Отродье – они ничем не отличаются от своих отцов, которых постоянно обличали пророки. Кто внушил вам мысль, что вы избежите грядущего возмездия?! – это риторический вопрос, и вероятный ответ на него: «Конечно, не я, не Иоанн». Бог в Священном Писании не раз назван сердцеведцем, Он судит не по тому, каким человек кажется, а по тому, что он на самом деле из себя представляет. О грядущем возмездии (буквально: «гневе») неоднократно говорится как в Ветхом, так и Новом Завете (Рим 1.18; Откр 14.10, 20; 15.7; 16.1, 19 и др.).
Историк Иосиф Флавий так писал об Иоанне: он был «святой человек, который убеждал евреев упражняться в добродетели, быть справедливыми по отношению друг к другу и благочестивыми перед Богом»[10]. Но это, так сказать, пресная адаптация на потребу римских читателей того, что было на самом деле. «Иоанн возымел такое влияние на людей не потому, что он призывал их быть добрыми. Этот страшный с виду подвижник, в грубых одеждах исходивший пустыню, возрождал представление о вдохновенном пророке и, как древний пророк, провозглашал Божий суд над народом-отступником»[11].
Ст. 8 – Докажите на деле, чего стоит ваше обращение (дословно: «принесите достойный плод своего раскаяния»). Как дерево познается по плодам, которые оно приносит, так и люди должны доказать истинность своего возвращения к Богу своей жизнью, своими делами. Пророк Исайя говорит: «Да оставит нечестивый путь свой и беззаконник – помыслы свои, и да обратится к Господу, и Он помилует его» (55.7).
Ст. 9 – Наш отец – Авраам. Авраам считается прародителем народа Израиля, первым из так называемых патриархов. «Дети Авраама» – это был почетный титул у евреев (см. Ин 8.33; Рим 9.7; 11.1; 2 Кор 11.22; Евр 2.16 и др.). Агада называет его наследником земного и загробного мира. Очень многие люди того времени были уверены, что Авраам обладал таким количеством заслуг перед Богом, что это гарантировало всем его потомкам – даже тем из них, у кого было много грехов – вхождение в Божье Царство. Иоанн возражает: наоборот, если народ Божий греховен, угроза суда над ним становится еще более реальной. Ср. Ам 3.2: «Только вас признал Я из всех племен земли, потому и взыщу с вас за все беззакония ваши».
Бог из этих камней может сделать детей Аврааму. Иоанн не отрицает их сыновства, но предостерегает их, чтобы они не полагались на это. Что может быть более бесплодным, чем камни? Но Бог способен сделать так, что даже они, если понадобится, произведут на свет людей. Вероятно, здесь аллюзия на Ис 51.1-2: «Взгляните на скалу, из которой вы иссечены... Посмотрите на Авраама, отца вашего, и на Сарру, родившую вас; ибо Я призвал его одного, и благословил его, и размножил его». Вероятно, Авраам и Сарра уподоблены таким камням, и Бог при необходимости может повторить это и дать Аврааму новых потомков. Здесь также возможна игра слов: арам. абнайя – «камень» и «бенайя» – «сыновья». Многие полагают, что евангелист имел в виду язычников.
Ст. 10 – Иоанн пророческим взором видит реальность и неизбежность Суда Божьего: уже лежит наготове топор у ствола деревьев. Слово «лежит» подразумевает, что топор положен Богом. Дерево будет срублено под корень. Тема гибели бесплодного дерева часто повторяется в Новом Завете (7.19; Лк 13.6-9; Мк 11.12-14, 19-21; ср. также Ин 15.6; Рим 11.17, 24). Она характерна и для Ветхого Завета (Ис 10.33- 34; Иер 11.16; 46.22-23; Иез 31.3-12; Дан 4.7-11). Настоящее время глаголов «лежит», «срубают» и «бросают» подчеркивает близость Суда.
Ст. 11 – Этот стих напоминает Иез 36.25-27: «И окроплю вас чистою водою – и вы очиститесь от всех скверн ваших, и от всех идолов ваших очищу вас. И дам вам сердце новое и дух новый дам вам; и возьму из плоти вашей сердце каменное, и дам вам сердце плотяное. Вложу внутрь вас дух Мой». Иоанн омывает всего лишь водой. Он исполняет лишь «первую часть пророчества Иезекииля, а именно очищающее водное омовение; обновляющее дарование Духа будет совершено Тем, кто должен прийти... Тот, кто должен прийти, не относительно, но абсолютно сильнее Иоанна»[12]. Очищение Иоанна несовершенно, оно все еще остается в пределах старого века. Оно носит подготовительный характер, предваряя то окончательное омовение, которое совершит Бог – омовение Святым Духом. Дух (евр. ру́ах) – это ветер, отвеивающий мякину и шелуху. Дух также часто сравнивался с огнем (см. Ис 30.27-28), который как очищает, так и уничтожает: это огонь, сжигающий грязь и нечистоту, выжигающий примеси и оставляющий чистое золото. Святой Дух знаменует наступление Нового Века, с приходом которого установится Царствование Бога. Недаром в день Пятидесятницы на головы верующих пали языки пламени, и апостол Петр объяснит все чудесные явления того дня исполнением слов пророка Иоиля (Деян 2.2-21). Во многих ветхозаветных текстах вода и огонь являются символами суда (Пс 66 (65).10-12; Ис 30.27-28), а в апокалиптической литературе и кумранских свитках они сливаются в единый символ, там часто говорится об огненной реке (см. Дан 7.10; 1 Енох 67.13; 4 Ездр 13.10-11 и др.). «Когда Иоанн Креститель предупреждал, что Грядущий будет омывать огнем, он почти несомненно имел в виду этот огненный поток. Все будут вынуждены пройти через огненную реку, через суд, который поразит злых, но очистит праведных»[13]. «Омовение Духом и огнем» есть иоаннова метафора, говорящая о «мессианских страданиях», то есть о периоде великого испытания, страданий и разрушений, которые ожидались перед наступлением мессианского Царства (см., например, Зах 14.12-15; Дан 7.19-22; 12.1; 1 Енох 100.1-3; Сивиллины Оракулы, 111.632-51; 1 QH 3.29-36)»[14].
