Видимо, я очень выразительно скривилась, потому что родительница нахмурилась, закусила губу и сдалась:
- А еще: вы с Алексом получаете мое, прости Господи, материнское благословение на отношения... всякого рода.
- То есть, ты больше не будешь вваливаться без стука в мою комнату? - сощурилась я. Под кроватью тоже как-то подозрительно притихли. Мама со вздохом кивнула. - И поговоришь о нас с Георгием? - уточнила с надеждой.
- Нет уж! - мотнула головой женщина. - С разъяренным папенькой сами разбирайтесь. Но я позволю установить магический замок на дверь спальни. И обещаю его не взламывать. Так как? Побудете временными родителями? - и добавила, заметив, что я еще сомневаюсь. - Учти: выбора у тебя все равно нет. Лучше соглашайся.
- Ну, мне нужно сперва с Шуриком поговорить... - пробормотала вполголоса, но мама только отмахнулась:
- Уверена, он будет не против.
И вышла из комнаты, аккуратно прикрыв за собой дверь. Похоже, для себя она уже все решила. Я закрыла лицо руками и упала на кровать. Снизу раздалось негромкое шерудение, и Алекс бухнулся рядом.
- Все слышал? - тихо спросила я.
- Угу, - коротко ответил братец.
- Это катастрофа...
- Рождество с ведьмой? - уточнил парень. Я кивнула. Алекс задумался. - Ей четыре, да? Дети ведь в этом возрасте уже разговаривают?
- И разговаривают, и бегают, и колдуют... Шурик, Сабрина уже два года назад была невыносима. Я не представляю, как мы переживем это Рождество.
Парень помолчал несколько секунд, видимо представляя масштабы грядущих разрушений, а потом ухмыльнулся:
- Зато в конце нас ждет ценный приз!
- Поверь, он того не стоит...
- Ева, у меня два месяца секса не было, - Алекс перевернулся на бок и положил ладонь мне на живот. - Я на все согласен, лишь бы это исправить.
- На все? - вскинула бровь я. Парень мрачно закатил глаза:
- Почти! - и потянулся к губам...
Дверь скрипнула как по волшебству. Коротко выругавшись, Шурик свалился на пол. Мама бросила на меня выразительный взгляд из коридора и насмешливо уточнила:
- Ну, так как? Вы определились с ответом?
Я покосилась на притаившегося у тумбочки парня, прислушалась к собственным ощущениям: меня, между прочим, тоже достало каждый раз прерываться на самом интересном месте, и обреченно выдохнула:
- Мы согласны!
Ну, а если все пойдет плохо, я хотя бы больше не буду единственной в этой семье, кто не любит Новый год...
Сабрина Уильямс пятым поколением проживала в Сан-Франциско и родственницей моей ни разу не являлась. Хотя мама и называла ее двоюродной племянницей, единственное, что нас связывало - это дружба Ядвиги и Анжелы, родительницы Сабрины. Познакомившись на очередном шабаше еще до моего рождения, эти две чародейки сблизились, нашли общие интересы и принялись кутить по миру уже парой. Мир вздрогнул, но устоял. Ведьминская дружба, как ни странно, тоже. Со временем, правда, она изменилась, стала более спокойной, уравновешенной, что ли. Жизнь потрепала обеих (хотя здесь еще вопрос: кто кого трепал), разбросала по разным концам света, наградила дочерьми, и с горем пополам превратила в респектабельных членов общества.
Но полностью обуздать мятежные души так и не смогла. Потому иногда, забывая о всяких обязательствах и предосторожностях, Ядвига с Анжеликой встречались на нейтральной территории и отправлялись на приключения. А мне оставалось нянчиться с Сабриной, которая внешне действительно напоминала ангела: белокурая, синеглазая, круглолицая, с неизменным розовым бантиком в волосах, но по сути своей ничем не отличалась от маменьки. Впрочем, последняя хотя бы понимала, что правильно, а что нет. Конечно, это редко останавливало ее при свершении очередной глупости, но, по крайней мере, она могла корректно оценить размер будущего ущерба! А вот у дочи предохранитель отсутствовал напрочь, что при размере ее чародейской силищи было довольно печально.
По крайней мере, именно такую картину я наблюдала в ее прошлый визит. И еще ровно сутки до приезда Анжелы с дочерью надеялась, что к своим четырем ребенок успел включить мозг и совесть. Наивная! За два прошедших года этот маленький демоненок умудрился прокачать только наглость.
- Ой, а кто это к нам пожаловал, такой красивый? - ласковым тоном проворковал Егор, опускаясь на колено перед стыдливо опустившей глаза Сабриной. Богдан философски оглядел платье в оборочках, чулочки и туфельки, прислушался к внутреннему "я", понял, что к детям пока не дорос, и с чистой совестью пошел помогать отцу вытаскивать чемоданы Анжелики из такси.
Я покосилась ему в след и дернула Алекса за рукав:
- Встань сюда! - прошептала, замирая точно за спиной у Ядвиги. - Не знаю почему, но мама здорово рикошетит заклинания.
- На ней что, шапочка из фольги? - ухмыльнулся парень. Я пожала плечами:
- Понятия не имею! Но сейчас я бы от такой не отказалась...
