— Это заговор, — пробормотал Вир. — О вселенная, ну почему все норовят обидеть беззащитного меня? — хрустнул шеей молодой центаврианин, проверяя, хорошо ли из рукава достается кристаллический стилет и поправляя кобуру с бластером на пояснице. — Гранаты, что ли, взять? — задумчиво протянул Вир, поглядев на дверь своей комнаты. — Нет, не стоит, больно уж дорого ремонт оплачивать, — мотнул он головой. — Ладно, чего сидеть-то, — буркнул он, вставая, — пошшли, шшто ли, — скомандовал сам себе Вир, отправляясь выполнять приказ начальства.
— Удачи, — махнул рукой почти не удивленный уже Лондо вслед своему изрядно заматеревшему атташе. — Техномагам, — добавил он, наполняя бокал. — Эх, надо было заводить детей, может, они были бы на него похожи? — сказал Молари своему отражению. — Увы, — вздохнул он, отметив седину, морщины и пока что малозаметные пигментные пятна, — мое здоровье.
«Эй! Есть кто дома!» — прокричал Вир, входя в довольно-таки мрачно оформленный отсек. Ответом ему была тишина и треск пламени в чашах, что заменяли техномагам светильники. «Дикость и расточительное варварство», — фыркнул Кото, немного скривившись. «Ррр!» — раздался пробирающий до костей рев, приправленный инфразвуком, и из-за поворота выбрался трехметровый монстр. «О, собачка!» — обрадовался Вир. «Привет, песик», — помахал он рукой чудовищу. «А я вот в гости к твоим хозяевам, ты случайно не в курсе, где они?» — направился он к опешившему стражу. «Что-то совсем они тебя в черном теле держат», — вздохнул Вир, подходя к охраннику. «Тухлятиной, поди, кормят, вон у тебя из пасти как воняет», — поморщившись, сочувственно пробормотал он. «Ррр», — выдал монстр неуверенно. «Ну-ну, не бойся, на станции все знают, что Вир Кото животное не обидит», — ободряюще улыбнулся он попятившемуся чудовищу. «Иди сюда, маленький, я тебе за ушком почешу, только ты наклонись, а то мне так не дотянуться будет», — поманил пальцем монстра Вир. С легким хлопком иллюзия исчезла, не выдержав силы любви к братьям нашим меньшим. «Жаль», — вздохнул центаврианин. «Эй! Хозяева! Раз, два, три, четыре, пять, я иду искать! Кто не спрятался, пеняйте на себя!» — прокричал Вир.
— Не надо никого искать, — сказал появившийся из ниоткуда техномаг. — Я Элрик. Что ты хотел?
— Еще один с дурацкими вопросами, — пробурчал Вир. — Мне приказано организовать встречу вашего представителя с Лондо Молари, послом Центавра.
— Нет.
— Слушай, лысый Йорк…
— Я Элрик!
— Да какая разница, — отмахнулся Вир. — Я заглота приручил, с зергом пил, я с мши по нижним секторам шастал… короче, не создавай себе проблем.
— Мы не собираемся…
— Слушай, ну ты же умный мужик?
— И что?
— Я понимаю, что тебе до Лондо и до всех нас дела нет, вы от кого-то или от чего-то бежите. Надеетесь забиться в глухой угол и отсидеться. Ваше право. Но у меня приказ. Так чего ты ломаешься? Приди и лично пошли моего патрона, а то ведь мне придется за вами бегать, уговаривать, — выделил последнее слово Вир. — Ни вам, ни мне этого даром не надо. Так зачем все усложнять?
— Хорошо, защитник животных Вир Кото, я приду на встречу с твоим начальником.
— Вот и хорошо. Да, а монстрика своего покормите.
— Это была иллюзия.
— Да я уж понял, не дурак. Но все равно, какой-то он у вас заморенный и пахнет плохо. Не дело это.
— Мы… изменим его, — кивнул слегка шокированный техномаг.
— Ладно, пойду я. Ждем завтра в десять, постарайтесь не опаздывать.
— Мы пунктуальны, — обиделся задетый за живое Элрик. — Я буду ровно без пяти минут.
— Вот и прекрасно. Спасибо. И, — Вир чуть смутился, — а можно еще раз монстрика сделать?
— З-зачем?
— Ну, я бы с ним погулял, мячик там или… — Вир огляделся по сторонам, но не увидев ничего подходящего, достал стилет, — вот, палочку бы покидал.
— Н-нет, это очень тяжелое волшебство.
— Жаль, — вздохнул Вир. — Вам бы к доктору сходить, а то у вас что-то глаз дергается. Или можно в стриптиз-бар, казино еще хорошо от нервов и стресса помогает.
— Я… подумаю. Спасибо за заботу.
— Да не за что. Мало нас, добрых людей, — вздохнул Вир убирая стилет в ножны. — Всего вам хорошего. До завтра.
— До завтра.
«Надо улетать», — билась мысль в голове техномага. «И чем скорей, тем лучше», — думал он, провожая взглядом гостя. «Что-то не то творится с пророчествами и предсказаниями, совсем не то», — покачал головой Элрик.
— Леди Ладира, — склонился в поклоне центаврианин.
— Профессор Ард, — обозначила намек на поклон его собеседница, — вы были так настойчивы в своем желании получить аудиенцию, что мне стало любопытно.
— Видимо, вы не прочитали моего письма, — вздохнул Ард Тираш, — именно поэтому мне пришлось идти столь сложным путем.
