Конрой взмахнул волшебной палочкой и крикнул:
– Ветряной щит!
Потом обернулся ко мне:
– Сделай что-нибудь полезное, а? Я держу этот дом из последних сил!
Меня злость взяла от его обидного тона. Сказать бы ему, что мне не нужна ничья помощь, я и сама справлюсь.
Но эти мысли вылетели у меня из головы, когда подземный рокот послышался вновь. Ко мне подбежал Уголек, будто хотел напомнить, что мы с ним нужны друг другу – и точно так же все в королевстве нужны друг другу, даже я и Конрой.
Я ему докажу, что ведьмам и волшебникам лучше работается вместе и незачем калечить друг друга. А главное – наша помощь нужна Мияде. В том числе и помощь Конроя, пусть мне и не хочется это признавать.
Мне срочно требовалось заклинание, зелье, ну хоть что-нибудь. Да только что я могу?
– Ты будешь действовать или нет? – рявкнул Конрой. – Ветряной щит!
Он обновил свое заклинание, но я заметила, что руки у него дрожат. Он тоже устал, только виду не показывает.
– Я стараюсь что-нибудь придумать!
– Думай быстрее! – огрызнулся он, как будто это легко – не сходя с места, создать заклинание. – Не рассчитывай, что я за тебя все сделаю!
Я снова окинула взглядом провал. Сердце отчаянно колотилось, а пальцы нащупали в кармане еще один пузырек с клейким зельем. Я заморгала. В Кацутадаи я применила это зелье вместе с заклинанием, чтобы укрепить мост, который повредило во время грозы, когда пришел Разрушитель.
Может… Если соединить разные зелья, получится сдержать провал?
Еще один дом пошатнулся на самом краю бездонной ямы. Горожане с криками ужаса шарахнулись прочь. Я схватила последний оставшийся флакон водоотталкивающего зелья и другой с клейким зельем и швырнула изо всех сил.
В голове замелькали воспоминания, и заклинание начало складываться само собой.
Вот мы с папой рано утром идем в город за свежими продуктами для новой партии булочек.
Вот я хвостиком следую за мамой, когда она ходит по домам, узнавая, не нужна ли кому-нибудь в Мияде помощь городской ведьмы.
Господин Хуто прячет улыбку, когда я прохожу мимо его огородика и, не замечая, что он за мной наблюдает, размахиваю прутиком и выкрикиваю заклинания, будто настоящая ведьма, хотя магия у меня еще много лет не проявится.
Я бегу после школы в кондитерскую бабушки Итясо купить папиных любимых паровых булочек с коричневым сахаром и заранее представляю, как обрадуется папа.
Родной город помог мне стать тем человеком, каким я выросла. Не хочу, чтобы он пострадал!
Я взмахнула палочкой, крепко сжимая ее в руке, хотя от страха и холода меня дрожь пробирала до костей, и крикнула во весь голос:
– Спешно яму заполняй, сколько нужно повторяй!
Кажется, никогда еще я не сочиняла такого незатейливого заклинания. Но в каждое слово я вложила свои чувства к Мияде, и все они отразились в бледно-лиловом сиянии волшебной палочки. Мое желание спасти каждый дом, каждого горожанина, спасти все королевство – сегодня и в любой другой день, когда вздумает явиться Разрушитель.
Желание доказать Конрою, что все мы нужны друг другу – и маги, и не-маги, и середка наполовинку, что моя капля магии тоже может помочь.
И желание остановить Гроттеля, чтобы его запретная магия больше не приносила бед королевству Ривель.
Флакончики звякнули друг о друга. Зелья выплеснулись наружу, смешались и закружились водоворотом в фиолетовом свете. Мерцающая воронка все расширялась и постепенно дошла до краев ямы.
Сверкнула яркая вспышка, и зелья затвердели, целиком заполнив провал. Земля больше не дрожала. Магическое свечение угасло. На месте провала осталось темное пятно, словно шрам. Я потрогала почву – она казалась скользкой на ощупь.
Но держала надежно.
Я упала на колени. От усталости меня бил озноб. Я… остановила провал.
Горожане разразились восторженными криками:
– Молодцы, неофиты!
– Трижды ура Совету!
Мой соперник тоже опустился на колени и растер щепотку земли между пальцами – наверное, ждал, что она развеется в воздухе.
Наконец Конрой сказал:
– Удивительно, твое заклинание подействовало.
– Не надо меня недооценивать! – Я изогнула бровь, чувствуя, как меня переполняет решимость. – Когда твоего дядю поймают и Совет снова заработает, как обычно, я раньше тебя получу ранг адепта!
Конрой сердито прищурился:
– Это мы еще посмотрим!
Он развернулся и подобрал с земли волшебную палочку – уронил ее в спешке.
– Осмотрю восточную часть города – проверю, все ли в порядке. Тебе – западная.
Он взмахнул палочкой, буркнул:
– Ветер, очищай! – И грязь мигом сползла с блестящей древесины.
Конрой вскочил верхом на метлу.
В его голосе отчетливо звучало предупреждение: «Держись от меня подальше!» Ну и конечно: «Куда тебе до меня!» Он полетел прочь, расшвыривая заклинания направо и налево – то прочистить забитый водосток, то высушить одежду промокшего горожанина.