- Евочка!!! - перебивая мои размышления, во весь голос завопила высокая пепельная блондинка, выбираясь, наконец, из машины. Я скользнула по ней глазами: за два года Анжела совсем не изменилась: то же лицо с пухлыми губками, та же точеная фигурка под метр семьдесят, те же длинные нарощенные ногти, которым позавидовал бы и сам Логан, который "Росомаха". А еще - радостно-дебильное выражение, никогда не сходившее с ее типичного американского фейса.
- Здравствуйте, тетя Анжела, - я вышла из-за мамы. - Как добрались?
- Отлично! - загоготала женщина и подхватила Ядвигу под руку. - Яги, покажи мне дом и будем выступать. У меня совсем мало времени, а сделать хочется очень многое!
- А как же ребенок? - удивился обвешанный чемоданами Георгий. Супруга ответила ласковым взглядом и категоричным:
- Евочка присмотрит!
Анжела кивнула, меня передернуло, а отчим, философски пожав плечами, отправился в дом. Он предпочитал с супругой не спорить, особенно когда дело касалось воспитания чужих детей.
- Ну, слава Богу, нас не припахали, - шепотом обрадовался Богдан и, поежившись от холода, рванул следом за отцом. Егор, наоборот, вздохнул с явным сожалением:
- Вот если бы я сегодня не был так занят, с радостью помог бы тебе посидеть с крошкой!
Я криво улыбнулась:
- У тебя планы?
Братец поднялся на ноги и, отчаянным усилием воли пытаясь скрыть радостный блеск в глазах, поделился:
- Наташка на Рождество прилетает в город. Мы договорились встретиться в аэропорту.
И я как-то сразу поняла, что это событие он не пропустит. Какими бы голубыми ни были глазки Сабрины, и как бы жалобно на него не смотрела я (по правде сказать, я очень надеялась на помощь старшего брата). Потому что Наташка - это не Светочка, не Олечка и даже не Жанночка, хотя Жанночка, по мнению Егора, была "красива как рассвет и нежна как первый майский цветок". Наташа - любовь всей жизни, даже если признаться в этом "Ромео" пока не в силах. Такую ради сестры не бросают.
Короче, и пяти минут не прошло как мы остались на пороге особняка втроем: я, зябко кутающаяся в шубу, Алекс, с любопытством поглядывающий то на меня, то на Сабрину, и сама ведьмочка, чем-то отдаленно напоминавшая большую ожившую куклу.
- Барби, - шепотом высказался Шурик.
- Невеста Чаки, - тихонько поправила я. Сабрина моргнула, словно в подтверждение, дождалась, пока мой старший братец скроется в доме и впервые подала голос:
- Тетя Ева, а что мы сегодня будем делать?
И топнула ножкой.
Честно говоря, мне очень захотелось прикрыть голову руками и метнуться за соседний фонтанчик. Чтобы уже оттуда оглядеть окрестности и определить: успела девчонка чего-то колдануть, или на этот раз пронесло. Усилием воли заставила себя остаться на месте и перевела вопросительный взгляд на Алекса. Тот улыбнулся и выступил вперед:
- А давай я тебя на санках покатаю?
Я сощурилась:
- У нас есть санки?
- Со вчерашнего дня - есть, - не снимая с лица улыбку, кивнул парень. Молодец, однако! Подготовился...
Надо признать, девчонка старания тоже оценила и посмотрела на Шурика таким влюбленным взглядом, что у меня аж внутри что-то екнуло:
- Сабриночка, - процедила, стараясь не выглядеть слишком грозной. - Дядя Алекс тебя, конечно, покатает, но сперва нужно переодеться. Пойдешь со мной?
- Зачем? - капризно вопросило дитя. Я переступила с ноги на ногу и попыталась объяснить:
- На улице мороз. Тебе в платьице и пальтишке будет холодно...
- Не будет! - категорично отрезал ребенок. - Я хочу к дяде Алексу на руки и на санки.
Я скрипнула зубами:
- Но ты не сможешь долго кататься. Тебе нужны рукавички, шапка...
- Не нужны! Я никогда не мерзну!
Если честно, мне специально захотелось ее заморозить. Кстати, есть такое заклинание - "морозная корка" называется. Я его на куриных тушках однажды опробовала, когда холодильник сломался: одно крошечное усилие, и слой льда ровно покрывает кожу по всему периметру тела. Красота! Голубой цвет, легкое сияние и ни одного лишнего звука!
Наверное, Алекс понял, какие кровожадные мысли посетили мою голову, потому что улыбнулся и твердо ответил:
- По правилам этого дома я не могу сажать тебя на санки без амуниции. Потому, выбирай: либо полный комплект одежды, либо никакого катания.
Ребенок задумался. Потом тяжко вздохнул и бросил на меня снисходительный взгляд:
- Тетя Ева, можете меня одеть!
"Спасибо за разрешение", - буркнула про себя, схватила Сабрину за руку и утащила в дом. Распотрошила один из чемоданов Анжелы, выложила одежку на кровать и приступила к самому интересному.
Итак, что нужно для того, чтобы покатать по лесу груз в виде молодой женщины четырех лет? Прежде всего, сама женщина. Причем, учитывая ее характер и способности: в таком виде, чтобы из санок она никуда своим ходом не убежала. Уж не знаю, кому как, а мне лично кажется, что именно в этом заключается основная функция зимнего детского облачения. Потому что если меня одеть в такой же наряд, я только к лесу на своих двоих к апрелю дойду.