— Моей корреспонденцией занимаются помощники.
— Да, в таком случае они, скорее всего, сочли его бредом сумасшедшего, — улыбнулся профессор.
— Мне даже стало любопытно, что столь образованный центаврианин, как вы, мог там написать.
— Я перешлю вам копию, если пожелаете, — пожал плечами Ард. — Но в общем-то, там речь шла о Прародителе.
— Вам что-то известно?! — подалась вперед Ладира, вперив взгляд в гостя.
— Постарайтесь так больше не делать, моя леди. В глазах остальных вам лучше оставаться обычным пророком.
— Вы ведь из колоний? — откинулась на спинку кресла Ладира, вновь принимая отрешенный вид и скользя немного затуманенным взглядом по помещению.
— Да, леди, — кивнул профессор. — Из одной недавно возвращенной в лоно республики колонии.
— Вы его потомки.
— Именно так, но мы помним о родстве со своим народом. Наша цель не вредить, а наоборот, помочь. Центавр загнивает, он словно больной…
— А мы — его лекарство?
— Да. Я рад, что вы с нами, леди.
— Значит, все это было не сном и не видениями.
— Вас изменили, но на вашу волю не посягали. Вы та, кем вы были и есть, он лишь дал вам возможность выбрать и помог с проблемами спонтанных видений незначительного.
— О да, знали бы вы, какое это счастье, иметь возможность насладиться красотой обычного цветка в саду, а не узнать внезапно, что с ним станет завтра или через месяц.
— Мне не дано вас понять, — развел руками профессор, — я лишь могу попытаться.
— Это словно проснуться, выйти из комы, вновь начать жить, — поделилась наболевшим и много раз продуманным Ладира. — Впрочем, давайте сменим тему. Я слишком редко принимаю гостей и, как правило, они не задерживаются. Вам ведь не нужны лишние подозрения?
— Да, нежелательны, тут вы совершенно правы.
— Тогда скажите, в чем именно вам требуется моя помощь?
— Нам необходимо подготовить почву для заговора. И вы не совсем верно поставили вопрос. Это мы будем помогать вам. Вы станете нашим лидером.
— Император стар и болен. Вы предлагаете мне стать императрицей?
— Нет, хотя это и не исключается, даже будет полезно, но лишь при новом императоре.
— Провидицы еще ни разу не садились на трон, мы всегда стояли подле него.
— Времена меняются, моя леди.
— Когда Турхан умрет, начнется схватка за власть. У нас мало времени. Мне неизвестны ваши возможности, но вряд ли они велики.
— Вы правы, но мы будем готовить заговор против нового императора. Партия войны набрала много власти. Они приведут Центавр на край гибели. Мы не хотим этого, ведь мы все же, пусть и отчасти, но центавриане. Прародитель дал нам возможность, приоткрыл завесу будущего. Мы постараемся сделать так, чтобы оно свершилось.
— Я видела, — медленно кивнула Ладира. — Но Молари… Не знаю, меня терзают сомнения.
— Лондо — темная лошадка, но он весьма достойный кандидат. Ему лишь надо помочь избавиться от прилипшей к лицу маски.
— Быть может, вы и правы. Я мало о нем знаю.
— Мы предоставим информацию. Сейчас же мне стоит вас оставить.
— Перешлите все же это письмо, я хочу прочесть его.
— Конечно, моя леди. До свидания.
Ладира лишь прикрыла глаза и шевельнула рукой на прощанье, вновь принимая образ пророчицы, что не от мира сего. «Маски, все мы носим маски», — вздохнула она мысленно. Кто-то по необходимости, кто-то чтобы скрыть свою истинную натуру. Удобно, это очень удобно и… по-детски. Сложно признать, что ты не тот, кем кажешься. Быть собой — роскошь, доступная лишь избранным.
— Рад видеть тебя в добром здравии, Оллор, — поприветствовал врии посол аббаи.
— Взаимно, Калика. Увы, приживление далось мне тяжело.
— Не спешил бы ты так, и не пришлось бы тебя откачивать, — выразила недовольство и волнение за друга аббаи, изменив цвет гребня.
— Обстоятельства, — виновато смежил внутренние веки врии, — сама понимаешь.
— Время еще есть.
— Но его мало, а дел много.
— Как и всегда. Поэтому давай займемся делами. Ты получил от зергов планы нападения на нас?
— Да, мы даже вчерне согласовали с ними наш контрудар. Вот, возьми, — протянул Оллор пластинку с информацией.
— Передам в штаб, я в военном деле слабо разбираюсь. Лучше расскажи, что с поставками.
— Все в порядке. Мши начали строительство, а кое-где уже и запустили производства. Потери будут минимальны, но совсем без них нам не обойтись.
— Меня это печалит. Без прародителя командные должности придется занять добровольцам. Многие из них погибнут.
— Ловцы душ о них позаботятся.
— Да, но это все же будут не они.
— Как знать, быть может, он все же успеет, да и возможности его нам до конца не ведомы.
— Будем надеяться, что нам еще остается? — вздохнула Калика, гребень которой потускнел и слегка опал.
— Делай что должно, случится что суждено, — процитировал фразу античного императора с Земли врии. Впрочем, нечто подобное говорили во все времена у всех народов.
— Ты давно был на Орионе?
— Давно, а что?
— Да так, вспомнилось что-то.
— Последний раз ты там даже поплавать умудрилась, — прикрыл глаза Оллор.