Сам Иоанн признает свою малость в сравнении с Тем, чей приход он возвещает. В древности считалось, что тот, кто приходит раньше, является более важным и авторитетным. Но Иоанн говорит, что, хотя Грядущий пришел позже его, Он так велик, что Иоанн недостоин снять у Него сандалии с ног, то есть исполнить по отношению к Нему то, что должен был делать только раб. Снимать обувь считалось столь низким занятием, что даже слуга не обязан был снимать обувь с ног хозяина, а если у еврея был раб-еврей, то и от него нельзя было требовать этой услуги. Правда, жена могла мыть ноги мужу, дети – родителям, а ученики – учителю, но это было не обязанностью, а высшим проявлением любви.
Ст. 12 – Неизвестно, кого имел в виду Иоанн, возвещая приход Того, кто несравненно выше его – возможно, он ждал прихода самого Бога. Иоанн сравнивает Его с крестьянином, веющим зерно: оно рассыпалось на току, затем его черпали большой деревянной лопатой и подбрасывали в воздух, ветер отвевал мякину в сторону, а чистое зерно потом собиралось в амбар. Слово «неугасимый» указывает на то, что речь идет об эсхатологическом суде, например, у Марка так назван огонь геенны (ср. Ис 34.10; 66.24; Иер 7.20).
3.13-17 ОМОВЕНИЕ ИИСУСА
(Мк 1.9-11; Лк 3.21-22)
13Тогда появляется на Иордане Иисус из Галилеи, пришедший к Иоанну для омовения. 14Иоанн сначала этому противился, говоря:
— Это я нуждаюсь в том, чтобы Ты меня омыл, а Ты пришел ко мне!
15— Пусть теперь будет так, — возразил ему Иисус. — Этим мы исполним то, чего хочет от нас Бог.
И тогда Иоанн согласился.
16Сразу после омовения Иисус вышел из воды, и вдруг раскрылись перед Ним небеса и Он увидел, как Божий Дух, словно голубь, спускается и приближается к Нему. 17И голос с неба сказал: «Это Мой любимый Сын, в Нем Моя отрада».
16 Ин 1.32 17 Быт 22.2; Ис 42.1; Мф 12.18; 17.5; Мк 9.7; Лк 9.35; 2 Петр 1.17
Ст. 13 – Этот стих напоминает собой ст. 1, в котором впервые в евангельском повествовании появляется фигура Иоанна. Вероятно, Матфей таким образом хочет подчеркнуть преемственность их служения. Иисус приходит из Галилеи, следовательно, все неизвестные годы Своей жизни Он провел в Назарете. Галилея была территорией, с точки зрения иудеев и особенно жителей Иерусалима, сомнительной в отношении правоверия, потому что в ней жило много язычников, и ее даже называли языческой (см. 4.15). Итак, Божий Помазанник живет в захудалом городке, в глухой провинции. Слова Иоанна исполнились, но читатель может почувствовать себя даже разочарованным: вместо грозного явления с бурей и громами, с трубой архангела, вместо Того, у ног которого прострется Иоанн («И кто устоит, когда Он явится?»), к Иоанну на Иордан пришел незаметный в толпе других паломников, внешне ничем из них не выделяющийся человек. Никаких величественных теофаний (то есть богоявлений), никакой бури и землетрясений. Это человек из провинции. Вместо того чтобы омывать Духом, Он сам приходит, и приходит к тому, кто недостоин развязать у Него ремни на сандалиях. Человеческие ожидания никогда не исполняются буквально – Бог всегда неожиданен.
Иисус пришел к Иоанну для того же, для чего приходили к нему тысячи – для омовения. У всякого христианина, читающего эти строки, тотчас возникает вопрос: «А зачем?» Безгрешность Иисуса – это неколебимый догмат христианства, об этом часто говорится в Новом Завете (см. Деян 3.14; Ин 8.46; 2 Кор 5.21; Евр 7.26; 1 Петр 1.19). А Иоанн, как мы знаем, омывал в знак очищения.
Существует множество предположений о том, зачем Иисус пришел принять омовение. Возможно, Он понимал омовение, которое совершал Иоанн, как начало собирания святого «остатка» перед наступлением суверенного правления Бога, и Иисус приходит, чтобы присоединиться к этому остатку. Возможно, Он отождествляет себя с грешниками, и тогда омовение становится началом искупительного крестного пути. Или же Он смиренно исполняет Свой религиозный долг, так как видит в омовении волю Небесного Отца. Будучи Мессией и Сыном человеческим, Иисус становится представителем народа, нуждающегося в прощении. Сохранился небольшой отрывок из апокрифического Евангелия евреев, где говорится о том, что Иисус пошел к Иоанну по настоянию семьи: «Мать и братья Господа сказали Ему: “Иоанн Креститель крестит в отпущение грехов, пойдем и крестимся”. Но Он сказал им: “Какой грех Я совершил, что Я должен креститься от него? Разве только Мои слова есть грех по неведению”». Юстин Мученик сообщал, что, по мнению некоторых, Мессия должен быть помазан Ильей и только после этого Он осознает себя Мессией и обретет силу (ср. Ин 1.32-33; см. также экскурс