19Я дам тебе ключи от Царства Небес,
и то, что ты запретишь на земле,
запретят на небесах,
а что разрешишь на земле,
разрешат на небесах.
20А потом Он строго наказал ученикам никому не говорить о том, что Он – Помазанник.
20 Помазанник – в некоторых рукописях: «Иисус Помазанник».
14 Мк 6.14-15; Лк 9.7-8 16 Мф 26.63; Мк 14.61 17 Мф 17.5 18 Ин 1.42; Еф 2.20; Иов 38.17; Ис 38.10; Прем 16.13 19 Мф 18.18; Ин 20.23 20 Мф 17.9; Мк 9.9
Ст. 13 – Иисус с учениками близ Кесарии Филипповой.
Она была отстроена тетрархом Филиппом и названа Кесарией в честь римского императора Тиберия Цезаря (на латинском и греческом «Цезарь» произносится как «ка́йсар», по‑русски «кесарь»). Это территория тетрархии Ирода Филиппа. Кесария здесь называется Филипповой, чтобы отличить ее от Кесарии Приморской, расположенной на берегу Средиземного моря и ставшей резиденцией римских наместников. Кесария же Филиппова была расположена у истока Иордана, на склонах горы Гермон.
Иисус сам задает ученикам вопрос о том, кем считают Его люди, хотя в еврейской традиции вопросы обычно задавал не учитель, а ученик.
Ст. 14 – В народе об Иисусе думают по-разному: Он или воскресший Иоанн, или Илья, или Иеремия, или один из пророков. В те времена верили также, что в конце придет Исайя вместе с Иеремией (2(3) Ездр 2.18). Приход Ильи ожидался перед наступлением Конца, приход пророков также знаменовал новый этап в отношениях между Богом и Израилем, потому что пророчество уже давно умолкло. Но никто не считал Иисуса кем-то большим.
Ст. 15 – Вероятно, это был наводящий вопрос, заданный с целью побудить учеников еще раз продумать собственную позицию.
Ст. 16 – И вот, на прямой вопрос Иисуса, кем считают Его они сами, Петр, вероятно, от имени всех учеников, отвечает: «Ты – Помазанник». Эти слова становятся поворотным пунктом повествования, после него многое меняется. Ведь с этого момента Иисус начинает учить Своих спутников, что значит быть Его учеником. До тех пор Иисус рассказывал притчи, а потом наедине объяснял им то, что осталось для них непонятным. Теперь начинается новый этап: Он сообщит ученикам о том, что должен будет умереть в Иерусалиме, и начнет путь к кресту.
Экскурс: Христос
Христос – это греческое слово, которым переводится еврейское «Маши́ах» (арам. «Меши́ха»), на греческом оно транскрибируется как «Месси́ас» (русское «Мессия»). Слово это означает «помазанник», потому что по древнему обычаю царей, а также пророков и первосвященников помазывали оливковым маслом в знак того, что Бог даровал им силу и возможность исполнить возложенную на них миссию. Например, Исайя назвал так персидского царя Кира, разрешившего народу Израиля вернуться из плена, а Иосиф Флавий – римского императора Веспасиана, захватившего Иерусалим.
Но обычно под словом «Мессия» понимался долгожданный царь из рода Давида, который, по мнению народа, свергнет иноземное иго и восстановит былое могущество Израиля. Вот как об этом говорится в знаменитом 17-м Псалме Соломона[58]: «Опояшь его силой, чтобы он сотряс неправедных правителей и очистил Иерусалим от народов, которые попирают его вплоть до разрушения... Жезлом железным он разобьет на куски их могущество, он разрушит безбожные народы словом уст своих; от укора его народы побегут перед ним, и он обличит грешников за помыслы их сердца» (ст. 21-22).
Постепенно эта фигура земного могущественного царя и полководца все чаще видится в эсхатологическом свете: он явится в конце времен, перед наступлением Царства Бога, и принесет не только победу над земными врагами народа Божьего, но и освобождение от грехов. С его приходом установится мессианское царство мира с Богом, счастья и изобилия.
К первому веку, кроме такого традиционного представления о происхождении Мессии, появляются и другие, особенно в неортодоксальных кругах. Юстин Мученик свидетельствует о таких верованиях: «Мессия, даже если уже родился и существует, неизвестен и даже сам о себе не знает и не имеет никакой силы, пока Илья не помажет Его и не сделает Его известным всем». В апокалиптической 4 Книге Ездры говорится о том, что Сын человеческий, который там же назван Мессией, выйдет из моря. В XX веке в Кумране, в пещерах около Мертвого моря, были найдены многочисленные документы, из которых можно заключить, что благочестивые отшельники, жившие в I веке до н. э. – I веке н. э., ожидали двух Мессий (Мессию-Царя из рода Давида, так называемого Мессию Израиля, и Мессию-Первосвященника, или Мессию Аарона, а возможно, даже третьего – Мессию-Пророка). Но вряд ли кто-то мог предположить, что может прийти такой Помазанник, как Иисус, никто и представить не мог Мессию страдающим и умирающим позорной смертью на кресте.
