Мы вывернули в коридор побольше… И я замерла, пораженная открывшимся перед глазами зрелищем.
Тут оказалось, на удивление, многолюдно. Точнее, оживленно, потому что людей здесь, собственно, можно было по пальцам пересчитать, зато всех остальных, да еще таких затейливых… Увиденное, затмило все предыдущие чудеса — даже факт моей принадлежности к иномирной вымершей расе.
— Чего застыла аки статуя? Мне с тобой цельный день возиться некогда, — схватила меня за руку баба Тина, когда я зависла посреди прохода, подавившись вопросами, что так и рвались с языка.
Слов не было. Совсем. Остались одни междометия.
Мимо прошла красивая женщина в деловом брючном костюме. Рядом с ней плыла непонятная водяная субстанция.
— Не волнуйтесь, уважаемый Хэ-бо, — пропела красавица и перебросила через плечо длинную русую косу, переплетенную широкой атласной лентой. — Экология современного Китая оставляет желать лучшего. Вашего отсутствия там и не заметят, понимаете? А вот отсутствие самого знаменитого приведения Тауэра обнаружат сразу. Туристы, так уж точно.
— Но, Василиса Святогоровна, нейши, я всего лишь речной дух, не более. Призраком никогда не подрабатывал, — булькала субстанция, оставляя на светлых полах мокрые следы, которые, правда, мгновенно высыхали.
— Ну, Хэ-бо, миленький, выручайте, — взмолилась женщина, широко распахнув неправдоподобно синие, сияющие, как летнее небо, глаза, и коснулась водяной поверхности кончиками пальцев, словно погладила. — У меня привидение Тома Бекета, архиепископа Кентерберийского, срочно в отпуск улетело, по семейным обстоятельствам. Горю… Спасайте!
— Видите ли, прекраснейшая, моя стихия, в некотором роде, вода… — снова озадачился речной дух и принял форму, отдаленно напоминающую мужчину.
— Кокетничает, — тихо прокомментировала Тинаида.
Дама в брючном костюме вместе со стеснительным «водяным» скрылись за поворотом, их разговор затих, зато навстречу нам вывернула еще более странная пара — белка в красном сарафане и кокошнике, а с нею кот, в камзоле, сапогах со шпорами и при шпаге. Они вышагивали чинно, степенно, о чем-то деловито разговаривая. Выглядело это настолько забавно, что я невольно улыбнулась.
— Ох, Василий Тимофеевич, — сокрушалась белочка. — Ну, никаких условий для работы. Да и должность, стыдно сказать — белка парковая! Зарплату задерживают, премиальные зажимают! И это при том, что трудиться приходится абсолютно, стесняюсь сказать, обнаженной! Полное беличье «ню» за такой скудный заработок!
— Омурр-зительно, — сочувственно кивал огромный черный кот, цепко придерживая спутницу за локоть.
— А дети? Они приносят одни орехи! — продолжала жаловаться на жизнь его собеседница. — Бюрократы в отделе кадров говорят, что это мой продуктовый паек. Даже хотели вычесть его стоимость из оклада! Представляете?
— Скве-ур-но — топорщил усы кот.
— А я шашлыка хочу. Да я в казино лет пятьдесят не была.
— Как я вас понимяя-ууу…
И они прошли мимо, лишь вдали еще некоторое время слышался звон шпор.
— Говорящие… — прошептала я.
— Жертвы магических экспериментов, а гонору, как у полноценной рабочей единицы, — проворчала в ответ баба Тина и потащила меня дальше.
Я послушно шагала за кикиморой и озиралась по сторонам. Вокруг переговаривались, суетились, пробегали или, наоборот, медленно проплывали, как привычные на вид, так и абсолютно диковинные создания.
У широкого окна стояли двое мужчин — высокие, симпатичные, в джинсах и футболках. Один из них обернулся, улыбнулся мне, привлекая к себе внимание… А вот когда я рассмотрела его поближе, то чуть не вскрикнула. Зубы у этого существа были явно не человеческие. Острые. Частые. В несколько рядов. Еще у него обнаружились рога, и кожа отливала красным.
— Ты чего? — насторожилась Тинаида, когда я, приглушенно охнув, вцепилась в ее рукав.
— Тот человек… Он…
Кажется, у меня опять все слова закончились.
— Демонов никогда не встречала? — понимающе хмыкнула кикимора. — Ах, да, где тебе, сердечной. Как разглядела только? Они же в личине, а истинное зрение тренировать надо. Видать, сильна в тебе сила-то ведьминская. Ничего, Кирилл Сергеевич на учебу направит, да быстро к делу приставит.
Спутница мне попалась разговорчивая. Иногда давала пояснения увиденному, а иногда просто болтала о том, о чем я не имела ни малейшего представления. Наконец мы миновали просторный зал, в центре которого стояло огромное дерево, кроной упираясь в потолок, и остановились перед массивной дверью с табличкой «Глава департамента межмировой магической таможни Земля-Мидгард Марвелл Кирилл Сергеевич»..
— Ну, вот и пришли, — улыбнулась Тинаида, внимательно меня осматривая. — Ты, девонька, не тушуйся, но и не спорь с ним. Он хоть мужик и толковый, а все ж таки лорд.
— Кирилл Сергеевич?
Необычное для лорда имя уже не удивляло.
— Он самый и есть, — подтвердила кикимора, ободряюще похлопала меня по руке и постучала.