Я тебе докажу, что королевству нужны мы все, и зря твой дядя старается нас разделить! Уголек потыкал лапкой мои ботинки. Я почесала огнелиса за остреньким ухом, грея в его шерсти замерзшие пальцы. Уголек обнюхал мою насквозь промокшую, липнущую к телу юбку и снова закашлялся – он старался дохнуть огнем. А меня согрело одно его присутствие. Прижав лисенка к груди, я отправилась обходить город. Проверяла состояние фундаментов и постоянно прислушивалась – не возник ли другой провал.
На одной из улиц я встретила родителей, и мы пошли дальше вместе. Папа раздавал встречным свежеиспеченные круассаны с морошкой, а мама разговаривала с горожанами. Они начинали улыбаться, облегчив душу рассказом о своих тревогах по поводу Разрушителя. Время от времени мама нежно целовала меня в лоб, а папа незаметно совал мне в руку мягкий круассанчик, еще теплый, потому что мама давным-давно сделала для папы корзину с подогревом. Рядом с ними у меня словно сил прибывало и магия восстанавливалась.
Я трудилась без устали, укрепляя родной город, а в душе горела решимость, и от нее мне было жарко, несмотря на холод.
Я остановлю Гроттеля, и он больше никогда не принесет беду в королевство Ривель.
Глава 10Просвет между туч
Совет ведьм и волшебников собрался в здании из камня и стекла на окраине Окаямы – многолюдной столицы королевства. Под стенами Зала Совета бурлили и пенились обе реки Торидо. Они разделялись прямо перед окнами зала собраний и дальше бежали к морю параллельно друг другу, нигде не пересекаясь. Как только открылась дверь, с улицы в помещение влетел прохладный осенний ветерок.
Всего два дня назад я сражалась с Разрушителем в Мияде, а Совет как ни в чем не бывало заседает каждую луну по расписанию, словно стихийные бедствия не лютуют в королевстве то тут, то там.
Сидя на шатком дубовом стуле в переднем ряду, я исподтишка оглянулась на дверь. В зал плотной группой вошли пять ведьм и волшебников. Устало поникшие плечи, рваные и заляпанные грязью черные мантии.
Может быть, мы наконец услышим ответы.
Кое-кто пробовал заговаривать с новоприбывшими, но те лишь мотали головой. Судя по золотой кайме на мантиях, все в ранге магистра. В зале наступила почти полная тишина. До меня долетели отрывистые слова невысокой ведьмы во главе группы: «Мы доложим о результатах специалисту Доуэль во время заседания. Не могу повторять дважды, очень устала». С этими словами она откинулась на спинку кресла и задремала. Похоже, ей давно не удавалось отдохнуть.
Снова начались разговоры. Все перешептывались, гадая, что же обнаружили в башне Гроттеля, но те пять человек, что могли бы все прояснить, помалкивали.
– Когда же начнется заседание? – проворчала ведьма-специалист, ероша рукой короткие растрепанные темные волосы и подталкивая локтем свою подругу в ранге адепта. – Я хочу послушать доклад магистра Араты!
На вид ей было лет пятнадцать – ненамного старше меня. Опушенные густыми ресницами глаза горели азартом. Заметив, что я на нее смотрю, она плутовато подмигнула. Я покраснела и снова стала гладить Уголька, почесывая его любимое местечко на плече. Лисенок свернулся клубочком у меня на коленях, довольно щурясь: вот так и надо обращаться с огнелисами!
Открылась боковая дверь, и шепотки разом стихли, как будто задули свечу. В зал мелкими шажками вошла временно возглавляющая Совет Нория Доуэль. Черное ведьминское платье болталось на ней, как на вешалке. Темно-красные рукава указывали на ранг специалиста.
Нория кивнула своему новому помощнику, волшебнику-адепту. Лицо у него было совсем серое, – видно, его постоянно мучил страх, как бы не пришлось в свою очередь стать главой Совета, если с Норией, не ровен час, что-нибудь случится.
– Начинаем заседание! – объявила Нория. – Прежде всего я хотела бы огласить новости по поводу Разрушителя – об этом спрашивали и королева, и различные гильдии. Пожалуйста, запомните то, что я скажу, и будьте готовы передать эти сведения тем, кто будет задавать вопросы.
Нория принялась нудно перечислять, где наносил удары Разрушитель и какие меры были приняты, чтобы обеспечить безопасность жителей. Ее размеренная речь сливалась в сплошное жужжание, как будто ленивая пчела кружится над лугом в поисках пыльцы. Окно у нее за спиной затуманилось от брызг, долетающих с Торидо. Я от нечего делать следила, как быстро скользят по зачарованному стеклу капли. Заучивать наизусть у меня получалось плохо. Вряд ли я смогу на память повторить все оправдания и отговорки Совета, едва успевающего спасать город за городом.
Наконец Нория откашлялась:
– Подведем итоги! Все здесь собравшиеся делают в точности то, что нужно. Это главное, что мы должны донести до людей. Есть определенные достижения…
– Мы должны захватить башню Гроттеля! – послышался резкий голос.
Я чуть со стула не свалилась от неожиданности.
Оглянулась назад – та самая ясноглазая ведьма-специалист вызывающе вздернула подбородок.