— Прекрати!
— Алиса, нельзя читать чужие мысли, это запрещено. Есть закон о…
— Но все так ясно и понятно.
— Именно поэтому тебе нужно пройти обучение. Ты очень сильный телепат. Без умения пользоваться своим даром ты опасна. В том числе и для себя. Можешь так глубоко погрузиться в чей-то разум, что в итоге потеряешь себя.
— Понятно. Я постараюсь сдерживаться.
Минбарский крейсер с прахом Браннера улетел. Что именно и как говорила Делен Неруну, командор не знал, да и не интересовался особо. По матери военачальник принадлежал к жрецам, по отцу к воинам. Главенство каст в разных вопросах, воля покойного… Не то чтобы Синклер не понимал этого, но вот нюансы, детали, в них он разбирался недостаточно. В них вообще, кроме самих минбарцев, вряд ли кто-то мог разобраться. Да и то он подозревал, что периодически накладки случались. Больно уж запутанно все было у рогатых.
— Командор, можно вас на два слова?
— Что случилось, Сьюзен? — вынырнул из потока раздумий Синклер.
— Это касается Алисы Белдон.
— Девочка-телепатка с нижних уровней?
— Да.
— И что с ней не так?
— Ей четырнадцать, сэр. Прилетела на станцию с отцом два года назад, тот погиб, она уже год выживает на нижних уровнях. Мать умерла, когда ей было шесть…
— Сьюзен, я, конечно, сочувствую ребенку, но давай ближе к делу.
— Конечно, сэр. Талия хочет отправить ее в пси-корпус.
— По-моему, вполне разумное решение.
— Я не считаю его единственно возможным.
— И какие ты видишь альтернативы?
— На'тод уже подходила к ней с предложением поработать на нарнов.
— Все пытаются возродить своих телепатов?
— Да, от Алисы потребуется предоставлять два раза в месяц генетический материал для исследований, за это нарны готовы весьма щедро платить.
— Тоже выход. Девочка станет, как минимум, состоятельной.
— Она, в принципе, и не против, но вот разум чужаков… быть одной среди нарнов может оказаться нелегко.
— Сьюзен, я понимаю, что у тебя особые отношения с пси-корпусом, нарны тоже не лучшая компания для ребенка, но что ты хочешь от меня?
— Позвольте мне переговорить с послами, возможно, кто-то заинтересуется девочкой и предложит что-то более подходящее, чем нарны.
— Не вижу причин возражать, — улыбнулся командор.
— Спасибо, сэр.
Когда Сьюзен вошла в медотсек, то первым, что она услышала, был радостный вскрик Алисы. Та прижимала к груди подаренную Талией кофточку и чуть ли не со слезами благодарила телепатку.
— А то моя одежда совсем износилась, — закончила девочка, шмыгнув носом.
— Я тебя прекрасно понимаю, в твоем возрасте выглядеть хуже других — настоящая трагедия. Сама через такое прошла.
— А разве в пси-корпусе не полагается носить форму?
— Полагается, но есть ведь и необязательные элементы, — подмигнула Талия. — Сама понимаешь, какая же девушка откажется от стильной заколки, шарфика или других мелочей, что подчеркнут ее индивидуальность.
— Ага.
«Вот дура, могла бы и сообразить», — ругнулась Иванова. Как-то устав военно-космического флота подобные вольности совсем не поощрял. Впрочем, в армию ведь и не подростков набирали, да и то находились способы. Сама она тоже однажды польстилась на неуставную безделушку. Впрочем, красоваться можно было и во внеслужебное время.
— Алиса, мне нужно с тобой поговорить. Наедине, — добавила она твердо, посмотрев на Талию.
— Конечно, — кивнула чуть растерявшаяся девочка, прижимая к груди подарок.
— Я зайду к тебе вечером, — улыбнулась Винтерс и вышла, оставляя Алису с Ивановой.
— Вы по поводу кражи? Мне просто очень нужны были деньги, я так проголодалась, что…
— Нет, Алиса, я не по поводу кражи. С ней мы разберемся позже, тебе ничего не грозит.
— Хорошо.
— Я знаю, общаясь с Талией, ты видишь пси-корпус в розовом свете, но там не все такие, как она. Люди бывают разные, Алиса.
— Я знаю, — погрустнела девочка.
— Извини, я не хотела тебе напоминать.
— Да ничего, — пожала та плечами, — просто я рано повзрослела. Пришлось. Без этого на нижних уровнях не выжить.
— Я хотела рассказать тебе одну историю. Она о женщине, что была скрытой телепаткой. До тридцати пяти лет ей удавалось держать это в тайне. Она вышла замуж, родила двоих детей, но потом о ней узнали. Глупо получилось. Ей предложили выбор, либо она работает на корпус, либо… В общем, она не хотела оставлять нас. Тогда ей начали колоть препараты, подавляющие пси-способности. День за днем, неделю за неделей, год за годом мы теряли ее, и вот, через десять лет она покончила с собой. Я была достаточно взрослой, чтобы запомнить, как в тот день она спустилась к нам, долго смотрела, как я играю в куклы, а потом, потом ее не стало.
— Мне так жаль, — заплакала девочка, что только что пережила все сказанное.
— Ну-ну, тише, успокойся, — погладила ребенка Сьюзен, — просто я хочу, чтобы у тебя был выбор, которого не дали моей матери. Корпус необходим, но он не волшебный замок, не сказка. Понимаешь?
