Тем не менее я догадался, зачем Дайана Каупер обратилась в агентство «Корнуоллис и сыновья». Помнишь, я говорил в поезде: важно учитывать ее состояние. Смотри: одинокая женщина, которой так не хватает покойного мужа, что она до сих пор навещает мемориальный сад. Никому не верит. Ее нагло обобрал Реймонд Клунс. Любимый сын свалил в Америку. Друзей так мало, что прошло два дня, прежде чем кто-то узнал о ее смерти – да и то всего лишь уборщица. Я с самого начала понял, что Дайана очень несчастлива – именно поэтому она решилась покончить с собой…
– Суицид?! – выдохнул я.
– Ага. Ты же видел ее ванную: три упаковки «Темазепама» – более чем достаточно.
– Мы ведь разговаривали с ее врачом – Дайану мучила бессонница!
– Она ему так сказала, чтобы накопить побольше. Скорее всего, Дайана уже приняла окончательное решение, а тут еще кот пропал. Думаю, именно Мистер Тиббс и склонил чашу весов. Прежде ее успел навестить Алан Гудвин с угрозами; прочтя его записку, Дайана решила, что он убил кота. Помнишь? «Я наблюдал за вами и знаю, что вам дорого. Вы за все заплатите, обещаю». Исчезновение Мистера Тиббса стало последней каплей. При этом, будучи женщиной аккуратной и методичной, Дайана решила организовать все как следует, включая собственные похороны. В один день она увольняется из правления театра «Глобус» и идет в похоронное агентство.
Теперь все выглядело таким очевидным!
– Вот почему она знала, что умрет! Потому что сама хотела умереть…
– Именно.
– Но она не оставила записки…
– В каком-то смысле оставила – вспомни детали похорон. Прежде всего песня «Элинор Ригби»: «Откуда в мире столько одиноких?» Это же крик о помощи! Затем поэтесса Сильвия Плат, композитор Джеремайя Кларк… Оба покончили с собой – вряд ли это совпадение, как ты считаешь?
– А псалом?
– Псалом 33: «Много скорбей у праведного, и от всех их избавит его Господь». Это псалом для самоубийц – тебе следовало поговорить с викарием.
– Похоже, ты так и сделал.
– Разумеется.
– А что первое увидела Дайана, когда пришла в агентство? – спросил я. – Помнишь, ты говорил – это важно?
– Мраморная книга в витрине с выбитой цитатой.
«Беды, когда идут, идут не в одиночку, а толпами». Я знал ее наизусть.
– Цитата из «Гамлета». Я не слишком разбираюсь в Шекспире – это больше по твоей части, – но самое забавное, мы постоянно на него натыкаемся. Цитаты на холодильнике у Дайаны, театральные программки на лестнице, потом еще одна цитата на мемориальном фонтане в Диле…
– «Уснуть и видеть сны, быть может». Тоже из «Гамлета».
– Из-за цитаты в витрине ей на ум приходит «Гамлет», и позже это сыграет свою роль, но самое главное – ее узнает Роберт Корнуоллис. Разумеется, у нее известное имя, хотя, я думаю, дело скорее в том, что Дайана похвасталась, какой у нее чудесный сын, – и вот тут Корнуоллис слетает с катушек. Впрочем, он всю дорогу был психом.
Готорн откинулся на спинку стула, явно наслаждаясь разговором.
– Ты уже в курсе, что Корнуоллис учился в академии вместе с Дэмиэном Каупером. Помнишь ту пепельницу, которую мы видели у него на столе? «Главе лучшего похоронного бюро. Роберт Дэниэл Корнуоллис. 2008». Он взял второе имя, а первое приспособил вместо фамилии, и стал Дэном Робертсом.
– Да, он мне говорил – не хотел, чтобы кто-то прознал о его семье.
– Забавно, что Грейс Ловелл подозревала Дженнифер Ли в использовании чужой фамилии. Похоже, там, в академии, никому не интересно, кто как себя называет. Перемотай на несколько лет вперед, и для Корнуоллиса складывается весьма удобная позиция: никто не узнает о его попытке стать актером, никто не свяжет его с академией.
А ведь я-то связал, подумалось мне, хоть и не сообразил, насколько серьезна эта связь. Все было бы иначе, если бы я просто взял телефон и позвонил Готорну!
– У себя дома Корнуоллис тщательно избегал упоминать о том, что делал в молодости, – продолжал Готорн. – Якобы «ездил по миру, занимался разными вещами»… Достаточно посчитать. Ему было сорок с чем-то. По его же словам, в похоронном бизнесе Корнуоллис работал около пятнадцати лет – значит, остается минимум лет пять, когда он занимался чем-то другим. А потом еще Эндрю, его сын, объявил, что хочет стать актером. Помнишь, Барбара Корнуоллис заметила вскользь: «Актерство у него в крови»? Она имела в виду, что мальчик пошел в отца. Однако едва Эндрю начал болтать, отец тут же его прервал: «Пока рано об этом говорить». Эндрю знал, что папа когда-то учился в театральной академии, и Корнуоллис опасался, что сын его выдаст.
– Так вот в чем дело! – воскликнул я. – Постановка «Гамлета»! Она должна была стать триумфом Роберта Корнуоллиса – точнее, Дэна Робертса. Он получил главную роль, на спектакле присутствовали самые крупные агенты, однако Дэмиэн украл у него славу!
– А Корнуоллис не объяснил, как именно?
– Нет. – Я задумался. – Дэмиэн Каупер встречался с Дженнифер Ли, но Грейс рассказывала, что они расстались, и буквально перед репетицией она видела, как Дженнифер целовалась с Дэном…
Неожиданно все встало на свои места.
