не повторится. В скандал втянут Райан Маккейн, и это я нахожу гораздо более прискорбным. Он мне как брат, я надеюсь, что королевская семья поведет себя, как и всегда, подобающим образом и минимизирует для него вред.
— Что здесь подобающе, а что нет, решать не вам, мисс, — процедил Оскар презрительным тоном. — А эта ситуация, конечно, не повторится в будущем. Я считаю, что ваш переезд во дворец — даже временный! — не самая хорошая идея. Вы являетесь причиной ненужных скандалов, ваше присутствие не отвлекает прессу от королевской семьи, а, наоборот, притягивает репортеров к стенам нашего дворца как магнитом!
— Скандал, связанный со мной, кажется мне несколько надуманным и инсценированным. В первую очередь, именно потому, что вы с самого начала пытались избавиться от меня, сэр, — тихо ответила я, сцепив руки за спиной. Я смотрела на Оскара в упор, продолжая буравить его взглядом, в котором сквозил молчаливый упрек.
Наступила тишина.
На лбу Оскара вздулась вена.
— Что вы хотите этим сказать? — резко спросил он.
Я не отвела взгляда от Оскара. Я уже знала, что дядя Прескота расчетлив и холоден.
— Ничего. Я просто констатирую факты, подкрепленные догадками, которыми уже поделился ваш племянник. — Я покосилась на Прескота, который, в свою очередь, подозрительно взглянул на Оскара.
— Для чего этот спектакль, дядя? Желтая пресса часто гоняется за нами и клевещет на нас. Скандал — далеко не первый и, конечно, не последний. И мне почему-то кажется, что репортеры на твоей стороне.
Оскар вытаращил глаза, будто пытаясь понять, издеваемся ли мы над ним или нет.
— Ты забываешься, мальчик. На твоем месте я бы очень внимательно думал над своими словами, — прорычал он.
Прескот сжал кулаки. У принца начала подергиваться нижняя челюсть, и я догадалась, как сильно он старался себя контролировать.
— Я целый год жертвую своей жизнью ради долга, страны, семьи. Но не могу позволить и не позволю…
— Но тебе придется пожертвовать гораздо большим, — прервал его дядя. — Каждому нужен образ врага, чтобы не смотреть на собственные недостатки, и я слишком долго играл роль злодея. Теперь ты будешь выполнять свой долг, а она… — Оскар указал на меня и добавил: — Эта мисс тебе мешает.
Я невольно сжала плечи так сильно, что заболели сухожилия. Прескот стиснул зубы.
— Сильвер не имеет к этому никакого отношения. Я знаю: ты что-то замышляешь, дядя. Я не позволю тебе свалить на нас вину за крах монархии. Люди не митингуют без причины. Народ расколот и сломлен, как и вся система, которую ты судорожно пытаешься сохранить. И поскольку ты ищешь оправдание собственным неудачам, ты выставляешь своих близких за идиотов. Ты не можешь удержать трон при помощи притворства, интриг и лицемерия! — Прескот подошел к отцу. — Скажи что-нибудь, папа! Ты же понимаешь, что я прав.
Филипп вздрогнул, как будто не ожидал, что ему надо говорить. Он вздохнул, поправляя очки.
— Мне очень жаль, Прескот. Видит бог, я редко соглашаюсь с Оскаром, но, вероятно, приглашать сюда Сильвер было действительно не очень хорошей идеей. Я отнесся к девушке по-отечески. Мне хотелось видеть вас счастливыми. Несмотря на затруднительные обстоятельства, мы — я имею в виду Оскара и его близких — одна семья, поэтому я не собираюсь слушать, как ты обвиняешь своего дядю. Нам следует успокоиться и подумать. Возможно, Сильвер будет лучше не во дворце, а в другом месте. Ей незачем жить здесь, рядом с тобой.
— Что? — крикнул Прескот. — Я…
Филипп не дал ему договорить и одернул сына лишь одним-единственным строгим взглядом, которого я никогда раньше у него не замечала.
— Мы все обсудили и пришли к выводу, что нужно расставить приоритеты. А самым главным приоритетом является коронация. Сильвер… — Филипп повернулся в мою сторону и посмотрел на меня почти извиняющимся взглядом. — Журналисты застают врасплох всех нас, но мы должны избегать скандалов в течение последующих дней. Прескот должен выполнять свои обязанности, но, к сожалению, у него возникают некие… проблемы, когда ты находишься рядом. Поэтому я бы хотел попросить тебя покинуть королевский дворец. Отдохни от этой суеты. Я уверен, смена обстановки пойдет тебе на пользу.
Я промолчала и лишь уставилась на него. Филипп улыбался, разговаривал со мной дружелюбным тоном, но только что выгнал меня из дворца.