— Да, — всхлипнула Алиса, отстраняясь и вытирая глаза.
— Командор дал мне время, чтобы мы с тобой прошлись по послам. Возможно, кто-нибудь из них предложит тебе что-то интересное. В любом случае, ты решишь сама.
— Спасибо, вы и Талия так добры ко мне. Прям как мама.
— Ты ее помнишь?
— Смутно, она заболела, когда мне был год или чуть больше. Отец не часто брал меня в больницу. Не знаю, почему, но он в то время очень много работал, лечение было дорогим. Я с папой и видеться-то начала нормально лет в семь. До этого были садики, няни и все такое. Три года после похорон мы жили на Земле, отец отдавал долги, а потом мы улетели. Продали квартиру, погасили последние кредиты и отправились на Вегу, там было немного скучно, но я нашла друзей, мы с ними лазили по пещерам и смотрели на закаты. Потом папе предложили работу тут, и мы прилетели на Вавилон…
Девочка говорила и говорила, перескакивая с места на место, спешила, старалась поделиться всем, что произошло в ее недолгой жизни. Боялась, что ее опять не станут слушать. Оттолкнут. Пройдут мимо. Сьюзен не заметила, как заглянувший было Франклин тихонько отступил за дверь и заблокировал ее. Она просто гладила по голове уснувшего ребенка, что наконец-то сумел выплакаться. К сожалению, ей в свое время не встретился тот, кто бы выслушал ее. Брат был слишком мал, а отец — слишком убит горем.
— Скажи, Вир, ты не задумывался, почему люди чаще подают убогим, а не философам и мудрецам?
— Наверно, потому, что стать убогим калекой может каждый, а вот мудрецом — лишь единицы. К чему ты это спросил?
— Да вон, Шушшика с Олдасом увидел.
— Достойный человек.
— Согласен. Ну что, продолжим разбирать коробки?
— Давай. Что там у нас дальше?
— Так, значит вот тут разные религиозные безделушки. Статуэтки, в основном.
— Это хорошо, их отлично разбирают. А тут что?
— Это для маркабов, хлам всякий.
— Сам ты хлам, я, между прочим, с маркабами три недели договаривался ради этих поставок.
— Что договорился, молодец, но хламом оно быть не перестало.
— Нет в тебе чувства прекрасного.
— Увы, но зато я сам — почти сто кило кавайной няшности.
— Плохо на тебя земное аниме влияет, — фыркнул Вир.
— Кто бы говорил, не ты ли мне заказывал…
— Все, забыли.
— Забыли так забыли. На вот, этот ящик нашему приятелю передашь.
— Что, опять полироль для панциря и титановые щетки?
— Угу, похоже, у него скоро линька будет.
— То-то он тихий такой. Блин, чего такой тяжелый-то, — крякнул Вир, попытавшись отодвинуть ящик в сторону.
— Там еще пара точильных кругов для когтей.
— Что-то совсем наш Шушшик модником заделался. Он, кстати, обмолвился, что на родину собирается, отпуск у него или что-то такое.
— Хм, ну, с учетом того, что там сейчас весна, может быть, ему пару банок с лаком достать?
— Не, это уже будет перебор.
Иванова с Алисой обошли уже почти всех послов Лиги и представителей Союза Миров, но большинство из тех, кого они посетили, никакого интереса к судьбе девочки-телепата не проявили. Пока что самый приемлемый вариант предложила Делен. К тому же ее разум понравился Алисе. Все же девочка не могла удержаться и каждый раз старалась заглянуть в голову того, с кем они общались. Большинство инопланетян казались ей слишком чужими, они ее пугали. Талия, конечно, объяснила, что дело тут в опыте и привычке, но именно этого у Алисы и не было.
— Мистер Шушшик, — окликнула зерга Иванова.
— Шдравштвуйте, капитан-лейтенант, шем могу быть полешен?
— У вас найдется свободное время, я хотела бы с вами посоветоваться?
— По поводу девошшки?
— Да, вы уже в курсе?
— Мне говорил Лоушш. Я, пришшнатьша, удивлен, што вы решшились подойти и к нам.
— Не люблю оставлять незаконченных дел.
— Ошшень верная пошшиция. Но малышшка не шшмошет шшить в нашшем мире без ишшменений.
— Каких именно?
— Я не ушшеный, но кое-шшто шшнаю. Пошшмотри тут, — коснулся зерг головы, обращаясь к Алисе.
— Ж-жуть.
— Что ты увидела?
— Ну, у меня были руки с когтями, еще крылья такие, как у демона, и я вся была покрыта костяными пластинками, словно броней.
— Беш этого никак, — покивал мордой Шушшик, — шшьедят.
— Да уж, — вздохнула Алиса.
— Спасибо за помощь, мы пойдем.
— Конешшно, вшего вам доброго, нишшего шштрашного.
Покинув лавочку, где зерг, довольно ловко используя собственные когти, оформлял букеты, Алиса со Сьюзен отправились перекусить. Собственно, им оставалось посетить немногих. Пакмаров они обе по молчаливому согласию из списка исключили, а хомо из Союза оставили напоследок. Иванова не доверяла их аналогу пси-корпуса.
— Знаешь, — задумчиво обратилась Алиса к Сьюзен, — мне понравился его разум.