Принцесса Стелла улыбалась мне, стоя за плечом мэра.
У меня защипало глаза.
– Я не сама, мне помогали Шарлотта, Дэви и Рин. И мама прилетела. И вообще, весь город помогал.
– Ты сделала для Аутери все, что могла. Ты не сдавалась и боролась изо всех сил, даже несмотря на сомнения. – Мэр Тайра горько скривила губы, как будто понимала, что сама и была главной причиной сомнений. – Спасибо тебе за это!
Я молча наклонила голову. Слов у меня не было. Даже когда мэр Тайра вела себя гордо и надменно, причина была в том, что для нее главное в жизни – это Аутери.
Вернее, его жители.
Плечи у меня задрожали. Я тоже поняла наконец-то.
– И, – продолжала мэр Тайра, протягивая мне черный футляр, – как я понимаю, это твое.
Я с трудом открутила крышку. Руки вдруг ослабли, словно рыбьи плавники. В конце концов что-то щелкнуло и крышка открылась.
Я вытащила бумаги, развернула.
Странно как-то – вроде листков стало больше?
В заявке должно быть всего две страницы – на одной правила, на другой подпись городского главы.
Я открыла последнюю страницу… Точнее, ту, которая должна быть последней.
Бумаги посыпались из моих дрожащих рук. Уголек чихнул, и листки взлетели вверх. Шарлотта и Дэви помогли мне их собрать.
Я ткнула в страницу трясущимся пальцем:
– Тут… все уже заполнено…
Глаза Рин блеснули:
– Шарлотта их принесла.
Я оглянулась на Шарлотту. Она пожала плечами, улыбаясь, точно кошка.
А Рин продолжала:
– Я как твой хранитель отнесла бумаги мэру Тайре, и она их заполнила. Ну и еще кое-кто подсобил.
Мэр Тайра кашлянула:
– Читай, Эвалитимус!
Мама тоже сияла улыбкой, в уголках ее глаз собрались веселые морщинки.
– Давай, Эва! Ты заслужила.
Я проглотила комок в горле и стала читать, переворачивая листки один за другим.
МИСС ЭВАЛИТИМУС ЭВЕРГРИН СПАСЛА НАШ ГОРОД БЛАГОДАРЯ СВОЕМУ МАГИЧЕСКОМУ МАСТЕРСТВУ, А ТАКЖЕ СВОЕЙ СТОЛЬ ЖЕ МАГИЧЕСКОЙ ИЗОБРЕТАТЕЛЬНОСТИ. ПОЭТОМУ ЖИТЕЛИ АУТЕРИ ПРОСЯТ НЕЗАМЕДЛИТЕЛЬНО ВЫДАТЬ ЕЙ ПАТЕНТ ВЕДЬМЫ-НЕОФИТА.
НИЖЕПОДПИСАВШИЕСЯ – ГОРОД АУТЕРИ
Дальше шла целая страница имен: размашистая подпись Рин, неряшливые каракули Дэви, аккуратные завитушки Шарлотты. И это еще не все.
– Пришлось добавить пару листов. – Шарлотта теребила новую алую ленту в волосах.
На страницах выстроились подпись за подписью. Юри. Эдмунд. Трикси. Трина. Огромное количество незнакомых горожан. Многие добавили что-нибудь от себя.
Рин: Эва нас всех очаровала и защитила наш город. Чего же еще?
Хикару: Эва зделала нам харошые игушки.
Вауд: Бесстрашная Эва приручила самого дикого из огнелисов и всех спасла.
И другие:
Эва спасла мой дом.
Эва Эвергрин – лучшая ведьма на свете.
Эва спасла нас всех.
И мама сделала приписку: Не могу не отметить прекрасную работу Эвы для города Аутери. Полностью поддерживаю присвоение ей ранга ведьмы-неофита. Великий магистр Нелалитимус Эвергрин, почетная гражданка Аутери.
Даже принцесса Стелла поставила свою подпись.
В самом низу с красивым росчерком подписалась мэр Тайра.
– Посмотри на это! – сказала Шарлотта. – И попробуй теперь сказать, что не заслуживаешь быть ведьмой!
Глаза ее горели. Я подумала, что никого не встречала красивее, чем Шарлотта в эту минуту.
– Спасибо, – прошептала я.
Условия вступительного квеста были выполнены. Я прожила в Аутери месяц и получила подпись под заявкой. Осталось последнее – прилететь в Зал Совета и сдать свою заявку. После этого я официально стану ведьмой-неофитом. Наконец-то на дереве неофитов появится листок с моим именем.
Мэр Тайра хлопнула в ладоши:
– Дорогие гости и жители Аутери!
Она протянула мне колокольчик, зажав язычок, чтобы не зазвонил раньше времени.
– Прошу!
Это был зачарованный колокольчик Аутери – тот самый, который я чуть не сбила со стола в свою первую встречу с мэром Тайрой.
– Я? – пискнула я.
– Ты, Эвалитимус Эвергрин, в ближайшем будущем – ведьма-неофит города Аутери!
Сердце у меня так переполнилось, что еле помещалось в груди. Как будто оно стало больше меня – размером с целый город.
Я бережно взяла колокольчик.
– Звони три раза, – подсказала Рин, пихая меня локтем.
Я тряхнула рукой.
Нежно и чисто прозвонил колокольчик. Раз, два.
На третий звон разом засветились фонарики. Цепочка огней озарила главную улицу, от мэрии до самого причала.
Даже шлюпки в гавани засияли огнями, словно созвездия. Моряки, стоя в шлюпках, вытряхнули в воду полные ведра сладкой приманки из жженого сахара – как будто расплавленное золото выплеснули в залив.
