Медленно обернулся. Все застыли, как восковые фигуры в паноптикуме. На лице мерзавца, которого я определил как местного мага-подмастерья, большими неоновыми буквами из рекламы над секс-шопом застыло вязкое непонимание и недоумение. И лишь барон не подкачал. Альфа-самец, всё же. Хорошая реакция, сметка, решительность и прочие качества лидера. Он привстал на своем деревянном пыточном кресле и заорал: "Чего же ты ждёшь, безрукий болван! Начал, так убей его! Убе-е-й"!
Маг засуетился, замахал широкими рукавами мантии, и в меня полетел большой, но какой-то рыхлый и пустотелый шар огня. Он сразу безвредными искрами растекся по моему щиту. И этим они хотят сделать мне бо-бо? Мне, которого не убили краденые из "Горэлектросети" четыреста ватт на пятьдесят герц, отбивающие бешеную ирландскую чечётку на полу Башни архимага при моём переносе? Мне стало обидно. Чтобы разобраться с негодяем, я правой рукой вздернул его вверх, а левой заставил всю эту группу подтанцовки у подножья баронского стульчака рухнуть на четыре кости.
– Ты что-то хотел мне сказать, недоумок? – с интересом спросил я. Зря я с ним начал разговаривать. Уж больно неудачно ухватил ублюдка за горло, и теперь этому троечнику нечем было дышать. Он извивался в моей руке как червяк. – Ты хотел вызвать огонь, так ведь? Но у тебя не получилось, неудачник. Смотри, это делается так!
Я отпустил местного мага, брезгливо встряхнув ладонью в его сторону. Распятую в воздухе фигуру местного колдунишки разом охватило слепящее глаза белое пламя. Маг закричал изо всех своих сил. Кричал он долго, минуты три. Пока не прогорел и не осыпался на пол жирным пеплом. Я обернулся и посмотрел на латников с алебардами у себя за спиной. Самый умный из них медленно наклонился и аккуратно положил алебарду на пол, успокаивающе протягивая ко мне раскрытую ладонь левой руки. Остальные пока тормозили с принятием решения, недоумённо поглядывая то на барона, то на своё начальство, трясущее башкой, стоя на четырех мослах. До сих пор в себя не пришли, козлы. Раздражённо смахнул воздушным кулаком туповатых дружинников к дверям. Как они лязгали своими латами, катясь по каменному полу! Это надо было слышать.
– А теперь ты, жадный хомяк, – сказал я барону, демонстративно потирая руки и разминая пальцы. – Эй, кто там! Вы, вы, советник! Подойдите сюда.
Я призывно замахал рукой. Вечно я забываю имена людей, с которыми не работал бок обок. Ко мне подскочил юркий мужичишка из состава нашей комиссии.
– Кинжала, вижу, у вас нет? Возьмите мой. А лечебные амулеты есть? И я не подумал… ладно, потом их подлечу. А пока режьте верёвки, освобождайте своих людей. А я займусь другим делом.
Сначала я лишил баронское кресло сиденья. Просто задействовал "Преобразование материи" и превратил крепкий дуб с кожаной подушкой на конском волосе в гниль. Барон этого никак не ожидал и мигом провалился на своём стульчаке вниз. Нет, на самом деле! Его поза – "Горный орёл на толчке", как никогда правильно отражала величие власти на своём историческом месте. Барон делал слабые попытки выбраться, но не мог. Я сделал из его мышц желе.
– Уважаемые члены комиссии, как вы думаете, нужен ли будет этот червяк для решения стоящих перед нами вопросов? Скажу более конкретно. За последние годы барон Розальт просто охамел. Его претензии к представителям вольного города росли год от года. Росли поборы, воровство и наглость баронской дружины, местных стражников, пограничников и таможенников. Враз эту гниль не вылечишь. Но её можно враз выжечь! Так вот, внимание, вопрос! Нужен ли такой барон вольному городу в соседях? Если не нужен, кем его заменить? Если подходящей замены нет, ставлю вопрос шире: а нужно ли вообще под боком вашего города такое баронство? Или его разумнее будет выжечь палом, как сорняк, заражающий землю и делающий её бесплодной? Думайте, я жду вашего решения, уважаемые советники.
Пока советники думали, я драконом дыхнул на стену за баронским креслом огнём. Пламенем вспыхнула драпировка, стали падать и звенеть закреплённые на стене щиты и оружие. В своём продавленном кресле замычал и забился барон Розальт. Видно, он глубоко воспринял мои слова о его нужности и незаменимости на своём посту. Советники из чрезвычайного посольства встали в кружок и начали шушукаться. Барон настойчиво агукал напрочь обделавшимся грудничком. Впрочем, его поза этому не препятствовала, наоборот… Наконец, один из советников повернулся ко мне.
– Такой барон-забияка и вор, живущий за счёт воровства богатств своих соседей, городу действительно не нужен, ваше магичество. – Барон забился из последних сил и громко испортил воздух. Советник с интересом посмотрел на него и продолжил. – Но он получил хороший урок, и впредь будет внимательно смотреть за исполнением имперского договора. Думаю, что менять сейчас этого барона на нового, ещё непуганого дурака и кровопийцу, которого ещё нужно будет учить и учить, не имеет смысла. Но только при условии, что барон Розальт отдельным приложением к договору подтвердит все установленные в нём границы, торговые переходы, ярмарки, размеры пошлин и свободные от местных поборов торговые пути в Империю…
Барон перешёл на сплошное мычание и пляску святого Витта.