Двери распахнулись, приглашая нас войти, что мы, собственно и сделали.
Кабинет директора в таком современном здании я представляла иначе. Точнее, в моем понимании, подобного помещения здесь попросту не могло быть. Мы попали не в комнату, а в большой зал, где каждый наш шаг по блестящему мраморному полу отражался гулким эхом от стен. Резные каменные колонны, как грозные часовые, выстроенные в два ряда, поддерживали сводчатый высокий потолок, весь исписанный неизвестными рунами.
Старинные арочные окна, полуприкрытые тяжелыми портьерами. Огромный, в человеческий рост, глобус с очертаниями неизвестных материков. Стены, сплошь заставленные книжными шкафами. И ниши, в которых цокали, шипели, клокотали или просто безмолвствовали необычного вида приборы. Ничего подобного мне до сих пор видеть не приходилось.
— Ох, а хозяина-то и нет! — всплеснула руками баба Тина, разворачиваясь к массивному письменному столу, выглядевшему таким же торжественно-древним, как весь зал, и заваленному грудой папок, странных предметов и… свитков. — Ну да ничего. Ты присядь вон на стульчик, детонька, да обожди немного. А я пойду, дела у меня.
— Спасибо…
Двери за моей провожатой закрылись, и я осталась одна в мрачном, полутемном зале, где каждый, даже самый тихий вздох отдавался гулким эхом. Присела на стул, положила на колени злополучную сумку, сильно пахнущую духами, и невольно поморщилась. Мне и самой резкий запах причинял дискомфорт, что уж говорить о тех людях и… нелюдях, у которых обоняние заведомо лучше. Да, нехорошо получилось.
Внезапно в кабинете стало светло. На стенах разом вспыхнули факелы — самые настоящие, с живым огнем и запахом сгорающего масла. А затем в центре мраморного пола образовалась широкая вихревая воронка, последовала ослепительная вспышка, и посреди зала появился тигр.
Тигр! Самый настоящий!
— А-а-а! — испуганно заверещал кто-то, переходя фактически на ультразвук.
Понадобилось несколько секунд, чтобы понять: кричала, оказывается, я. Со стула непонятно когда успела вскочить, его между нами выставить и сумку перед собой, как щит, поднять — обеими руками… И мне даже не было стыдно за свое поведение. Во-первых, не каждый день сталкиваешься с живым тигром, свободно разгуливающим по офисному зданию. Хотя здесь и не такое разгуливает. А во-вторых, конкретно этого представителя семейства кошачьих я раньше уже встречала. Могу поклясться, именно он приснился мне прошлой ночью.
Ярко-рыжий, почти красный окрас, четкие черные полоски и взгляд… Простой зверь не может так смотреть. В желтых глазах светился разум, словно не хищник на меня взирал темно-золотыми, цвета расплавленного меда глазами, а человек.
Воздух вокруг тигра сгустился, подернулся маревом и… Через мгновение на месте животного уже стоял мужчина. Знакомый такой мужчина. Тот самый, опасный для всех, но почему-то не для меня. Излучающий тепло, но сверкающий злыми янтарными глазами… Мужчина, которого я видела в университетском дворике в компании Верле.
Но какое имеет значение, знакомый тигр или незнакомый? Все равно страшно. Очень. Поэтому кричать я не перестала, но тональность слегка изменила.
— О-о-о! — вопль перешел на новый виток, потому что не каждый день при вас громадный зверь в человека превращается.
— Кричать прекрати!
Бархатный, приятный до мурашек, пусть и строгий, голос заставил замереть. Звук оборвался на полуноте, будто кто-то нажал невидимую кнопку «стоп». Не в силах пошевелиться и вымолвить хоть слово, я наблюдала, как с ленивой грацией хищника, знакомый незнакомец пересекает зал и подходит ко мне.
Вблизи мужчина выглядел еще привлекательнее. Аристократические черты лица, плотно сжатые губы, волевой подбородок… Ну чем не герой женских любовных романов? Дыхание сбилось как-то само собой, колени ослабли, даже руки задрожали, а по телу разлилось приятное тепло.
Никогда я так не реагировала на противоположный пол. С другой стороны, подобных экземпляров, да еще совсем рядом, до сегодняшнего дня видеть тоже не приходилось. И я стояла, потрясенная, оглушенная… Ровно до тех пор, пока незнакомец не открыл рот.
Прямой ровный нос брезгливо сморщился, и мужчина чихнул. Затем еще раз, и еще… В конце концов достал из кармана платок и прикрыл им нижнюю часть лица.
— Чем здесь несет? — промычал он.
Стало стыдно. Слова хозяина кабинета моментально отрезвили, вырывая из нездорового оцепенения и выветривая из головы весь розовый бред. Я спрятала пропахшую духами сумку за спину, откашлялась, аккуратно обошла стул.
— Добрый день, — произнесла чуть охрипшим после крика голосом, полагая что ситуации и форс-мажоры существуют разные, а вежливость еще никто не отменял.
— Бывало и добрее, — проворчали в ответ. Видимо, мужчина о вежливости имел совершенно иное мнение. — Кто вы?
Он снова скривился и развернул платок, прижимая плотнее. Теперь я разглядела вышитые на белоснежной ткани буквы: «КМ».
КМ? Кирилл Марвелл? Вот, значит, какой ты, директор ДММТ. Неучтивый и негостеприимный, ко всему прочему. Подумаешь, духами пахнет.