Дэви поморщился:
– Я тоже ему не доверяю, но он правда нам помог.
У меня поникли плечи.
– Сома никому не желает зла, но он должен заботиться о своих родных… Хоть они о нем и не заботятся.
Взгляд Шарлотты затуманился.
Потом она спросила:
– Ну, что будем делать дальше?
Я вздохнула:
– Никто, кроме нас, не сможет добраться сюда вовремя и остановить Гроттеля, раз он собрался действовать уже этой ночью. А его люди наверняка перехватывают все сообщения – птицу-письмо в Совет не отправишь.
Вспоминать слова Гроттеля было физически больно: «Я все закончу к полуночи. Наконец-то у меня будет столько волшебной силы, сколько нужно для проводника, и в королевстве все станет как надо».
Я схватила Шарлотту и Дэви за руки:
– Пусть это опасно… Я попробую спасти ни в чем не повинных людей.
– Ты так говоришь, как будто мы не с тобой. – Дэви так высоко вздернул брови, что они совсем скрылись за лохматой челкой. – Ау! Я ради тебя перешел через горы Сакуя. По доброй воле целый день рубил дрова для костра. Кто со мной знаком, ни за что не хотел бы видеть меня с топором в руках, – в первую очередь я сам и мои пока еще целые десять пальцев.
Серые глаза Шарлотты решительно смотрели мне в лицо.
– Какой у тебя план? Мы с тобой. Без нас ты никуда не пойдешь!
Горло перехватило. Я оглянулась на темную расщелину, где скрылся Сома. Там, в глубине пещер, мы, может быть, найдем магический проводник Гроттеля. А может, еще и маму Дэви, и родителей Шарлотты. Лишь бы только придумать, как пробраться в убежище Гроттеля и разбить проводник. Мы не дадим великому магистру уничтожить все королевство!
Дэви прищурился:
– А почему ты подумала, что тебя кто-то окликал по имени?
Я так и поперхнулась. При Соме он не стал расспрашивать, но, видно, не забыл.
– Я… Ну, мне кажется, кто-то из пленников Гроттеля старается до меня дозваться.
– Что? – ахнула Шарлотта.
Я в двух словах рассказала, как увидела в ручье Майку – девочку с грустными глазами, и как она прошептала: «Спаси меня!»
Дэви побледнел.
– Девочка в воде… Странные дела Гроттель творит. Надо ей помочь!
Но Шарлотта нахмурилась:
– Все-таки тут нужна осторожность. Мы ничего о ней не знаем… И почему она зовет именно Эву?
Я тоже этого не понимала. Но сколько ни обсуждали, мы так и не смогли догадаться, как Майка меня нашла и чем мы ей можем помочь, – разве что пробраться в убежище Гроттеля и постараться ее найти.
Итак, мы с Шарлоттой и Дэви сели возле мерцающего фонаря и стали придумывать план. Уголек долго обнюхивал мой карман и в конце концов добился своего – я вытащила сверток с какимоти – хрустящими рисовыми крекерами.
Мы все захрупали крекерами. От солоновато-сладкого вкуса в животе стало тепло, как будто я съела целую тарелку горячего риса.
Шарлотта и Дэви рассказали о тех пещерах, которые успели увидеть.
– Там есть один здоровенный зал, – говорил Дэви, – а от него узенькие проходы ведут к другим пещерам. Целый лабиринт.
– А наемников много? – спросила я, кусая губы.
– С полсотни? – предположила Шарлотта.
Мы трое плюс один огнелис должны перехитрить полсотни наемников и великого магистра, пробраться незамеченными и разбить то, что все они охраняют. Перевес сил явно не на нашей стороне.
Но тут я вспомнила маму, ее серое лицо и постоянную слабость с тех пор, как Гроттель ее проклял. А еще Ралверна и других немагических работников – они так хорошо ко мне отнеслись. И родным Шарлотты и Дэви необходимо помочь.
Уголек опять закашлялся, как будто поперхнулся сухими рисовыми крекерами. И снова у него из пасти вылетело только облачко пепла.
Я осмотрелась:
– Тьфу ты, воды нет!
Может, наколдовать миску и собрать в нее воду со стен? Хватит лисенку этого? Да у меня и у самой от крекеров горло пересохло.
– Сома нам дал вот это. – Дэви принес кожаный мешочек, стоявший у стенки.
Мешочек снаружи намок от воды, которая тонкими струйками стекала по камням, но когда Дэви развязал шнурок, оказалось, что завернутая в тряпку еда и чуть помятая фляга внутри остались сухими. Я подставила ладони чашечкой, и Дэви налил в них немножко воды, а Уголек радостно ее вылакал мягким розовым язычком.
– Откуда у Сомы такие припасы? – удивилась я.
У других наемников я таких мешочков не видела.
– Я думаю, это его паек, – тихо сказала Шарлотта.
У меня сердце сжалось. Если мы все-таки выберемся отсюда, я обязательно найду для Сомы хорошую работу – такую, которой он сможет гордиться.
– Так, давайте поедим! – Дэви вытащил сверток в ярко-синей тряпице с геометрическим рисунком и заглянул внутрь. – Вроде паровые булочки с овощами. Остыли уже, но пахнут вкусно.
Мы разделили две булочки на четверых, считая Уголька, и съели, стараясь растягивать удовольствие и наслаждаясь начинкой из тоненько нарезанных грибов шиитаке и мелко накрошенных побегов бамбука.
