Один достал рацию и доложил кому-то о происходящем. Тем временем Готорн принялся осматривать помещение. Вот он подошел к двери, ведущей на террасу, достал носовой платок и осторожно взялся за ручку. Дверь оказалась незаперта. Готорн исчез снаружи. Я выкарабкался из кресла и последовал за ним, хотя все еще подташнивало.
Полисмены закончили звонить. Мучаясь от безделья, они периодически косились в мою сторону, однако даже не спросили, кто я такой.
На свежем воздухе мне сразу стало лучше. Терраса, подобно интерьеру квартиры, напоминала студийные декорации: садовые стулья, цветы в горшках, гриль. Чем-то похоже на балкон из сериала «Друзья», где Джоуи, Чендлер и все остальные любили зависать. Терраса располагалась в задней части здания, металлическая пожарная лестница спускалась в переулок. Готорн стоял на краю, глядя вниз, и курил. Я заметил, что он потребляет убийственное количество сигарет за день – не меньше двадцати, а то и больше. Услышав мои шаги, он обернулся.
– Преступник ждал здесь. К тому времени, как Дэмиэн Каупер вернулся с похорон, неизвестный уже проник в квартиру, открыв дверь ключами с Британия-роуд, затем вышел сюда и принялся ждать. Тем же путем и удалился.
– Погоди… Откуда ты все это знаешь? С чего ты взял, что это был мужчина?
– Дайану Каупер задушили шнуром от занавески, сына порубили на куски. Убийца либо мужчина, либо разъяренная до предела женщина.
– Ну а остальное? Откуда ты знаешь, что все произошло именно так?
Готорн лишь пожал плечами.
– Слушай, лучше расскажи, иначе мне придется сочинять. – Эту угрозу я уже использовал раньше.
– Ладно…
Готорн щелчком отбросил сигарету.
– Попробуй поставить себя на место убийцы, принять образ его мыслей. Ты знаешь, что Дэмиэн вернется сюда с похорон. Будильник подсунули нарочно с целью довести его до нервного срыва. А может, ты на кладбище, в толпе, или прячешься за надгробиями и вдруг слышишь, как он говорит своей девушке: «Я еду домой» – тут-то у тебя и созрел план.
Единственная проблема – ты не знаешь наверняка, будет ли он дома один. А вдруг Грейс все-таки поедет с ним? Или он привезет викария? Значит, надо подождать удобного момента, а если он так и не представится, то смыться легко – пожарная лестница спускается до самой земли.
– Может, он и пришел этим путем?
– Дверь в гостиную заперта и закрыта изнутри на задвижку. Нет, убийца вошел из прихожей, огляделся, где бы спрятаться, и выбрался на террасу. Идеальное место – в окно прекрасно видно, кто находится в квартире. Итак, он убеждается, что Дэмиэн вернулся один, выходит в гостиную и… – Готорн умолк.
– И вышел точно так же? – напомнил я.
– След от ботинка.
Готорн указал на пол, и я только сейчас заметил возле пожарной лестницы красный полумесяц – убийца наступил в лужу крови. Мне вспомнился отпечаток, найденный в доме Дайаны Каупер, – вполне возможно, идентичный.
– В любом случае он не мог выйти через главную дверь, – продолжал Готорн. – Ты же видел раны – нападавший был бы по уши в крови. Вряд ли он рискнул бы фланировать по Брик-лейн. Скорее всего, снял пальто, спустился вниз и растворился в переулке.
– А ты понял, как будильник попал в гроб?
– Пока нет. Надо поговорить с Корнуоллисом. Только нам нельзя сейчас уходить – придется давать показания Мидоузу, когда он заявится. И побольше молчи, прикидывайся тупым.
Готорн бросил на меня ироничный взгляд.
– Тебе это будет нетрудно.
Два часа спустя в квартире было не протолкнуться. Констебли вызвали местного инспектора, а тот, в свою очередь, следственную бригаду. По дому бродили существа в спецкостюмах, масках и перчатках, неотличимые друг от друга. Фотограф то и дело ослеплял яркой вспышкой. Над трупом склонились медэксперты, осторожно обрабатывая руки и шею ватными палочками. Я знал, что они ищут: если между потерпевшим и преступником был какой-либо физический контакт, можно найти ДНК. Обе руки поместили в непрозрачные пластиковые пакеты. Удивительно, до чего быстро Дэмиэн терял человеческий облик – и это еще не самое страшное. Когда пришло время уносить тело, его обернули в полиэтилен и обмотали сверху изолентой. Вышло нечто среднее между Древним Египтом и курьерской доставкой.
От входной двери протянули полицейскую ленту, перегородив лестничный пролет. Интересно, как они будут пропускать жителей верхних и нижних этажей?
Ко мне подошел один из сотрудников, велел снять туфли и забрал с собой.
– Зачем они им? – озадаченно спросил я Готорна.
– Чтобы исключить твои следы, – объяснил он.
– А когда отдадут?
Готорн пожал плечами.
– Долго нам еще тут торчать?
И снова без ответа. Ему хотелось курить, но внутри не разрешали, и это его раздражало.
Наконец явился Мидоуз и тут же принял командование – убийство Дэмиэна Каупера укладывалось в его текущее расследование. На этот раз он показал себя с другой стороны: был собран, хладнокровен, общался с экспертами, делал пометки. Наконец Мидоуз добрался до нас и перешел сразу к сути:
– Что вам тут понадобилось?