– На самом деле ее подговорил Дэмиэн! – сообразил я.
Тут я вспомнил кое-что еще.
– Моя знакомая, Лиз, сказала, что в тот год свирепствовал мононуклеоз…
– …Прозванный в народе «поцелуйной болезнью», – добавил Готорн. – Дженнифер намеренно передала вирус Дэну. В результате главную роль получил Дэмиэн, остальное известно. Только вот Роберт Корнуоллис не простил: пять лет спустя он нашел Дженнифер Ли и убил ее.
– Разрубил на куски и спрятал в семи могилах, – вспомнил я рассказ Корнуоллиса.
Готорн кивнул.
– Гробовщику очень удобно избавляться от тела.
– Странно, что его жена ничего не заподозрила.
– Барбара Корнуоллис видела ситуацию с другой стороны. Помнишь, она сказала, что муж пересмотрел все фильмы с участием Дэмиэна? Она думала, что он фанат, и не подозревала о его маниакальной одержимости. Корнуоллис не мог выбросить из головы свою неудавшуюся актерскую карьеру, даже детей назвал в честь своего последнего успеха.
– Тоби, Себастьян и Эндрю – персонажи из «Двенадцатой ночи». Как же я раньше не понял!
– Это была единственная пьеса, в которой он играл после выпуска. Бедняга, наверное, всю жизнь мечтал убить Дэмиэна, каждый день просыпался с этой мыслью, винил его в неудавшейся судьбе…
– А потом к нему пришла Дайана Каупер.
– Верно. Корнуоллис не мог добраться до Дэмиэна – тот живет в Америке, знаменит, всегда в окружении свиты поклонников. А вот похороны – дело другое, отличная возможность осуществить многолетнюю мечту. Поэтому он и убил Дайану – чтобы добраться до сына.
– Да, он мне сказал.
Неожиданно Готорн усмехнулся.
– И будильник в гроб подсунул кто-то из своих. Сам подумай: этот человек должен был знать, в каком она гробу, какие там ремни, в какой момент катафалк останется без присмотра… Кто отдавал распоряжения? Корнуоллис. Он знал, до какой степени детская песенка подействует на нервы Дэмиэну, ведь тот все рассказал на семинаре. План был прост: вынудить Дэмиэна уехать домой и там его убить. Сработало идеально. Когда я звонил Корнуоллису с похорон, он наверняка уже ждал на террасе. Вскоре приезжает Дэмиэн, и вуаля – психопат разворачивается во всю мощь! – Готорн разрезал воздух невидимым ножом.
– Как же он успел добраться так быстро? – спросил я.
– У него мотоцикл – разве ты не заметил в гараже? И, разумеется, он надел кожаный комбинезон – это защитило его от брызг крови. Потом снял и либо выбросил, либо привез домой. Корнуоллис не дурак, далеко не дурак! Помнишь, жена спросила, почему он не переоделся? Да потому, что ждал нас и хотел продемонстрировать, что его костюм чист. Человек идет смотреть школьную постановку сына, возвращается домой, пьет чай – ровно после того, как порезал лучшего друга на ленточки.
Я лежал, обдумывая сказанное. Вроде все логично, и в то же время чего-то не хватает…
– Значит, Дил тут вовсе ни при чем?
– Не особенно.
– Так кто же поджег дом Найджела Уэстона? Почему ты сказал, что виноват я?
– Потому что так и есть. – Готорн достал пачку сигарет, вспомнил, где находится, и сунул пачку обратно в карман. – Когда мы в первый раз опрашивали Роберта Корнуоллиса, ты спросил, не упоминала ли Дайана Каупер мальчика по имени Тимми Гудвин.
– Да, и ты разозлился…
– Типичная ошибка новичка, приятель. Ты фактически сообщил ему, что мы интересуемся аварией в Диле, и он решил использовать эту информацию с целью направить нас по ложному пути. А еще ты подал ему идею «день-деньской колеса крутятся»: Корнуоллис сообразил, что эта фишка одновременно выбьет Дэмиэна из колеи и в то же время собьет нас со следа. Ну а поджог дома Уэстона – гениальная идея: судья, выпустивший Дайану на свободу, автоматически становится следующей жертвой. Однако я с самого начала тебе говорил: с момента аварии прошло девять лет и одиннадцать месяцев. Если бы Алан Гудвин или его жена действительно собирались отомстить Дайане Каупер, то выбрали бы круглую дату.
– А как же сообщение, что послала Дайана?
Готорн медленно кивнул.
– Вернемся к первому убийству. По сути, оно было незапланированным. Корнуоллис знает адрес миссис Каупер. Возможно, она упомянула, что живет одна, – уверен, он выспросил у нее все подробности. Теперь нужен предлог, чтобы зайти. Помнишь, я спрашивал, оставалась ли Дайана одна в здании? Я пытался отследить ее перемещения. Выяснилось, что она ходила в туалет. Видимо, бросила сумочку где-нибудь на стуле – в этот момент Корнуоллис ее и стащил.
– Кого ее?
– Кредитку! Она лежала на комоде в гостиной, я еще удивился, с чего бы. Нам также известно, что Корнуоллис позвонил ей без пятнадцати два, когда Дайана ехала в театр. Помнишь, он выдал какую-то чушь насчет номера участка, на котором похоронен ее муж? С чего он взял, что у нее есть эта информация? Почему нельзя было просто позвонить на кладбище? Значит, Корнуоллис лгал. На самом деле он позвонил и сообщил, что нашел ее кредитку и занесет вечером. «Не волнуйтесь, м