— Почему вас так привязали? — спросила я совсем не то, что хотела.
— Вокруг пустыня, бежать некуда. А веревка — это чтоб мы держались вместе. Так караванщикам спокойнее.
Я оглянулась. Линда о чем-то беседовала с закованной в цепи троицей рыжих. А к нам направлялся главный караванщик. Заметив его, Линда поднялась и неторопливо подошла ко мне.
Когда приблизился караванщик, я протянула ему поднос.
— Угощайтесь, господин.
Он взял предпоследний кусок, а я принялась за последний, чтоб освободить поднос.
— Этим мясом ты кормишь рабов? — удивился караванщик. — Оно тает во рту. Не каждый благородный дом может похвастаться таким поваром.
— Я хотела угостить стража, но он отказался. Сказал, на посту нельзя, — не стала выдавать часового.
— И ты решила скормить деликатес рабам, — развеселился караванщик. — Точно говорят, вы, из Дворца, все с придурью.
— Ее запасы. Кого хочет, того кормит, — небрежно бросила Линда, думая о своем.
— Рабыня распоряжается продуктами?
— Шутка в том, что мы вашу еду есть можем. А вы нашу — не всегда. Поэтому Владыка распорядился впридачу к рабыне выдать гору продуктов. А мы постепенно выясняем, что из нашей еды она может есть, а что из нее наружу просится. Миу, принеси канистру воды. Рабы теперь пить захотят.
Последнее — громко, строгим голосом. Чтоб меня отослать. Значит, хочет наедине о чем-то поговорить.
Когда вернулась с ковшиком и канистрой, Линда и караванщик неторопливо прогуливались, беседуя о чем-то вполголоса. Я открыла канистру и отдала самому рослому рабу с наказом напоить всех. А сама поспешила к Линде. Вежливо поклонившись, произнесла:
— Госпожа, рабыня спешит сообщить, что хозяин ждет тебя.
— Спасибо, Миу. До встречи, караванщик. Да не кончится вода в твоих бурдюках.
Линда сделала рукой жест прощания и поспешила к дому. Я пристроилась за ее левым плечом.
— Караван-баши сказал, что рыжих хвостатых везут для участия в мистерии «День победы». Ты знаешь, что это за мистерия? — спросила Линда.
— Рабыня знает. Мистерию показывают в Столице раз в три года… Им хвосты отрубят и на кол посадят!
— Знаешь, значит. Он сказал, хвосты отрубят, но на кол не сажают. Это все же театр. Потом продадут с аукциона. За тех, кто участвовал в мистерии, очень хорошие деньги дают. Я спросила, могу ли купить этих? Он сказал, продаст, если очень хорошую цену дам. Но тогда хвосты отрубят троим рыжим детям. Разыщут подростков вроде тебя — и им…
— Госпожа читает мысли рабыни.
— Твои мысли все на физиономии написаны. И перестань меня госпожой звать!
— Мы же не в доме, — ловко выкрутилась я.
Линда удивленно оглянулась на меня, потом улыбнулась, прижала к себе и потрепала по затылку. Звездочки южные, сделайте так, чтоб госпожа забыла об утреннем разговоре. Я тайну подвала никому не раскрою, честно-честно!
У крыльца Линду уже ждала летающая повозка.
— Миу, если ты не занята, зайди в мастерские, — прозвучал откуда-то голос Стаса. Я бросила ношенную одежду в таз и выбежала в коридор. Где мастерские, никто мне не показывал. Но в лаборатории нашла Мухтара. Он работал с моими продуктами.
— Может рабыня побеспокоить господина?
— Во-первых, ты не рабыня, а стажер. Во-вторых, я тебе не господин, а старший товарищ. А теперь — что хотела спросить?
— Господин Стас приказал ра… стажере явиться в мастерские.
— Стоп! Я слышал другое. Стас попросил стажера Миу зайти в мастерские. Повтори.
Ох! Прямой приказ. Я не виновата!
— Стас попросил стажера Миу зайти в мастерские, — я положила ладони на плечи и закончила легким поклоном. — Но стажер не знает, как туда пройти.
— Умница! — похвалил меня Мухтар. — Идем, покажу.
Оказывается, в конце коридора не стена, а дверь во всю стену. А за ней — сарай для летающих повозок, что-то вроде кузницы и еще много дверей. Кузницу Мухтар и назвал мастерской. Спиной к нам стоял Стас и протирал тряпочкой… мой новый ошейник!!! Изящный, блестящий, с орнаментом глубокой гравировкой и весь в рубинах! Крупных!!! А между ними — мелкие бриллианты. Ошейник доверенной рабыни, без кольца для пристегивания цепи. На моих ошейниках никогда не было кольца.
— Привет, Миу. Смотри, этот ошейник — парадный. Этот — повседневный, — поднял со стола ошейник попроще, без гравировки, без бриллиантов, с несколькими мелкими рубинами.
— Рабыня не понимает, зачем ей два ошейника?
— Миу!!! — грозно произнес Мухтар.
— Фых. Стажер не понимает…
— Чтоб из-за этого, — Стас поднял парадный, — тебе бандиты в темном переулке голову не срубили. Твой старый тоже сохраним. Герб на нем очень авторитетный. Стражники в городе его уважают.
— Господин, но он не снимается…
— Миу!!!
— Простите глупую ра… стажера.
— Для этого я тебя и позвал. Сейчас спиливать будем. Надень халат, затащи воротник под ошейник.
Я выполнила приказание, легла на стол, как велел Стас, и мужчины осмотрели заклепку на ошейнике. Стас примерился с напильником.