– Приехали выразить соболезнование…
– Кончай, Готорн, не смешно. Он тебе позвонил? Ты знал, что он в опасности?
А Мидоуз не так уж глуп! Готорн действительно знал, но станет ли он в этом признаваться?
– Нет, – ответил тот, – не звонил.
– Так зачем ты приперся?
– Ну а сам-то как думаешь? С будильником дело явно нечисто, и если бы ты не был так занят, гоняясь за своим несуществующим грабителем, то и сам бы это заметил. Я хотел расспросить его о произошедшем. Опоздал.
Ни слова о ключах – Готорн в жизни не признается в ошибке. Правда, он забыл, что однажды Мидоуз прочтет об этом в моей книге.
– Значит, когда ты зашел, он был уже мертв?
– Да.
– И никого не заметил?
– На террасе кровавый след от ботинка, если не поленишься взглянуть. Думаю, убийца спустился по пожарной лестнице, так что мог засветиться где-то на уличной камере, однако мы никого не видели – слишком поздно приехали.
– Ладно, проваливай. И Агату Кристи свою забери.
Это обо мне. Агата Кристи – мой кумир, но все равно обидно.
Готорн встал. Я последовал за ним, шлепая по полу в носках, и едва открыл рот, чтобы обратить его внимание на этот факт, как он снял с комода в стиле ар-деко пару черных кожаных туфель и протянул мне. И когда только успел их туда положить?
– Держи.
– Где ты их взял?
– Спер из шкафа наверху. – Готорн кивнул в сторону Дэмиэна Каупера. – Должны подойти.
Я колебался, и он добавил:
– Ему они больше не понадобятся.
Я послушно надел туфли. Дорогие, итальянские, пришлись как раз впору.
Мы вышли на Брик-лейн. Снаружи были припаркованы три полицейские машины, а рядом карета частной «Скорой помощи» – черный фургон, на котором Дэмиэна Каупера доставят в морг. Группа констеблей возводила экран, ведущий от входа к краю тротуара, чтобы никто не увидел вынос тела. На другой стороне дороги скопилась приличная толпа, движение заблокировали. Уже не в первый раз я задумался о телесериалах, в которых принимал участие: вот бы нам столько массовки и транспорта, не говоря уж о съемках в центре Лондона!
Неподалеку остановилось такси. Я подтолкнул Готорна локтем: из машины вышла Грейс Ловелл в том же наряде, что и на похоронах, с сумочкой через плечо, но теперь в компании Эшли в розовом платьице. Остановившись, Грейс растерянно огляделась по сторонам. Завидев нас, она поспешила навстречу.
– Что случилось? Почему здесь полиция?
– Боюсь, вам туда нельзя, – сказал Готорн. – У меня плохие новости.
– Дэмиэн?..
– Его убили.
Мог бы и поаккуратнее – все-таки трехлетний ребенок рядом! А если она услышала и поняла?
Судя по всему, Грейс пришла в голову та же мысль: она притянула к себе девочку, обняв за плечи.
– Как это?..
– Кто-то напал на него после похорон.
– Он… мертв?
– Боюсь, что да.
– Нет, не может быть… – Грейс перевела взгляд с Готорна на дверь и обратно. – Вы уходите?
– В квартире остался инспектор Мидоуз – он ведет расследование. Мой вам совет – не ходите туда, зрелище не из приятных. Вы были у отца?
– Да, ездила забирать Эшли.
– Тогда поезжайте обратно. Мидоуз сам вас найдет.
– А можно? Они не подумают, что?..
– Нет, не подумают – вы же были с нами в пабе.
– Я не это имела в виду… – Грейс решительно кивнула. – Вы правы, я не могу идти туда с Эшли.
– Где папа? – впервые подала голос девочка, явно напуганная суетой вокруг.
– Папы здесь нет, – ответила Грейс. – Мы едем обратно к дедушке.
– Вас проводить? Хотите, я поеду с вами? – предложил я.
– Нет, спасибо, я справлюсь.
Я никак не мог разобраться в Грейс Ловелл. У меня вообще не складывается с актерами: никогда не знаешь наверняка, искренен человек или просто… играет. Вот и сейчас: Грейс выглядела расстроенной, в ее глазах стояли слезы… И все же я подозревал, что это лишь актерство, что она еще на подъезде репетировала свою роль.
Грейс села в такси с ребенком, захлопнула дверь и что-то сказала водителю. Мгновение спустя машина отъехала.
– Убитая горем вдова, – пробормотал Готорн.
– Думаешь?
– Тони, я видел больше горя на турецкой свадьбе. Если хочешь знать мое мнение, она многое от нас скрывает.
Такси миновало светофор и растворилось вдали. Готорн усмехнулся.
– Даже не спросила, как он умер.
14. Уиллсден-Грин
Это был полуособняк в стиле пятидесятых: первый этаж из красного кирпича, над ним оштукатуренный второй, островерхая крыша. Складывалось впечатление, будто здесь одновременно работали три разных архитектора, не представленные друг другу, однако вполне довольные результатом, поскольку они в точности воспроизвели его в соседнем полуособняке-близнеце с общей стеной и общим же дымовым стояком; между одним крыльцом и другим пролегла деревянная ограда. В каждом доме имелся эркер