— Да, будете. Но я всё-таки решила не давать их контакты, пока мы не пообщаемся нормально.
— А сейчас мы чем заняты?
— Вы поняли, о чём я. Нормально — это значит столько, сколько я захочу, чтобы понять, стоит ли вас рекомендовать этим людям.
Я засмеялся. Эта ловушка была настолько же прямолинейной, насколько и эффективной.
— Позже я пришлю вам и имена этих людей, и доказательства, что лично знакома с ними.
В этот момент официант принёс кофе, я оплатил счёт, и мы с Эльвирой вновь остались тет-а-тет.
Но пауза в разговоре не прерывалась. Я добавил сахар в кофе и медленно размешивал его ложечкой. Молчать мы оба мастера, как оказалось.
— У меня возникает закономерный вопрос. Уверен, вы догадываетесь какой, — прервал я молчание.
Уголки женских губ еле заметно шевельнулись в знак согласия. И я продолжил:
— Вы хотели дать мне эти контакты в качестве извинения. А теперь придумали какую-то проверку, которую я должен пройти, чтобы попасть в зазеркалье с элитными застройщиками. Как это понимать?
— Я умею соединять людей, нуждающихся друг в друге, — мягко и будто бы снисходительно ответила Эльвира.
— Это не объяснение.
— Я знаю, что вы можете быть полезны этим людям. И они уж точно полезны вам. А вы все будете мне…
— Должны?
— Да.
Я усмехнулся. В голове невольно стали мелькать варианты того, как люди возвращают ей долги.
— То есть в качестве извинения вы дадите мне контакты, а я вам буду ещё и должен? — с иронией поинтересовался я, и Эльвира спокойно кивнула. Вряд ли эту женщину можно смутить хоть чем-то. Я вновь вспомнил Лиду: когда я говорил с ней в подобном тоне, она всегда тушевалась и начинала нервничать, предполагая, будто что-то сделала неправильно.
— Да, именно так, Вадим. — Эльвира ответила мне понимающей полуулыбкой. Интересно, она способна улыбаться по-настоящему? Или мышцы на её лице не рассчитаны на такие нагрузки? — Поначалу я хотела дать вам контакты просто так. Но вы не уделили мне времени, отнеслись несерьёзно. И теперь я не уверена, стоит ли рекомендовать вас тем, кто такого отношения не прощает.
А вот это было красиво. Эльвира поняла, что моё ограниченное время — блеф.
Интересно, знает ли она, что и её блеф мне очевиден. Скорее всего, да.
Никакая это не проверка, или, во всяком случае, не только она, а ещё и повод пообщаться со мной подольше. Будто бы я не знаю, как смотрит женщина, которая мной заинтересовалась. Тоже мне мальчика нашла.
Ладно, играем дальше.
— Вы можете думать как вам угодно, но никакого неуважения с моей стороны не было. Исключительно стечение обстоятельств, — произнёс я вежливо, но прохладно.
— У тебя будет возможность доказать это.
Тебя? Принудительное панибратство какое-то. Или у Эльвиры, как и у Эрика, существует лимит на вежливость? До этой минуты я не понимал, как два этих персонажа могут быть мужем и женой, уж слишком они разные и как будто бы из разных миров. Что ни говори, в Эльвире есть что-то элегантное, в отличие от её мужа-мужлана. Но, может, у них больше общего, чем кажется на первый взгляд? Надеюсь, до мата хотя бы не дойдёт.
— Я не собираюсь ничего вам доказывать. Не хотите делиться контактами? Никаких проблем. Извинения и так приняты, можно закончить встречу ещё раньше. И просто продолжить работу над нашим проектом.
И снова это был блеф с моей стороны. Я должен был пройти по грани между капканами, расставленными этой женщиной, и бонусами, которые она могла дать студии. Я шёл ва-банк, хотя и не был уверен, что Эльвира не пошлёт меня на все четыре стороны.
И вдруг на её беспристрастном лице появилось что-то новое, похожее на раздражение. Даже ноздри раздулись от негодования. Видимо, эта женщина не привыкла к такому общению, когда она не получает сразу же всё, что ей вздумается.
— Хочешь ты или не хочешь, Вадим, а всё равно сделаешь по-моему, — проговорила Эльвира тем не менее спокойно. И сладко до тошноты. — Можешь идти. Я тебя не держу.
Вот это самоуверенность. Вот это стерва! Я даже на мгновение посочувствовал Эрику. Но лишь на мгновение. Потом позавидовал сам себе из-за того, какая супруга у меня была. Но тоже лишь на мгновение…
— Интересный стиль переговоров, — съязвил я.
— Это не переговоры. Я просто хочу получить то, что хочу, — парировала змея.
— Могу лишь пожелать вам удачи. А по нашему проекту не затягивайте. С ним давно надо покончить.
Эльвира одобрительно кивнула головой.
Ускорившись, я допил кофе, затем встал и протянул ей руку, чтобы попрощаться как с деловым партнёром. С задержкой, но Эльвира ответила взаимностью. Её ладонь оказалась очень сухой и прохладной на ощупь, что иронично восхитило меня — как же всё гармонично в этой стерве. Может, она ещё и чешую сбрасывает?
Хотелось бы с ней никогда больше не видеться. Но не судьба. Если контакты Эльвиры не выдумка, то мне они нужны.
.