Зрители в толпе то орали от восторга, то шикали друг на друга.
– Красота какая!
– Вон, вон там!
– Надеюсь, они приплывут. Хоть и после Разрушителя…
– Смотри, смотри!!!
В глубине зародилось сияние. Золотые и синие огни мерцали, медленно поднимаясь к поверхности. Я пригляделась – очертания рыбок хорошо видны в прозрачной воде, и у каждой сердце светится сапфировым или золотым огнем, как будто в воду насыпали сверкающих драгоценных камней.
У меня язык отнялся от восхищения.
– Светящиеся рыбы, – шепнула Шарлотта. – Сапфировые рыбки ищут родню, а когда найдут, меняют цвет.
Зрители дружно заахали, глядя, как рыбы переливаются разными цветами – от синего до насыщенного золотого.
Мэр Тайра раскинула руки. Ее тонкие губы изогнулись в горделивой улыбке.
– Добро пожаловать на Праздник огней!
Толпа радостно взревела и пустилась в пляс между прилавками. Три певицы, взявшись за руки, начали развеселую песню, а ударница отбивала ритм на огромном барабане, и я чувствовала, как его стук отдавался у меня в костях.
На Праздник огней
Спеши скорей!
Из дальних стран,
Из чужих морей
Мы вернемся домой
На Праздник огней!
Церемония закончилась. Мэр Тайра, прямая как палка, спустилась со сцены. У нижней ступеньки она остановилась, как будто не знала, куда идти дальше, а потом направилась к ближайшему прилавку – посмотреть, как там дела. Рин проводила ее печальным взглядом.
Я моргнула. Песня мне кое о чем напомнила. Я вытащила из кармана компас розового золота.
– Рин! – крикнула я.
Она смущенно оглянулась.
– Я починила твой компас!
Моя хранительница бережно взяла компас и открыла крышечку.
– Спасибо, Эва.
– Я его немножко доработала. Если заблудишься, он тебе покажет дорогу домой.
Рин повертела компас в руках:
– Дорогу домой? А как он узнает?
– О! – улыбнулась я. – Это довольно просто на самом деле…
Компас как будто вобрал в себя сияние светящихся рыбок, отразил его и выпустил яркий луч. Люди расступились, и луч упал прямо на…
– Что такое? – Мэр Тайра заслонила рукой глаза от света.
– Я… я дома, – прошептала Рин.
И в тот же миг сияние компаса погасло.
– Рин? – Мэр Тайра нахмурилась, но плечи у нее слегка поникли.
Она вдруг постарела, как будто устала бороться.
– Мама, мы пережили самый страшный ураган в королевстве! – Рин, сбежав по ступенькам, нерешительно протянула руку мэру Тайре. – Я не хочу дождаться такого, когда будет поздно мириться. Мама, пойдем перекусим?
– Рин… – Мэр Тайра тихонько вздохнула, и губы ее сложились в чуть заметную улыбку. – Да, с удовольствием!
Шарлотта и Дэви потянули меня за руки. Мама помахала мне:
– Иди, Эва! А я посижу с мистером Райдерном, попробую сахарные цветы.
– Пошли! – сказал Дэви. – Поищем Трикси и Трину. Они обещали отложить для меня попкорна с морошкой.
– По-моему, они у дальнего края причала, – сказала я. – Поменялись с другим торговцем, чтобы быть поближе к воде.
Шарлотта засмеялась:
– Ты знаешь Аутери лучше нас!
Мы с Шарлоттой, Дэви и Угольком всю ночь носились по берегу, объедались сладостями и играли во всевозможные игры. Иногда я забегала к прилавку «Морской пены». Мама целовала меня в макушку и отправляла веселиться дальше с друзьями. То и дело какой-нибудь горожанин внезапно обнимал нас всех троих сразу, совал в руки какую-нибудь вкусняшку и убегал, смущенно бормоча «спасибо».
Я никогда не видела такого красивого города, как Аутери в ту ночь.
Глава 33Единственный неофит
Когда погасли последние праздничные огни, мама и Рин отыскали нас с Шарлоттой и Дэви. Мы сидели на краю причала, болтали ногами над прохладной водой и ели втроем из одной коробки жареную картошку, тоненько нарезанную, хрустященькую, посыпанную морской солью. У причала кружились в воде золотистые рыбки – разевали рты, выпрашивая кусочек.
Рин стащила из коробки масляный картофельный ломтик, улыбаясь от уха до уха:
– Мм, обожаю!
Мама положила мне руку на плечо:
– Эва, нам скоро отправляться. Не хочу рисковать, еще опоздаем завтра на церемонию.
Шарлотта и Дэви возмущенно посмотрели на маму. Потом Дэви вспомнил, на кого смотрит, и снова покраснел ярче морошки.
У меня засосало под ложечкой, и я тихонько положила золотистый хрустящий кусочек картошки обратно в коробку.
– Надо еще кое-что сделать перед вылетом…
Несмотря на поздний час, Дэви встрепенулся, как будто только что выпил большую кружку крепкого чая.
– Ты о том, что я подумал?
Я встала и повернулась к маме:
– Я надеялась – может, ты знаешь хорошее поисковое заклинание, чтобы найти родителей Дэви и Шарлотты?
Шарлотта ахнула. Ее глаза засветились отчаянной, безумной надеждой, и у меня сердце сжалось. Вдруг я не найду ответа?
А мама серьезно кивнула:
– Только если ты, Эва, мне поможешь.
Я затаила дыхание. Дэви и Шарлотта расправили плечи, как будто каждой своей косточкой в меня верили. Я перевела взгляд на Рин. Она смотрела мне прямо в глаза.