– Наемники всё говорили про какую-то яму, – с полным ртом сказал Дэви. – Я думаю, там и хранится этот самый проводник.
– В яме? – переспросила я.
Шарлотта кивнула:
– К ней боялись даже близко подходить. Один раз Гроттель рассердился на наемника и отправил его туда. Я так понимаю: кто в эту яму попадет, больше уже не выйдет.
Дэви поморщился:
– А как мы туда проберемся?
– Да, точно! – Шарлотта широким жестом обвела мою одежду. – Эва, тебя сразу заметят! Блузка у тебя такого цвета, как надо, но…
Я взмахнула волшебной палочкой:
– Серый, хмурый, мрачный день, юбку мне переодень!
Черная юбка замерцала, теряя мой любимый бронзовый блеск у подола, и слилась с лосинами – получились просторные серо-черные штаны, мягче облачка. А серую блузку, правильно сказала Шарлотта, и так не отличить от форменной рубахи наемника.
Дэви восхищенно помотал головой:
– Впервые в жизни вижу настоящие волшебные штаны! К ним и грязь не пристает, наверное? А карманов столько же, сколько на моих? У меня двадцать два кармана!
– Не отвлекайся! Давайте план придумывать! – напомнила Шарлотта.
Я посмотрела на нее, потом на Дэви:
– Ладно, значит, план такой. Притвориться наемниками. Спуститься в яму. Найти и разломать проводник. Сбежать вместе с вашими родителями и остальными пленниками. Целыми и невредимыми.
– Очень просто, – отозвался Дэви. – Ну, то есть как ты излагаешь, вроде получается просто.
– Только надо не попадаться Гроттелю на глаза, – сказала Шарлотта, начищая свой короткий кинжал.
Ее лицо в тусклом свете фонаря казалось очень бледным.
– Нас-то он не знает, но Эву знает отлично.
– Легко! – Дэви решительно кивнул. – Увернуться от злобного великого магистра, самого могучего колдуна во всем королевстве, и его шайки высокооплачиваемых, до зубов вооруженных и совершенно невоспитанных бойцов. Добраться до того самого проводника, что все они стерегут пуще собственного глаза. Легко!
Шарлотта скорчила ему рожицу.
– Готовы? – Я встала, нервно поглядывая на туннель, ведущий в главную пещеру.
Мой голос прозвучал тоненько и испуганно.
Друзья вмиг прекратили свои шуточки и встали со мной плечом к плечу.
– Готовы! – слаженно ответили они.
Я глубоко вздохнула. Посмотрела в глаза Дэви, Шарлотте, потом перевела взгляд на Уголька и напомнила себе, что он тоже будет со мной до конца.
Горло перехватило. До чего же мне повезло – у меня самые лучшие друзья в мире!
Мы шагнули к расщелине, куда ушел Сома. За нею – Гроттель и наемники.
– В бой! – прошептала я. – За наших родителей и за наше королевство! Мы остановим Гроттеля!
Глава 20В брюхе у ночного дракона
Шарлотта несла фонарь в высоко поднятой руке, освещая дорогу. Из-под песка тут и там выступали острые обсидианово-черные камни, словно плавники драконьих акул. Упадет где-нибудь капля со стены – и я сильнее сжимала волшебную палочку, воображая, что рядом наемники с острыми саблями. Посмотрела на фонарь – масла в нем совсем немного осталось.
Я представила, что мы окажемся в непроглядной тьме среди этих запутанных переходов, и меня бросило в дрожь.
– Давайте заклинание прочту, чтобы стало светлее…
– Погоди, – перебил Дэви. – Еще несколько шагов.
Я посмотрела вверх и ахнула.
Под потолком пещеры мерцали крошечные голубовато-зеленоватые огоньки, словно звезды просы́пались с неба. С каждого свисали тонкие, как паутинка, нити, будто подвески на люстре в парадном зале королевского замка.
Я затаила дыхание, с трепетом оглядываясь вокруг. Уголек подпрыгнул, стараясь поймать медленно плывущие в воздухе светящиеся точки. Казалось, можно всю жизнь так простоять, забыв обо всем, что осталось снаружи – и что ждет в глубине пещер.
Я с трудом отвела глаза от удивительного зрелища.
– Что это?
– Паучки хотару, – объяснил Дэви. – Сома говорил, их свет привлекает мелких букашек и те попадаются в паутину.
Я вздрогнула и снова, как зачарованная, уставилась на огоньки. Они мигали и перемещались, словно созвездия кружились в бездонном ночном небе.
– Пошли! – Шарлотта дернула меня за рукав. – Не так уж много у нас времени.
Я кивнула, и мы пошли дальше, подсвеченные голубовато-зеленоватым сиянием. Я все-таки то и дело поглядывала вверх – никак не могла удержаться.
Постепенно проход сужался. Пришлось продвигаться гуськом, а потом и ползком.
– Почти на месте, – прошептала Шарлотта – она ползла первой. – Тихо теперь! Когда будем вылезать, надо сначала проверить, не смотрит ли кто.
– Чувствуешь? – спросил меня шепотом Дэви, последний в нашей цепочке. – Что-то здесь есть странное, правда? Как будто нас затягивает в брюхо к ночному дракону.
У меня холодок пошел по коже от мысли о ночных драконах – страшных огнедышащих зверях, которые водятся в темной пропасти между Ривелем и Констанцией. Никто даже и близко не смеет подойти к их гнездовьям, а если нечаянно подойдет, уйти уже не сможет.