– …а так же выплатит неустойку и компенсацию за все наши потери…
Аж поломанный стул барона заскрипел, так он начал раскачиваться, знать хотел немедленно осыпать представителей вольного города серебряным дождём, вот и казначей тут под рукой.
– …то мы можем заключить новые договорённости, касающиеся наших отношений…
Дальнейшее мне стало просто не интересно. Я позволил баронскому креслу рухнуть и покатиться вниз. Из его обломков и восстал обновленный и полностью готовый к сотрудничеству барон Розальт. Его шатало от слабости, но жажда жизни светилась в его глазах пламенем огромного маяка, что стоит на подходе к главному городу его баронства. Дело было сделано. Заказ вольного города был выполнен на "отлично". Мне тут делать было больше нечего. Пора возвращаться и оценивать свою новую недвижимость в вольном городе. Да и в Башню пора. Заждались меня там.
***
Возвращение блудного попугая в Башню прошло по-деловому, без излишней шумихи. Но с прибытком. Фаберже получил нового подручного на обкатку и шлифовку, я легализацию в нужных масштабах и скромный начальный статус безземельного мага-шабашника со своей избушкой. Поговорив с персоналом, я дал команду Фаберже немедленно отбыть в горы, на земли архимага Ассарт-хана. Что-то настойчиво мне подсказывало, что через пару недель информация о том, что в Башне престарелого архимага вьёт гнездо неизвестный широким магическим кругам юный маг-нетопырь без академического диплома, станет широко и быстро распространяться среди заинтересованных лиц, и они, эти самые заинтересованные морды, захотят попробовать молодого затворника на зубок. Ага, проще говоря, захотят горло ему перегрызть в борьбе за жилплощадь в эксклюзивной Башне Древних магов. Ведь правило магических поединков никто не отменял. Победитель получает всё! Это меня не радовало, а лишь пугало. Ну что я могу получить с этих колдунов деревенских? Лишь лишнюю головную боль: где я всю эту гопоту малограмотную хоронить буду? Ну, да ладно! До этого момента ещё дожить надо.
А пока – учиться, учиться и учиться! Я раскрыл магокомп и активировал большой экран. Там сразу же появился виртуальный тёмно-синий архимаг.
– Ты знаешь, Игорь, я тут подумал и решил. А не упускаем ли мы такой раздел теории магии как использование даровой и могучей силы различных элементалей? Вот почему ты не привязал к своему домику элементаля воздуха?
– Потому, что не верю в рабский труд. Везде для работы нужна серьёзная мотивация. Просто так пахать никто не будет. А заинтересовать воздушного элементаля своими подарками я пока не могу. Это же дитё трехлетнее. Ему бы всё играться и порхать. А работать круглые сутки и толкать в воздухе тяжёлый дом ему неинтересно. Как-то так. Кстати, об элементалях, архимаг Ассарт-хана. Думаю, в ближайшее время на твои земли к Башне полезет блошиная стая безземельных и безденежных низкоранговых магов. Делить твоё наследство и приватизировать твою Башню. Я могу организовать тебе разговор с элементалем земли, чтобы он ставил перед ними непроходимые препятствия и прочие препоны.
– Это излишне, Игорь. Мои земли достаточно хорошо защищены. Ты можешь лишь немного освежить заряд охранных артефактов. А Башня не зря стоит в скалах. Добраться до неё, тем более её штурмовать, эти вши не смогут.
– Ага, не смогут! Я же смог!
– Тебя, Игорь, призвал я. На свою голову призвал. Но я рад, что моя Башня не достанется им, этим вшам с земель Иссхора. Однажды они обломали свои руки об меня, а теперь руки им оборвёшь ты. И не будем больше об этом. Так как тебе моё предложение насчёт элементалей?
Глава 8.
По срокам наезда на меня и Башню я ошибся всего на несколько дней. А вот по форме нападения обмишурился капитально. Я говорил деду Хана о полчищах мелких, полуобученных магов, блохастым покрывалом ползущих на приступ нашей Башни. Ан нет, на деле всё было совершенно не так. Дней через десять после моего предупреждения о готовящейся кампании по отжатию, захвату и приватизации нашего магического имущества, к нам в Башню прилетел волшебный посланник с телеграммой "Молния" в клюве. Волшебный, он же магический вестник/посланник/почтальон был просто светящейся днём и во тьме ночной энергетической "галочкой", той самой птичкой, которую вы ставите на выборах в квадратике избирательного бюллетеня. Если ходите на выборы и ставите её, конечно. Только больше размером; почтальон был сантиметров в пятнадцать на глаз. Волшебный вестник – это недорогой, вполне себе бюджетный письмоносец, которого вы можете послать адресату, точно зная его имя или место, где он находится. В нашем случае достаточно было сказать: "Лети в Башню архимага Ассарт-хана". И эта волшебная птичка-галочка доставит вам материальное письмо, если оно есть, либо просто высветит текст сообщения на стене, коре дерева, в тёмной луже разлившегося родника или на любой другой поверхности поблизости от вас.