— Подожди! Ты так девушке шею поцарапаешь, — остановил Мухтар. Оторвал от какой-то книги обложку, согнул дугой и подсунул под ошейник. Стало трудно дышать.
— Миу, сдвинься на край стола.
— Подожди, я голову полотенцем накрою.
Мухтар схватился покрепче за ошейник, а Стас принялся вжикать напильником.
— Не берет. Видимо, сталь закаленная.
— Возьми с алмазным покрытием.
— Ага, пошло!.. Нет, мы так до обеда провозимся.
Я лежала пластом, свесив голову с края стола и хихикала про себя. Кузнец с подмастерьем заклепывали и снимали ошейники за малую долю стражи.
— Возьми болгарку с алмазным диском.
— Это мысль. Держи крепче.
Что-то загудело, заскрежетало, ошейник начал подергиваться.
— А, черт!!!
— Осторожнее!
— Ага!!! — раздался ликующий вопль несколько вздохов спустя. — Давай выколотку.
— Э-э… Ты хочешь Миу на голову поставить?
— Упс. Надо было верхнюю головку заклепки спиливать… Ничего, достань съемник. В нижнем ящике.
— Ну вот! Вот они, руки, по локоть золотые!!!
Я почувствовала, как сильные руки разгибают и снимают с моей шеи ошейник. Мужчины радовались словно дети. Мне помогли слезть со стола.
— Миу, приятно чувствовать себя свободным человеком?
Я повертела головой. Почти два месяца носила железный ошейник. До него, сколько себя помню, кожаный, застегивающийся обычной пряжкой. Шерстка на этом месте вытерлась, и теперь воздух холодил шею.
— Непривычно. Чего-то не хватает.
— Стас, ты своей болгаркой дворцовый ошейник весь ободрал!
— Ничего! Сделаю реплику из анодированного титана под сталь. Будет легкий. И сниматься будет легким движением руки!
Я взяла в руки парадный ошейник и любовалась игрой света в рубинах.
— Господин, а как его?.. На меня…
— Миу! — взревел Мухтар. — За уши отдеру!
— Фых. Прошу простить глупого стажера.
— Смотри, — показал мне Стас. — Нажимаешь пальцами здесь и здесь. Оп-ля!
Ошейник щелкнул и раскрылся.
— Теперь сама попробуй, — вручил мне эту драгоценную вещь. Я несколько раз застегнула и расстегнула его. Потом защелкнула на своей шее. Этот ошейник казался массивнее, но весил даже меньше старого.
— Го… Можно стажеру спросить?
— Спрашивай.
— Если раб сам ошейник снимет, его очень сильно наказывают…
Стас принялся оглядываться. Даже под стол заглянул.
— Мухтар, ты здесь раба не видел?
Мухтар тоже оглянулся, даже за ближайшую дверь заглянул.
— Нет. Только два бывалых космача и одна зеленая стажерка.
— Я не зеленая! — Ой, сейчас влетит…
— Зеленая — это значит, совсем молодая и ничему не обученная, — пояснил Стас и погладил меня по голове. — Какая у тебя шерстка приятная.
— Вы смеетесь, а мне страшно, — пожаловалась я.
— Миу, этот ошейник для вида. Разве тебе Влад не объяснил, что ты свободная? Пока ты в доме, нам абсолютно без разницы, в ошейнике ты или без. Если выходишь наружу, лучше какой-нибудь надевай. Но, опять же, тебе решать.
— А можно второй примерить?
— Конечно, можно. Бери оба и неси в свою комнату. А я пока тут приберу.
Я потерлась щекой о его плечо и убежала в свою комнату. Внимательно рассмотрела и примерила оба ошейника. Повертелась перед зеркалом. Парадный — это чудо! А второй… Он тоже слишком дорогой для простой рабыни. Если мне придется ходить в Столице на рынок, надо попросить купить совсем простой ошейник, вообще без камней. Лучше, чтоб был старый и потертый. Можно даже с кольцом для цепи. А хвост можно вокруг талии обернуть, ремешком для жезлов зажать. Под шальварами будет незаметно. Надо с Линдой посоветоваться.
Подумав, надела парадный ошейник. У меня сегодня праздник! И пусть запомнят, что я — доверенная рабыня, а не какая-то там.
Прополоскала и повесила сушиться одежду. Надо где-то найти утюг и гладильный стол. Не может в таком большом доме не быть прачечной. К Мухтару сегодня уже приставала, спрошу у Стаса.
Стас нашелся в аналитическом центре.
— Хорошо, что ты зашла, — первым начал он. — Садись и снимай ошейник.
Забрал мое сокровище, нажал что-то — и вдруг часть ошейника раскрылась как маленькая узенькая шкатулка. Я обомлела.
— Как видишь, это не простой ошейник. Здесь самые необходимые вещи на самый черный день. Вот это — пилка по металлу, — от вынул тонкую блестящую полоску. — Вдруг тебе придется перепиливать цепь, замок или решетку. Сталь очень хорошая!
— Звезды ночные! А как ее держать?
— Раскрываешь ошейник и зажимаешь концы пилки в концах ошейника. Вот так! Не очень удобно, но работает. А эта нитка с колечками на концах — угадай, что?
— Удавиться, если не получится сбежать?
— Интересная мысль! — удивился Стас. — Вообще-то, это пилка по дереву. Охватываешь ей дерево, вставляешь пальцы в кольца и дергаешь туда-сюда.
Я попробовала вставить пальцы. Не получилось. Наши пальцы толще, чем у людей. Тогда я слегка выпустила когти и надела колечки на них.