Вероятнее всего, в Своей земной жизни Иисус никогда не называл себя титулом Мессии, опасаясь, как бы люди не стали видеть в Нем прежде всего политического вождя. Когда Церковь вышла за пределы Палестины в страны, где понятие Помазанника не было укоренено в сознании людей, этот титул постепенно стал пониматься как второе имя Иисуса.
* * *
Сын Бога – см. экскурс Сын Бога. В Писаниях Бог часто назывался Живым, вероятно, не потому, что все остальные боги не были живыми, а представляли из себя изделия человеческих рук, а скорее всего, потому, что в Боге обреталась жизнь и Он был ее источником и подателем для всего сущего (Втор 5.26; Пс 42.2 (41.3); 84.2 (83.3); Мф 26.63; 1 Тим 3.15; 4.10; Деян 14.15; Рим 9.26; 2 Кор 3.3 и др.). Отныне Помазанник и Сын Божий также стал источником жизни для верующих (ср. Ин 1.4).
Итак, Иисус не один из тех великих личностей, которые лишь пророчествовали о суверенном Божьем правлении, но Тот, кто явился в полноте Божьего откровения как Его воплощение, Тот, кто непосредственно вводит правление Бога на земле.
Ст. 17 – Ты счастливый человек – дословно: «Как счастлив ты» (см. коммент. на 5.3); ср. также 11.27. Сын Ионы – дословно: «Бар-Иона»; евангелист дает греческую транслитерацию арамейских слов без перевода. Из Ин 1.42, а также из не дошедшего до нас Евангелия евреев известно, что отца Симона звали Иоанном, причем «Иона» не может быть сокращенной формой этого имени. Это одна из загадок Нового Завета, не нашедшая своего разрешения. Некоторые полагают, что, назвав Петра сыном Ионы, Иисус говорил не о его отце, а указывал на духовное родство между пророком и Своим учеником или каким-то образом связывал Петра со «знаком Ионы».
Люди – дословно: «плоть и кровь». Еврейское словосочетание «басар-ва-да́м» часто употреблялось в раввинистической литературе, обозначая человечество в его слабости и ограниченности по сравнению с Богом. В этом значении оно употребляется и здесь (ср. также Гал 1.15-16). Петр, признавший в Иисусе Мессию и Сына Божьего, сделал это не благодаря своим способностям и не потому, что кто-то из людей помог ему в этом. Сам Бог дал Петру откровение, раскрыл эсхатологическую тайну.
Ст. 18 – Ты – Скала (греч. «Петрос»). Так переводится арамейское имя «Кефа́», которое значит «камень, валун, скала»; в греческом ему соответствуют два слова: «пе́тра», слово женского рода и более употребительное, и «пе́трос» – мужского рода. Ты – Скала, и на этой скале – в греческом оригинале игра слов: «Петрос» – «петра». Именно в это время, согласно Матфею, Иисус дает Симону новое имя, хотя уже в рассказе о призвании Симона указано, что у него было прозвище Петр, о чем свидетельствует и евангелист Иоанн: «Иисус, пристально посмотрев на него, сказал: “Ты Симон, сын Иоанна. Но ты будешь зваться Кифа”» (1.42). Таково мнение большинства комментаторов, хотя некоторые, например, Августин, полагали, что Иисус здесь лишь по‑новому истолковал прозвище, которое уже было у Симона. В любом случае дарование нового имени – очень важное событие, так как в древности имя значило гораздо больше, чем сейчас. Люди верили, что в нем заключалась сокровенная сущность своего носителя. Поэтому существовала традиция менять имя или давать другое в ознаменование важных событий или перемены статуса человека. Вот почему такие великие личности Священного Писания, как Авраам и Иаков, получили от Бога новые имена: Аврам стал Авраамом, а Иаков – Израилем (евр. Исраэ́ль). Нельзя не увидеть некоторые параллели между Авраамом и Петром. Авраам, «отец множества», стал родоначальником народа Израиля. Исайя сравнивал его со скалой (Ис 51.1-2), а в одном из раввинистических трактатов он был прямо назван скалой, на которой Бог задумал построить вселенную.
Слова Иисуса о Петре как о Скале Церкви породили большие богословские споры. Католики видели в них обоснование примата римского епископа, наследника апостола Петра, в то время как представители других конфессий, не признающих над собой главенство Рима, пытались истолковать их по-иному, обращая внимание на то, что в евангельском тексте употреблены два разных слова: «Петрос» («камень») и «петра» («скала»). По их мнению, это должно указывать на то, что не личность Петра является скалой Церкви, но его вера, или его исповедание, или его апостольское служение. Также указывалось на то, что Петр произносит исповедание не только от своего имени, но и от имени остальных апостолов. Кроме того, часто цитировались тексты 1 Кор 3.11 и Еф 2.20, в которых утверждается, что краеугольным камнем фундамента Церкви является сам Христос.
Большинство современных ученых полагает, что политические и религиозные мотивы этих споров не имеют никакого отношения к прямому смыслу евангельского текста. Во‑первых, речь идет все-таки о самом Петре как скале, а не о его вере. Не только Петр произносит слова откровения об Иисусе, но и сам Иисус, в Свою очередь, возвещает откровение о Петре. Как говорит один комментатор, слова Иисуса в их арамейской форме звучат примерно так: «Я говорю тебе, да, тебе, Петр...»