Я даже не успел вернуться в офис, когда телефон активно завибрировал от кучи уведомлений.
Оказалось, Эльвира прислала несколько ссылок и дополнила их сообщением: «Когда ознакомишься с ними, сам мне позвонишь».
Сучка. Но посмотрим, кто кого.
В то же самое время в общем чате студии происходило ещё кое-что, связанное с этой женщиной. Там бурлила невиданная в рабочих делах активность. Главный дизайнер написала:
«А-а-а-а!!! Я не знаю, как это понимать, но жена Эрика только что связалась со мной и без обсуждений всё одобрила! Охренеть!!! Надо вот было нам мозг весь продолбать, чтобы потом принять без правок самый первый эскиз? А ещё её зовут Эльвира!»
Коллеги мгновенно отреагировали:
«Ну и имечко. Наверняка та ещё стерва».
«Имя для ведьмы».
«А документы будем на неё переоформлять или муж будет подписывать? Главбух, финдир, ау?»
«Имя для дешёвой парикмахерской».
«Точно! Эльвира — повелительница тьмы. Гы-гы».
Много чего ещё накидали в чате. Местами грубо. Местами, может, и несправедливо, но — как говорится: vox pópuli vox Déi — «голос народа — голос Бога».
В основном чат был абсолютно прав.
52
Вадим
В среду с самого утра чувствовал себя плохо. Пробежку закончил раньше обычного из-за кашля и в целом болезненного состояния, не предвещавшего ничего хорошего.
До офиса доехать надо было в любом случае, что я и сделал, кое-как прорвавшись через адские пробки.
Впрочем, можно было и не ехать. Как оказалось, электричество нам отключали несколько раз за утро, в связи с чем начались ещё и проблемы с интернетом.
В итоге часть студии маялась всякой дурью. В такие моменты внутренний чат особенно оживает под предлогом того, что сотрудники официально не могут выполнять рабочие обязанности.
Но чатов у нас несколько и далеко не в каждом я присутствую, по понятным причинам.
Благо «свои» люди всегда находятся, и, если персонал начинает шушукаться о чём-то важном, мне, как правило, пересылают это в личку. Чаще всего это делала Виолетта.
Сегодня она переслала мне свежую сплетню с подписью: «Босс, не расстраивайся».
Судачили про Лиду, но совершенно не в том контексте, в котором я ожидал. То, что я снял кольцо — а это не могли не заметить, — видимо, ничего нового никому не сообщило. В этот раз коллеги обсуждали, что Лида устроилась на работу в «Интродизайн» — студию, с которой мы конкурируем уже много лет.
Странный выбор с её стороны. Не думаю, что в этом есть злой умысел, но я всё равно удивился, мягко говоря. Из «Баухауса» было непринято переходить в эту студию. Куда угодно, но не туда. Это дурной тон.
И удивительно, что новость пришла из чата, а не от Лиды лично.
«Вадим, есть ещё кое-что, но я не уверена, что это стоит тебе знать. Ты точно расстроишься», — написала Виолетта вдогонку.
«Говори. Осведомлён — значит, вооружён».
«Как знаешь. Я тебя предупредила. Это не из нашего чата, если что. Это из "Интродизайна"».
На скриншоте оказалась переписка, в которой обсуждалось, будет ли Лида «трахаться с нашим боссом так же, как и с Озёрским? Или они уже? Может, она к нему и ушла?»
Я не смог бы объяснить даже самому себе, почему эта переписка опустила моё настроение куда-то намного ниже плинтуса. Сплетни и сплетни, обычное дело. Я на такое никогда не обращал особого внимания. А тут как-то полоснуло по живому.
Или во мне осталось место для ревности?
Должно быть плевать уже, после измены Лиды. Нет?
Но, даже если так, это же нормально — не желать матери моего ребёнка связываться с кретином? А босс в «Интродизайне» и вправду та ещё тварь. Я знаю, о чём говорю, как-никак мы начинали с ним вместе. Он стоял у истоков «Баухауса», пока не решил открыть собственную студию. Так и идём с ним ноздря в ноздрю уже третий десяток лет.
А может, я просто из-за недомогания так на всё реагирую и ревность тут ни при чём? Кашель никак не унимался, я начал подозревать, что всё-таки заболеваю, и уехал домой ещё до полудня.
53
Вадим
Зашёл в квартиру с мутной головой. Всё, чего я хотел, — лечь отдохнуть на часок, а там уж видно будет, заболел я или просто слегка простудился.
Прошёл по коридору, толкнул приоткрытую дверь в кабинет и увидел нашу домработницу Олю.
Девушка не заметила меня, сосредоточенная не на внешнем мире, а на собственных ощущениях. Надев на себя мой пиджак, она лежала на диване с закрытыми глазами, гладила лицо рукавом, в который была вдета одна рука, и медленно ласкала себя другой. Олины джинсы валялись на полу. Приспущенные белые трусики были натянуты расставленными в стороны ногами. Она тяжело дышала.
Я попятился назад, попытавшись уйти от неловкой ситуации, но проклятый кашель уничтожил всю конспирацию. Оля громко взвизгнула от испуга, вскочила и поспешно стала натягивать бельё. Я видел это боковым зрением, потому что сразу демонстративно отвернулся, чтобы у девушки и мысли не возникло, будто я за ней подглядывал.
Откашлявшись и не глядя на Олю, произнёс слегка сиплым голосом: